Темное сияние (СИ)

— Расскажи мне о себе, — вдруг попросил он, когда затянувшееся молчание стало неловким. — Ты все время избегаешь личных тем, а мне так хочется узнать тебя поближе…
— Я бы спросила «зачем», но, кажется, уже знаю, что ты ответишь.
— Неужели ты меня боишься, Кэсси? Или тебе есть, что скрывать?
— Конечно. Свою невероятно скучную и унылую биографию.
Теодор рассмеялся и, осушив свой бокал до дна, отставил его в сторону.
— Брось. Жизнь такой девушки не может быть унылой.
— Какой — такой?
— Красивой. Умной. Храброй…
— Да ты меня знаешь меньше двух дней!
— И что? Свое мнение я уже составил, и оно наверняка верное. Так что, Кассандра, рассказывай.
— Ладно. Что именно ты хочешь знать?
— Ну… например, почему ты развелась с мужем? Как там его…. Макс?
— Было бы правильнее спросить, какого черта я вообще за него вышла, — проворчала она. — Мы были вместе пять лет, и это худшее время во всей моей жизни.
— Даже так? Он что… обижал тебя? — нахмурился демон.
— Да, но не так, как ты мог подумать. Просто Макс оказался инфантильным маменькиным сынком и эгоистом, любящим лишь себя самого. А еще — трусом и ленивым бревном. А самое противное, что я, возможно, так бы все это и терпела, не вздумай он закрутить интрижку на стороне, о которой я случайно узнала…
— И после этого он еще жив? — весело блеснул глазами в полутьме Теодор.
— Стала бы я мараться, — усмехнулась Кассандра. — Пусть живет с этой своей… Джулией. Для нее это худшее наказание. А ведь мы хотели родить ребенка, представляешь? Хорошо, не успели…
Она решительно опрокинула в рот остатки своего вина и, поморщившись, добавила:
— Так что теперь — никаких мужчин. Буду писать книги и, если все пойдет хорошо, куплю домик в пригороде — а может, и на побережье, чем черт не шутит — рожу себе ребенка, заведу собаку, если, конечно, Асмодей ее не сожрет… В общем, буду жить свободной и счастливой жизнью.
— Отличный план. Вот только зря ты записала во враги всех мужчин, наткнувшись на одного придурка…
— Ну, может, мужчины-демоны и не такие. А люди — большинство. А ты, Тео? Почему до сих пор не женился на какой-нибудь милой демонице? — прищурившись, поинтересовалась Кассандра.
Теодор хмыкнул.
— Наверное, тоже ценю свободу. Или просто еще не встретил ту, с которой захотел бы связать свою жизнь.
— А как же Риннон?
— Риннон… — он вздохнул, устремив взгляд на солнце, от которого осталась лишь пылающая полоса за горизонтом. — С ней сложно. И она не из тех женщин, что созданы для семейной жизни.
— Ясно. Ну, а другие? Мне показалось, Морок к тебе неравнодушна…
— А ты наблюдательна. У Морок это пройдет — ей просто нужно кем-то занять свое разбитое сердце. Ее полгода назад жених бросил прямо перед свадьбой, узнав, что она — демон.
— То-то она такая злая, — пробормотала Кассандра. — Она, что же, всю жизнь планировала это от него скрывать?
— Многие пытаются. — Повернув к ней голову, заметил демон. — Ты просто не сталкивалась со страхом и ненавистью, которые люди испытывают к зараженным. Морок всего лишь хотела нормальной человеческой жизни… Вот ты смогла бы полюбить демона, Кэсси?
— Я? — вопрос застал ее врасплох. — Не знаю… Возможно. Если только он бы не был похож на Тролля.
Они засмеялись, и соленый ветер подхватил их смех, унес его к океану. Последние краски заката растворялись в темнеющем небе; на мир надвигалась ночь. Где-то там, в паре десятков километров от берега, город расцветал тысячами огней — здесь же единственным островком света оставался пятачок песка, в центре которого горел их костер.
— Посидим еще немного? Или ты замерзла? — спросил Теодор, заметив, как Кассандра запахнула на груди расстегнутую куртку.
— Давай посидим. Здесь так красиво, а я завтра уже уеду отсюда. Ты ведь позвонишь Артуру?
— Да. Завтра. Пусть все немного утрясется.
— Если он тебя не послушает и продолжит меня преследовать, мне останется только сбежать к маме на материк…
— К маме? Ты, кажется, говорила, что у тебя там тетя.
— Ну да… И тетя тоже, — Кассандра смущенно поддела песок носком ботинка. — Они живут во Франции, в Англете. Родители переехали туда, когда отец тяжело заболел и врачи посоветовали ему сменить климат. Не помогло… Но мама решила остаться там. И меня все зовет к себе.
 
