Меня зовут Виктор Крид (СИ)
Однажды к нему группа снайперов армейских на тренировку пришла, так он с ними языком зацепился, мол ему пуля не страшна, да так зацепился, что на следующий же день с ними на стрельбище поехал. Подписал бумаги об отказе от претензий, встал перед мишенью в двадцати трех метрах от стрелков и стал ждать выстрела.
Стрельнули, а его там и нет уже, он у них за спинами стоит. А как так? А не сказал. Туманно объяснил, что мол, продемонстрировал силу ай-ки... Сам бы не видел, не поверил бы. Но в том-то и дело, что сам видел.
А философия его школы была удивительна: полный отказ от соревновательности, полное отсутствие запрещенных приемов, полное отсутствие агрессии и нападения, но стремление к гармонии с миром, с собой и... с партнером. Нет в этой философии даже понятия такого "враг" или "противник". Только "партнер", тот, кто помогает учиться, тот, кто делает тебя лучше. "Уке" - тот, кто отдает силу, тот кто дает движение, создает атаку, и "Наге" - тот, кто силу, движение принимает и перенаправляет, тот кто гармонизирует и нейтрализует атакующее действие "уке". Как-то так.
Я не смог понять всей глубины этой философии, хотя и очень старался. За восемнадцать лет рядом с О-сэнсэем, я очень неплохо освоил технику, официально получил шестой дан с правом преподавания, но... В дальнейшем учить кого-то Айкидо я не смог. Не считал себя в праве. Без глубокого понимания сути, техника не принесет той "пользы миру", о которой твердил О-сэнсэй.
В последние дни жизни Морихэя, при попытке вколоть-таки ему сыворотку суперсолдата (причем, мне помогали еще трое его ближайших учеников), он легким и непринужденным движением расшвырял нас всех по стенам. Крепко так, от души.
А меня еще и настолько удачно, что я сам на этот шприц и налетел. Грудью. Сердцем прямо на иглу. А при падении, вдавил поршень. Так что, вся доза, ни капли мимо...
глава 28
Первые пять лет я провел днями напролет тренируясь (либо с самим О-сэнсэем, либо с кем-то из его старших учеников), ночами упорно медитируя.
Спрашивается зачем? За тем, что эффект от "сожранного разума" телепата начал сходить на нет еще к началу пятьдесят первого. Окончательно исчез к началу пятьдесят второго. И держать свою ярость в узде становилось очень и очень не просто.
В первый же год ученичества я попросил у Морихэя совета, как быть. Когда я стою с ним в паре на занятиях, ярость сама собой затихает. Настолько затихает, что мысли становятся ясными и спокойными, появляется возможность получать удовольствие от познания нового и четкой работы тела. Но это в паре с ним. Никто из его учеников, такого эффекта больше не оказывал. Только он сам умудрялся усмирять моего Зверя одним единственным прикосновением, а иногда и без него. Собственно, это являлось сверхнаглядной иллюстрацией для меня его идей, той самой философии, которую он вкладывал в свою технику и передавал нам.
Но ведь я не все время с ним стою в паре!
Морихэй посоветовал мне практиковать Мисоги - некий местный вид очищения-медитации. Он заключался в медитировании, стоя или сидя, в стойке или в движении, под струями водопада.
И, как не парадоксально, это помогало. Видимо Зверь мой воды не любит.
Этим я и занимался по ночам, уходя в горы. Около трех часов медитации под водопадом (никогда меньше, но бывало, что намного больше), потом свои собственные тренировки, о которых я не забывал вообще никогда, ведь без практики любой меч ржавеет, и по окончании снова под водопад, чтобы ополоснуться, и можно свернуться на берегу калачиком, в облюбованной пещерке, спать... А утром, задолго до света, уже бегом обратно к додзё, к началу занятий.
В пятьдесят шестом я позволил себе на недельку "прыгнуть" к Эрику в гости, в Массачусетс, проведать "братишку".
У него дела шли неплохо: закончил бакалавриат, устроился в магистратуру, работает в команде тех самых ученых, что и привлекли его внимание, исследует магнетизм. Как не удивительно, а ЩИТ к нему все еще не подкатывал. Может и не врала в тот раз во Франции мне Николь? Или просто приберегают козырь до времени...
