Неглавная героиня

Сам артефакт был одним из простейших, доступным для создания любому мало-мальски обученному магу. Все, что от меня требовалось, – скопировать и повторить завихрения потоков ци. Чуть больше времени я потратила на то, чтобы соорудить из запасной простыни нечто типа труселей, куда можно вшить этот талисман. И с импровизированным памперсом вернулась обратно к пленнику. То бишь пациенту. Точнее… Одно другому не мешает, в общем.
– Ну и куда ходила? Договаривалась с палачом, чтобы довершил начатое, избавив тебя от хлопот? – фыркнул лис, хорохорясь, услышав мои шаги.
– Увы, уже затраченных сил слишком жалко. Решала твои проблемы с излишком жидкости в организме, – любезно пояснила я.
– М-м… Мне кажется, у тебя также пробелы и в том, что касается физиологии мужчин. Каким это образом ты их решала, если я со своими «проблемами» остался по-прежнему привязанным здесь? – процедил он донельзя язвительным тоном.
На что я поспешила его обрадовать, рассказав о своем чудном изобретении. Правда, Сан Линь совсем этого не оценил.
Слышали бы вы, как он ругался, когда понял, что в туалетном плане ему больше ничего не светит.
– Женщина, не вздумай напялить это на меня! – орал он, снова дергаясь в путах.
И это после того, как я попыталась его успокоить, заверив, что пусть это и экспериментальный образец, но он поглотит лишь отходы жизнедеятельности, а все части тела точно должны остаться на месте.
– Прекращай истерить, иначе я сама скоро поверю, что имею немалый опыт в пытках. А с верой и до практики недалеко… – выдохнула я устало, отчаявшись убедить его в полезности памперса. – Между прочим, тебе все равно пока нежелательно вставать. Раны вновь кровоточить начнут, да и сил нет ходить…
– Я поползу! – тут же воскликнул парень, вновь рванувшись и не думая прекращать нытье. – Я уже себя чувствую грязным. Лучше добей, где твое сострадание?!
– Определились же – забыли мне его положить, – проворчала я, задумчиво глядя на этого гордого идиота, у которого от его телодвижений уже закровоточили раны. И это я еще даже не попыталась напялить на него памперс. Да уж, с такими реакциями все лечение насмарку.
Тем временем Сан Линь, отчаявшись докричаться до моей совести, чуть изменил положение и горестно выдохнул сквозь зубы, сдерживая стон, а я, мысленно матерясь, оглядела «поле боя». Нет, так не пойдет.
Вздохнув, я принялась отвязывать свою жертву от вплавленных в «кровать» железных колец.
– Ты что делаешь? – Лис нервно попытался дернуть хвостом и слепо завертел головой – повязку с него я так и не сняла. – Не вздумай на меня напялить эту гадость! Я буду бороться!
– Выдыхай, обойдешься без моего гениального изобретения. А будешь дергаться, я тебе вкачу снотворное внутри… задно через клизму и потом зверски надругаюсь всяко-разно, – мрачно предупредила я, по одной перецепляя его руки к ошейнику, чтобы хоть как-то ограничить движения. Слава Сияну, что веревки блокируют и без того ослабленную ранами ци этого здоровенного парня, а у меня с силами все в порядке, если дурню придет в голову брыкаться всерьез, я его просто оглушу. У меня шарик с эфиром наготове, плывет сбоку от его головы, одна мысль – и наркоз обеспечен.
Короче говоря, я решила, что обезопасила себя по максимуму и потому могу позволить себе отконвоировать недоказненного пленника в купальню. Ибо нормально промыть раны жизненно необходимо, да и весь лис, мытый и причесанный, будет нравиться мне гораздо больше.
– Куда ты меня ведешь? – напряженно спросил Сан Линь, когда я потянула его за веревку, привязанную к ошейнику. Вот же… завела домашнего питомца. Поить, лечить, гулять и мыть – практически весь список дел образцового хозяина я выполнила.
– Топить, – фыркнула я и тут же устыдилась. Вот чего, спрашивается, злюсь? Да любой бы на его месте спросил. И вообще, несчастный пацан попал как кур в ощип, это он еще прилично себя ведет. Даже не скажешь, что будущий помощник главного зла. Так, невоспитанный вредный засранец, которому максимум хочется надрать уши и зад, но и тут постарались до меня. Следующим этапом идет пожалеть путем ласкового почесывания за ушком, но чего не заслужил, того не заслужил. А я в последнее время слишком много нервничаю, и оттого моим сарказмом можно уже полы мостить… – Хочу тебя вымыть, – пояснила я гораздо более мягко. – Мне кажется, тебе сразу станет легче и лечение пойдет быстрее.
 