Теодор кивнул, а затем, неожиданно подавшись вперед, испытующе заглянул ей в глаза.
— Ты ведь что-то от меня скрываешь, Кэсси?
— Ты уже спрашивал. — Сухо ответила она, отстраняясь. Вскочила, принялась старательно стряхивать прилипшие к одежде песчинки. — Знаешь, давай все же вернемся в дом — я устала и хочу спать.
— Убегаешь? — понятливо усмехнулся демон, вслед за ней поднимаясь на ноги.
— Просто хочу оставить некоторые вещи при себе.
— Вещи, которые могут выдать в тебе демона?
— Думай как хочешь.
Сердито вздернув подбородок, Кассандра быстрым шагом двинулась в сторону дома, темной громадой застывшей на вершине склона, но Теодор в мгновение ока оказался рядом, схватил ее за локоть и резко развернул к себе. Она уперлась ладонями ему в грудь, пытаясь оттолкнуть — вот только силы их были явно неравны. Демон легко преодолел ее сопротивление, прижал к себе еще крепче, так, что у Кассандры перехватило дыхание. Несколько секунд они смотрели друг другу в глаза, после чего Теодор порывисто наклонился, а Кассандра не менее пылко подалась ему навстречу — и губы их, наконец, встретились.
Была ли причина в том, что ее целовал демон, или просто страсть сводила ее с ума, но от этого поцелуя все внутри Кассандры, казалось, воспламенилось. Все было именно так, как она себе представляла (а она представляла!): требовательные губы Теодора на ее губах, его крепкие, уверенные руки — на ее теле. И она сама — беззащитная, податливая, изнывающая от желания, сила которого ее ошеломила. Никогда прежде и ни к кому из своих немногочисленных мужчин она не испытывала подобного, даже к Максу в их лучшие времена.
Теплые ладони Теодора скользнули под ее куртку, смяли тунику, добираясь до ее обнаженной кожи, и Кассандра отчаянно вцепилась в лацканы его расстегнутого пальто, боясь не устоять на ногах. Демон усмехнулся прямо в ее губы, затем вдруг отстранился, одним движением подхватил ее на руки и — Кассандра только пискнула — вместе с ней взмыл в воздух. Через пару мгновений они уже стояли наверху, чуть ли не у самого входа на террасу, и Теодор, чьи глаза привычно заволокла тьма, тихо посмеивался, наблюдая за потрясенным выражением ее лица.
— Подумал, что в доме нам будет комфортнее, — серьезным тоном пояснил он, когда Кассандра немного пришла в себя.
— Как ты… то есть… это тоже телекинез? Я думала, ты умеешь передвигать лишь предметы…
— Вовсе нет. На живых объектах, включая меня самого, это тоже работает. Я ведь уже применял свою способность к тебе — там, в парке, забыла?
— Ну да… Значит, ты можешь перемещать и поднимать на любую высоту кого и что угодно?
— Ограничения существуют, — нехотя признал демон. — Но — да, я многое умею. Могу продемонстрировать, — уже тише добавил он, вновь склоняясь к ее лицу.
Кассандра смотрела в его иномирные глаза, оказавшиеся так близко, и совершенно не ощущала былого страха. Сейчас чернота в них — осколки Темного сияния — казалась ей даже красивой, завораживающей, как ледяной мрак космоса, разбавленный иссиня-фиолетовым свечением. Он затягивал, манил и околдовывал, но больше не нес ей никакой угрозы.
— Какой ты красивый, — искренне выдохнула она, обвивая руками его шею, и сама потянулась к его губам.
Их поцелуй прервал звук приближающегося автомобиля, назойливо ворвавшийся в идиллическую тишину ночи — а через секунду они увидели и движущийся по направлению к дому свет фар. Машина (это был «Ягуар» хищного красного цвета) затормозила у парадного входа, и Теодор, со вздохом выпустив Кассандру из своих объятий, повел ее за собой встречать позднего гостя.
 
Точнее, гостью.