Меня зовут Виктор Крид (СИ)
Но это лишь на первый взгляд.
За свою жизнь и странствия я то и дело сталкивался с этими отличиями. Мутанты. Волшебники. Вообще, дзен пойми, кто.
В Сиаме лишь первые пару лет на арене я дрался лишь с обычными, хорошо тренированными людьми. Потом эти двери для меня закрылись. Но открылись новые.
Бои вот этих самых "отличий". Проходили они не часто. И каждый раз в разных местах. "Битва Драконов", так называемая. Попав на нее однажды, сомневаться перестаешь, что весь фантастический бедлам Марвела возможен.
И отнюдь не я был там самой крутой лягушкой в болоте. Да, несколько раз я становился победителем "Битвы". Но чаще меня выносили с ринга, не взирая на исцеляющий фактор, когти, зубы, навыки и тренировки.
В монастырь мне приглашения на "Битву" тоже приходили...
Так вот, канон.
За годы, что я прожил, естественно было бы позабыть не только мелкие штрихи, но даже и крупные события. Но медитативные практики оказались чрезвычайно эффективны для развития памяти. Так что даже записи, что я сделал сразу после попадания и хранил вместе с заначкой в Америке, особенно-то не требовались. Наоборот, за годы занятий, удалось вспомнить такие подробности, каких я от себя и не ожидал даже.
И все, что я помнил по Марвелу - писец. Любая версия событий: фильм, комикс, мультик - везде был глобальный швах. Причем такой, что не спрячешься.
И вот я дожил до начала описанных событий. Если до этого момента была "тишь", если так вообще можно назвать революции, восстания, мировую войну и кучу других прелестей, то отсюда начинаются "действия".
И что делать мне? Влезть, бежать или прятаться?
* * *
глава 6
Авраам гений.
Я знал это еще, когда мы вместе учились. Я зубрил, он - вникал. Я решал задачи, он - выводил формулы. Я исследовал, он - изобретал.
Рожденный ползать летает боком. Так вот Эрскин родился с крыльями. Я - с когтями.
Высшее образование, каким бы престижным оно ни было, ума еще никому не добавило. Оно способно огранить булыжник, придать ему остроты и блеска, но бриллиантом его не сделает. Как и четыре высших.
Да, я научился разбираться в изученных областях, и смею надеяться - неплохо разбираться. Но Творить, именно Творить с большой буквы, не могу. К сожалению или к счастью. Зато, я - хороший ассистент. Удобный и понятливый.
Работать с Авраамом было словно летать с Асом. Или играть в оркестре гениального дирижера. Приятно, дзен! Жаль только, что это последняя его работа. Кэп должен остаться единственным в своем роде. Формула должна быть потеряна. И если Крюгер промахнется, мне придется сделать это самому.
Авраам - идеалист. Он верит, что мир станет лучше с его открытием. А я не верю. Может быть я дурак?
Кто знает? Но: "Делай, что должно и будь, что будет". Примерно так. Я думаю так.
А еще я познакомился с Говардом Старком. Еще один гений. Уму не постижимо - он создал летающую машину в тридцать девятом году!!!
Не без недостатков, конечно. Но факт - она летает! Летает!!! Дзен.
Я когда увидел это в жизни, а не на экране телевизора, уронил челюсть. На самом деле, буквально. Я стоял с открытым ртом и круглыми глазами, пялился на это чудо. Минут пять, пока движки не начали искрить, и Говард не вырубил питание.
Старк тоже работал над проектом.
Универсальный инструмент всегда хуже по показателям, чем специализированный. Эти двое были гениальны, но практически не понимали друг друга. Эрскин биохимик, медик и физиолог. Старк - технарь. Я же и то и другое. Не гениален, даже не талантлив, но быстро схватываю. И, главное, понимаю их обоих. И в состоянии переводить одного на язык другого. Что в формулах, что в железе.
Мне нравилось с ними работать.
* * *
Стив Роджерс. Забавный парень. Упертый.
Я попросил Авраама познакомить меня с ним. Нашу первую встречу агент Картер даже сфотографировала: презабавное, должно быть, зрелище. Я - метр девяносто пять ростом и сто двадцать пять весом. Он - сто пятьдесят пять и тридцать восемь соответственно. Пожимаем друг другу руки. Я выпросил потом у Маргарет копию этого эпичного снимка.
