Големы (СИ)

— Вы точно доминиканец, а не иезуит?
— Всего лишь скромный слуга божий.
Хлестнув коня Бронислав, отъехал в сторону, к идущему в одиночестве Дубине. Своего коня у огра не имелось, но сложив артефакты доспехи и оружие в инвентарь, где те ничего не весили, Большая Дубина шагал налегке, не слишком сильно отставая от конного отряда.
— Как настроение, друг? — улыбнулся Бронислав. — Твои угрюмые взгляды распугивают наших союзников и препятствуют установлению дипломатических контактов с представителями соседнего замка. Встряхнись и улыбнись — наше приключение только начинается. Не знаю как ты, а я только сейчас понял, как сильно засиделся в городе в последнее время.
— Моя иметь самые плохие предчувствия, — заявил огр.
— Вот как? Интересно.
— То, что началось плохо — плохо и закончится.
— Плохое начало? Так ты о том, что тебя помыли по приказу князя? — догадался Бронислав.
— Начавшееся головомойкой — головомойкой же и закончится, — важно изрёк Дубина
До «Больших ручьёв» добрались через день пути. Могли бы и раньше, но особенно не спешили. Солнце приятно согревало, погода шептала и вообще — путешествовать в «королевствах» с ночёвками у костра и отсутствием надоедливых комаров по утрам само по себе отдельное удовольствие.
«Ручьи» — наиболее крупный посёлок горняков занятых разработкой мифриловых шахт на языке ильдурского хребта природной преградой разделяющей земли двух замков — испанского и древнеславянского. Каждый третий житель деревни либо шахтёр, либо рудознатец, либо как-то ещё связан с горным делом. Отсюда полные подводы богатой мифрилом руды отправляются в «Дымово» — главный индустриальный центр княжества, где располагались большинство кузнечных и литейных производств.
Постоялый двор в «ручьях» и правда был так хорош, как о нём рассказывали. Активное сообщение с «Дымово» и прямая дорога до столичного града Краснополська привели к большому количеству приезжих, причём денежной публики вроде торговцев, опытных мастеров и княжеских посланников. Бронислав и Джуанито разместились в довольно милых комнатках откуда вечерами открывался прекрасный вид на закат, окна обрамляли лёгкие шторы, а на прикроватных столиках, в глиняных кувшинах стояли букеты свежесрезанных полевых цветов — служанки обновляли их раз в два дня. Церковные воины поселились скопом в трёх комнатах попроще.
Селить в комнату огра хозяин постоялого двора категорически отказался, но Дубина в обиде не остался. Заняв под свои нужды один из сараев, откуда слуги, по такому случаю, вытащили разный хлам и натаскали огромную охапку мягкой, одуряюще пахнущей полевыми травами, соломы, Дубина остался полностью доволен. Правда с ним позже произошёл один инцидент, когда он перебросил крепкого молодого бычка через забор (как уверял сам Дубина — поспорил с хозяином скотины: перебросит или нет. Правда сам владелец пережившей стресс короткого полёта животы факт спора яростно отрицал). Впрочем, дело закончилось миром. Ни сам торговец скотом, прибывший в Большие ручьи в целях реализации своего продовольственного товара, ни прибежавшие на его крики стражники никаких претензий к Дубине не имели. Выяснилось это аккурат после того, как они сначала осмотрели любезно продемонстрированный огром зелёный кулак размером побольше головы переброшенного через забор дурного бычка. После того как к продемонстрированному кулаку прибавилась княжеская подорожная описывающая огра как наёмного героя на службе у краснопольского князя — какие либо вопросы к Большой Дубине отпали у всех присутствующих, включая владельца трактира, торговца скотом и самого бычка вынужденного познакомившегося с воздушной стихией.
За два серебряных рубля Дубина купил три бочки пива. Одну поставил стражникам, торговцу скотом с помощниками, трактирной прислуге и вообще всем желающим «за беспокойство». Вторую утащил к себе в сарай. А третью купленную бочку велел хозяину поберечь, пообещав забрать несколько позже. То есть тогда, когда закончится уже открытая бочка.
