Колдун (СИ)

Выбравшись из зоны обстрела, дядька остановился, и, сняв с солдата ремень, изо всех сил перетянул ему ногу повыше жгута, наложенного медсестрой.
— Дядь, а это зачем? — следя за его действиями, спросил Мишка.
— Чтобы кровью не истек. Сестричка под пулями сильно затянуть не может — и высунуться нельзя, да и силы не те, бабьи. А ежели у него жила перебита? Покуда до хирурга дойдет, кровью истечь может, — торопливо пояснял Мишке старый солдат свои действия. — А так все же понадежнее. Бери носилки, побежали, — кряхтя, тяжело поднялся он на ноги.
Мишка с дядь Петей, как представился ему пожилой боец, успели вынести и доставить до медчасти восемь раненых и снова вернулись за девятым, когда Мишку внезапно сдернул в окоп солдат:
— Вот ты где… Тебя командир ищет… — заорал он, перекрикивая звук боя. — Давай к нему живой ногой!
Мишка, оглядевшись и сориентировавшись, повернулся, чтобы бежать к капитану, но солдат схватил его за плечо:
— Ты оглох, что ли? Или заблудился? — в ярости заорал он на парня. — Блиндаж там! — показал он рукой в противоположную Мишкиному направлению сторону.
— Сам дурак! — огрызнулся Мишка. — Там блиндаж! — ткнул он рукой в другую сторону.
— Тебя вызывает командир, майор Федотов Руслан Яковлевич, дубина! — проорал ему в ответ солдат. — Туда ступай! Там его блиндаж! — дергая Мишку за плечо, орал солдат.
— Понял! — отозвался Мишка и бегом бросился в указанную бойцом сторону.
Командирский блиндаж он отыскал быстро. Не затрудняя себя стуком или докладом, влетел вовнутрь.
Багровый майор, крепко прижимая к уху телефонную трубку, яростно орал в нее:
— Что значит держитесь? Чем мне держаться, хреном? … Нет у меня больше зубов, товарищ полковник! Из сорока четырех танков у меня осталось восемнадцать, понимаешь? Восемнадцать! А фриц прет и прет! Я чем оборону держать должен? … Нет больше Климова! Сгорел к чертям собачьим! … И Шиванов сгорел! И Зуев, и Коротков! И еще двадцать экипажей! … Да херли толку-то? Лобовую броню Тигров и Фердинандов я тебе противотанковыми пушками пробивать буду? Да иди и пробей! Они ее в упор не возьмут! Тут только мины и тяжелая артиллерия нужны! … Ранены Зайцев и Шевцов! В санчасть еле живых оттащили! … Павел Константиныч, растудыт тебя в коромысло, ты че мне изобретаешь? Какой заслон? У меня половина личного состава уже легла! … Авиацию мне дай! Авиацию! Артиллерию хорошую! И минометы! … Мне не завтра, мне сейчас надо! … На меня немец танки сейчас гонит! Думаешь, он тебя до завтра ждать станет? … Есть выполнять, — майор швырнул трубку на рычаг и тяжело плюхнулся на лавку, медленно проведя рукой по лицу, вытирая пот. — Сууука… Какая же сука… — вдруг бахнул он кулаком по столу. — Ну чем я должен их остановить? Чем? Хером? — все еще не отойдя от телефонного разговора, ругался майор.
Обхватив голову руками, он уставился невидящими глазами в стол.
— Товарищ майор… — робко позвал его Мишка.
— А, Миша… Пришел… Хорошо… — устало подняв на него взгляд, проговорил Федотов. — Жигунов! — вдруг гаркнул он.
— Да, товарищ майор! Звали? — почти мгновенно возник в проходе солдат.
— Зови сюда тех двоих, которых Степаныч оставил, и радиста, — мрачно ответил ему майор.
— Ща! — кивнул солдат и моментально исчез.
— Миша, сколько нужно времени, чтобы дойти до той деревни? Горелинки? — глядя на Мишку уставшим, но твердым взглядом, спросил майор.
— Лесом и быстро — часов шестнадцать, — ответил Мишка.
— Долго… Очень долго… — задумался Федотов. — Надо быстрее, Миша. Намного быстрее. К вечеру, часам к одиннадцати, вы уже должны быть там.
— Невозможно… — покачал головой Мишка.
— Нет ничего невозможного, есть непродуманные действия, — произнес голос за его спиной. Мишка обернулся и встретился глазами с высоким кареглазым мужчиной. — Василий, — улыбнулся он, протягивая Мишке руку.
— Мишка… Михаил, — ответил подросток, пожимая протянутую руку.