Лис на пару секунд завис, притормозив на ступеньках, ведущих наверх.
– Ты будешь меня мыть? – отчего-то хрипло переспросил он.
– Ну да. – Я тихонько потянула его за локоть. – А что такое? Тебе трудно идти? Вроде бы сил ты уже немного поднабрался. Только что грозился ползти.
– Но ты же девушка! – выдал он вдруг мученический вопль.
– И что? А… ну, знаешь, – я пожала плечами, не обращая внимания на то, что с повязкой на глазах он все равно не видит этого жеста, – чего я там до сих пор не видела? Ты валяешься голый в моей постели уже сутки. У меня было время и посмотреть, и пощупать. Так что больше за свою девственность и честь можешь не опасаться.
– Я не девственник! – тут же выпалило это чудо недобитое с бездной возмущения в голосе.
– Может, еще и список своих зазноб продиктуешь? – фыркнула я беззлобно, помогая ему подняться в наземную часть домика. – Пошли уж, горе-любовник.
  
Глава
 
20
 
Всплывай, недевственник, – скомандовала я, подходя к лохани с полотенцем. Ну а что делать, если развязывать лиса я по-прежнему не планировала, а конвоировать его мокрым обратно в погреб – это уже как-то перебор с садизмом. – Только осторожнее. И не шипи, не шипи, ты же лис, а не змеюка. Да не трону я твой хвост, успокойся, сам будешь его вытирать.
Вот уж точно. Мне хватило одной истерики, когда я пыталась ему хвост от крови отмыть и нарвалась на вопли о том, какая я страшная насильница, хотя вот только что обещала не трогать чужую девственность.
Ну и пожалуйста, хотела помочь, а получила лишь обвинения. Впрочем, не на пустом месте: теперь смутно вспомнилось, что в дораме что-то такое говорилось про уши и хвост. Вроде как прикасаться к ним могут только ближайшие родственники или спутница на пути самосовершенствования. Жена то есть.
Не-не-не, это сразу мимо. Даже соблазнительная пушистость не настолько меня влечет, чтобы танцевать на этих граблях. Правда, Юань Шуая я за все места пощупала, но это несчитово, раз он об этом не подозревает.
Так что хвост свой Сан Линь отстирывал сам, вслепую и связанными руками, для чего ему пришлось согнуться в три погибели, ибо от ошейника я их тоже не отцепила. Пытался, конечно, сжульничать и потихоньку сдвинуть повязку с глаз, но фигушки – все той же капелькой своей ци я ее приклеила намертво. То есть пока я подпитываю клеящее заклинание, нарисованное несмываемой тушью на повязке, снять ее, кроме меня, никто не может. Ай да я! Вовремя подумала о такой мелочи.
Ванна с травками пошла поротой спине и заднице на пользу – корочка старой, засохшей мази раскисла и отвалилась, стало видно, что все же местные совершенствующиеся, да еще к тому же лисы, не просто так считаются волшебными существами – раны выглядели все еще страшно, но уже подзатянулись. Отлично, еще несколько раз помазать лечебным зельем – и можно будет выпихнуть незваного гостя восвояси. Или нет? Или спрятать в рюкзак до того момента, как придумаю способ подсунуть его в помощники главзлу?
Хм, надо подумать, прикинуть и все рассчитать.
– Ты вытираешь мне ноги будто какая-то служанка, – фыркнул лис неожиданно, когда я присела, чтобы действительно собрать полотенцем влагу с его икр. – Самой не противно?
– Ничего, переживу, – ехидно ухмыльнулась я. В рюкзак! И никаких сомнений! – Можешь считать себя домашним питомцем, за которым ухаживает рачительная и заботливая хозяйка. А будешь много выступать и мебель грызть – кастрирую, понятно?
Поскольку на Сан Лине в этот момент ничего не было, кроме собственного хвоста, последний и метнулся заполошно, прикрывая мокрым мехом самое дорогое. А заодно проехался мне по руке и по щеке.