Пока друг-огр занимался спортивным бросанием быков через заборы и вливанием в себя пива на скорость, Бронислав хвостом следовал за испанским героем, хотя и не до конца понимал смысл всех его действий.
 
Оставлять доминиканца одного не стоило. Пусть сейчас между человеческими королевствами мир и ильдурские горы поделены примерно пополам, но обольщаться не стоило. Если бы не постоянная угроза со стороны огрских степей, монстров темнолесья, демонов и эльфийских рейнджеров, то «вечный мир» не продлился бы и года. И гранд, и князь, оба видели себя во сне единственными владельцами всех запасов мифрила диктующими цены на этот нужный всем стратегический ресурс.
Считается, что самая прочная дружба — это дружба против кого-то. До сих пор именно так и было, но кто знает, что произойдёт в будущем дальше.
Следуя за священником, Бронислав сначала отправился в горы, где неутомимый Джуанито оббежал все, без исключения артели горняков разговаривая с их старостами. Причём спрашивал не только о том попадались ли им следы демонического присутствия, сколько о всякой, на взгляд старшего витязя, ерунде вроде того, как последнее время обстоят дела с охотой на кроликов, попадалась ли в расставленные силки крупная птица, не случалось ли внезапных обвалов в шахтах и так далее.
Наконец Бронислав не выдержал и спросил: — Какая разница сколько тушек кроликов попало в общий котёл горняков? Или как связан обвал из-за прохудившейся крепи с предметом наших поисков?
— О, связь здесь есть и самая прямая, — улыбнулся Джуанито.
— Был бы не прочь услышать побольше подробностей.
— Извольте, — не стал таится священник. — Я знаю, что демон был здесь, где-то в этой части гор. Чувствую его след, но лёгкий и слишком смазанный, чтобы можно было сказать точнее. К тому же у некоторых демонических созданий могут быть способности, позволяющие им обманывать моё чутьё. Однако животных и природу не обманешь. Если демон где-то задерживается надолго, то мелкие звери вроде зайцев, кроликов или птиц уходят прочь, и любой охотник легко может это заметить. Дальше — больше. Длительное присутствие демона разрушающе действует на саму реальность- учащаются неудачные случайности, падения, поломки.
— Так значит обвал в той шахте? — обрадовался Бронислав.
— Думаю нет. Другие признаки отсутствуют, а обвалы в шахтах не редкость, — покачал головой Джуанито. — Я практически уверен, что эмиссар бездны, не задерживаясь, отправился дальше.
— Куда?
— В глубь княжества.
— Тогда зачем мы тут сидим? — возмутился Бронислав.
— Пытаемся понять, что демону нужно было среди шахт. Следов проведения кровавых ритуалов я не нахожу, попыток создать тёмный культ тоже. Так зачем дитя бездны вообще сунулась в горы? Одно присутствие рядом с таким количеством мифрила должно ослаблять её и причинять дискомфорт. Так зачем?
— Стоит ли искать логику в поступках демонов?
— Её стоит пытаться найти абсолютно везде Тем более, если опасения не беспочвенны, и бездна изрыгнула на наши головы не безмозглого бота, а полноценного героя-игрока, — наставительно произнёс Джуанито.
— И что же получилось выяснить?
Священник неуверенно поправил край капюшона: — Такое ощущение, будто она обошла каждую копию стараясь не показываться на глаза ни рудокопам, никому-либо ещё.
— Разведка? — предположил Бронислав.
— Именно! Очень похоже на составление или сверку карт.
— Но зачем демонам мифрилл? Они бегут от него как наш общий большой друг от мыла и ванной, — удивился Бронислав.
— Может быть цель демонов не в том, чтобы захватить мифриловые шахты, а в том, чтобы каким-то образом лишить нас возможности его добывать?
Последнее предположение доминиканца звучало пугающе серьёзно. Настолько, что Бронислав потратил один из амулетов дальней связи, чтобы списаться с Мстиславом и изложить ему опасения священника. В ответ он получил указание действовать согласно собственного разумения и обстоятельствам.
А ещё чуть позже Джуанито заявил, что закончил свои дела в Больших Ручьях и следующим утром они должны двигаться по следам демона дальше.