— Арсен, — также протянул руку для пожатия стоявший рядом с Василием молодой улыбчивый солдат кавказской наружности.
 
— Роман, — представился лет на пять старше Мишки серьезный паренек в мешковато сидящей на нем форме и с наушниками на шее. — Радист.
Мишка, пожав руку и ему, кивнул.
— Ну, познакомились? Теперь к делу. Вася, излагай соображения, — серьезно посмотрел на него Федотов.
— Командир, техники полно! Пусть нас закинут туда. Все равно на чем — на самолете, танке или мотоцикле… Я бы и на машине поехал, — задорно отозвался Василий.
— Эээ, дарагой… Самолетом опасно — собьют. Танком — это уже нэ развэдка. Матациклом — слющай, ты адын такой умный, да? Фриц слепой совсэм, да? — покачал в ответ головой более серьезный Арсен.
— Значит, остается машина! — не сдавался Василий.
— Савсэм дурак… — тяжко вздохнул Арсен, качая головой.
— Твои предложения, Арсен? — усмехнувшись на перепалку разведчиков, видимо, уже привычную, спросил майор.
— Ножками, камандир, ножками… — отозвался Арсен.
— Сейчас двадцать минут третьего, — взглянул на часы майор. — В три выйдете. Ножками в быстром темпе вам топать шестнадцать часов. Во сколько вы там будете? — поднял он серьезный взгляд на Арсена.
— В сэмь утра, — отозвался тот.
— Молодец, хорошо считаешь. И нахрена ты мне там в семь утра? — зло прищурился на него майор. — Вы мне там нужны самое позднее в одиннадцать вечера!
— Был бы снег, можно на лыжах… — задумчиво протянул радист.
— Щас, закажу в небесной канцелярии. Глядишь, специально для тебя и насыпят, — вздохнув, отозвался майор. — Роман, сейчас не до шуток. Не успеете — все погибнут, а немцы пройдут вперед и возьмут две армии в клещи, — глядя на съеживавшегося с каждым словом радиста, медленно проговорил Федотов.
— Товарищ майор, а танк — это вариант, — медленно произнес Мишка, задумчиво глядя в пол.
— Заяц, мы знаэм, что ты танки любищь. Но повэрь, дарагой, танк бальшой и щумный. А развэдка должэн быть малэнький и тихий, — закатив глаза вверх, мгновенно возразил Арсен.
— Погоди, Арсен, — остановил его майор движением руки. — Миша, излагай соображения.
— Есть карта? Можно карандаш? — вскинул на него глаза Мишка.
— Да мы туда вчетвером, да еще и с рацией, не поместимся… Миш, про танк я зря ляпнул, правда. Совсем не вариант, — тронув его за плечо, проговорил Василий. — Давай еще подумаем.
— Погоди, Вася, — остановил майор и его. — Он умный малый, у него голова насчет спрятаться и забраться варит так, что тебе и не снилось!
— Как сейчас идет бой? Где танки? — спросил Мишка.
Командир показал на карте. Парень задумчиво поводил по ней карандашом, потом кивнул.
— Командир, а захваченные немецкие танки есть? — вдруг спросил он.
В блиндаже повисла мертвая тишина. Все замерли, уставившись на Мишку с открытыми ртами.
— Ты хочешь прямо на немецком танке к ним въехать? — поражаясь наглости пацана и столь простому и очевидному решению, спросил Федотов.
— Неа… Зачем им танк отдавать обратно? Обойдутся, — мрачно проговорил мальчик. — Все гораздо проще. Вот смотрите. Бой идет здесь. Если наши немецкие танки подвести сюда, то фрицы решат, что это их танки прорвались к нам в тыл. Из них можно еще и популять для достоверности, только так, чтоб наших не подбить, а фрицевскую пехоту можно и чуть цапануть. Нечаянно, — улыбнулся Мишка. — К этим танкам пусть развернутся три-четыре наших танка, и вроде как погонят их. Стреляя по нашим фрицевским танкам и, естественно, промахиваясь. Так эти танки можно хорошо так загнать к немцам в тыл. Сторонкой. Вот так, — показал на карте Мишка. — Отсюда они развернутся и вроде как начнут отстреливаться. Наши танки вроде как побегут, но, оказавшись сзади немецких, смогут душевно так пострелять им в корму. Ну а наши немецкие танки вообще получат полную свободу. Пока фрицы разберут, кто там их танки подбивает, много машин можно вывести из строя, — задумчиво рассказывал пацан.
— А мы все это врэмя, пока они фрицэв бить будут, в том танке сидэть станэм? — серьезно спросил у него Арсен. — А если танк падабьют?