Парнишка мне понравился. Забавный. Добрый.
Я взялся его немного подучить руко-ного махательству. В свое свободное время. Уменьшив таковое у Стива. Упертый парнишка. Мало того, что он КМБ на военной базе проходит, так вместо отдыха еще идет со мной заниматься! Ему на сон из-за этого часа три-четыре в сутки оставалось. А если еще учесть его состояние здоровья... Упертый.
И вот он настал тот самый день. Крики Ричардса, искры Старка, почти обесточенный город. Убийца под видом сотрудника Госдепа США...
Взрыв. Фонтанчики крови, вылетающие из груди Авраама от попадания пуль Крюгера...
Авраам еще падал, а я уже выхватил из-за брючного ремня за спиной кольт. Спортивный хват одной рукой и полобоймы в теле злодея. Заветная колба падает на пол и разбивается.
Роджерс на коленях перед умирающим Авраамом. Картер ловит подельников Крюгера, а я сижу на стуле и чувствую себя дерьмом. Мой друг умер у меня на глазах, а я ничего не сделал, чтобы его спасти. Хотелось напиться, но исцеляющий фактор не позволит. А ведь надо будет еще как-то взглянуть в глаза его жены и дочери. Гадство. Прав ли я? И как быть дальше?
Снова сбежать и спрятаться?
* * *
глава 7
Я сидел в своей квартире за кухонным столом с бутылкой виски на нем и стаканом в руках. Алкоголь не действовал на организм, это так, но вкус напитка я чувствовал. И характерные для крепких напитков ощущения во рту. Психологически дает некий эффект, сродни легкому опьянению.
Рядом с бутылкой виски на том же столе лежала колба с синей жидкостью. Да-да, та самая, что якобы разбилась, выпав из рук убийцы Эрскина.
А что тут хитрого, если знаешь рассчетную дозу и реальное количество препарата? Да еще и помнишь из фильма про Кэпа, что именно одна колбочка останется после эксперимента? К тому же ты основной ассистент, который и вставлял колбы в аппарат при проведении эксперимента?
Просто заранее приготовил похожую по цвету пустышку, поставил ее вместо крайней колбы в ряду. Еще ДО эксперимента. Весь и фокус-то был в том, чтобы не сунуть эту пустышку в аппарат.
И вот пью виски на кухне, держа стакан левой рукой. В правой верчу монетку.
Пятьдесят на пятьдесят. Повезет не повезет. Делать или не делать? Возможность успеха при применении на моем организме 50/50. Все исследования и теоретические рассчеты, проводимые мной по схемам Авраама дают именно такой результат. Или да, или нет.
Полдолларовая монета, вращаясь, взлетела в воздух, и, словно в замедленной съемке, поднялась до высшей точки своей траектории, после чего пошла вниз.
Рука, словно сама по себе, рванулась вверх и выхватила ее из воздуха. Я закрыл глаза и с размаха припечатал пойманную монету к столу. Медленно отнял руку и залпом опрокинул в себя стакан. С металлической поверхности, словно готовая вот-вот соступить на гладкую крышку стола, смотрела в мир расхристанная Дева-Свобода. "IN GOD WE TRUST" - заявлял сопроводительный текст.
"Что ж, да будет так", - произнес я в слух и ебнул стакан об пол. Звон разбитого стекла и брызги осколков были мне на это ответом.
* * *
Выследить Маргарет Картер оказалось не сложно. Она особенно-то и не пряталась, прямиком после работы топая до своей квартиры - пустой и одинокой двушки в одной из Бруклинских многоэтажек.
Хотя, с ее ритмом жизни, это могла быть просто служебка.
"Но, какая мне в сущности разница", - подумал я спрыгивая с потолка и надежно фиксируя шею агента Картер в удушающий захват.
Девушка дернулась, попыталась сопротивляться, но длилось это совсем не долго. Отключение сознания при правильно проведенном подобном приеме наступает всего через несколько секунд - главное пережать именно сонную артерию, а не дыхательные пути. Ведь без воздуха в легких человек может держаться значительно дольше, чем без кислорода, поступающего в мозг.