К исходу недели я снова был в Японии, продолжая бережно копить крупицы знаний в своей копилке. Смешно, наверное, говорить о крупицах, когда О-сэнсэй сыпал их не скупясь, словно вытряхивая мешки риса на наши непутевые головы. Но я старался поймать каждую оброненную им "рисинку". Что-то получалось...
В пятьдесят восьмом ко мне явились неожиданные и, прямо скажем, нежданные гости. Причем, "ко мне" - означает, что именно ко мне. Прямиком к тому водопаду под ледяными водами которого я стоял в очистительной медитации.
Гостями этими были Николь Фьюри, Стив Роджерс и Пэгги Картер. Они пришли к началу Мисоги. Это было ошибкой. Ради них я не стал прерывать своего занятия, и пришлось им ждать меня почти четыре часа. Первые двадцать минут они пытались до меня докричаться: ноль внимания в их сторону (хорошо, что додумались камнями не швыряться и палочкой не тыкать, а то ведь, под горячую руку, да недоусмиренного Зверя...). Потом перестали, уселись ждать.
Только завершив, как полагается, медитацию, я вылез из-под ледяных струй и подошел к ним.
- Здравствуй, ВиктОр, - улыбнулась мне Николь. Роджерс руку подал, Картер сдержанно кивнула.
- И вам привет, - отозвался я, принимая рукопожатие Стива. - Что у вас? Зачем я так срочно нужен?
- Не хмурься так сурово, ВиктОр, - подняла в защитном жесте руки Николь. - Но, у нас и правда дело очень серьезное: Джеймс пропал.
- Джеймс? - не сразу понял я о ком они.
- Хоулет. Капрал Джеймс Хоулет, - пояснил Стив.
- Логан, что ли? - переспросил я. Он кивнул.
- Несколько известных нам мутантов по всей Америке пропали без вести в течении последних нескольких месяцев. Джеймс пропал последним, неделю назад, - кратко ввела меня в курс дела Николь.
Логан, мутанты... Первое, что приходит в голову - Страйкер, "оружие Х". И судя по дате, это верное предположение. Адамантий... И снова Гамлетовский вопрос: быть или не быть?
Пока все эти мысли ворочались в моей голове, народ начинал нервничать под моим хмурым и неприветливым взглядом (а он у меня такой по умолчанию, пока я неких сознательных усилий не приложу для его изменения).
- Э... ВиктОр... Поможешь?... Джеймс близкий друг Стива, мы не можем его просто так бросить...
- Как Баки? - не подумав, сморозил я. Роджерс дернулся, как от удара при звуках этого имени и помрачнел. Челюсти у него сжались, желваки на щеках заиграли.
- Ты что-то знаешь про Баки? - тут же зацепилась за оговорку Николь.
- Только то, что сейчас его, возможно, зовут Зимний Солдат в лабораториях Союза, - не стал скрывать я. Может это правда, а может и нет, но у Стива хоть какая-то надежда появится. Дзен его знает, может и впрямь отыщет? Для меня-то эта информация ценности никакой не представляет, так почему бы не поделиться?
- Я запомню, - серьезно и с благодарностью кивнул Стив, - Спасибо, Виктор, я твой должник.
- А по Джеймсу? - решила ковать железо, пока горячо, Николь.
- Некто Страйкер. Название программы "Оружие - Х", - все, что мне известно.
- Даже спрашивать не буду, откуда, - вздохнула Николь. - Думаю, ЩИТу этой информации хватит, чтобы найти их.
- Пойдете на штурм Острова, позовите с собой. Логан и мне не чужой, - добавил я.
- Острова?
- База "оружия-Х" на большом речном острове в Северной Америке. Или в большой дамбе... Не уверен. Точнее не могу сказать, - пояснил я.
- Думаю, это ускорит поиски, - кивнула Николь. Я кивнул в ответ и двинулся к своей обычной площадке для занятий - ежевечерняя тренировка ждала меня!
* * *
- Давно ты знаешь, что он жив? - хмуро спросил у Фьюри Роджерс, когда они удалились от места встречи с "информатором" километров на восемь. Правда, перед тем, как уйти, все трое немного задержались, чтобы взглянуть на тренировку считавшегося мертвым Крида. И не были разочарованы увиденным. Наоборот, были столь впечатлены, что уходили молча и с круглыми глазами. То, чему они были свидетелями, словесному описанию не поддавалось.