Повседневность Дракулы (СИ)
- Ты себя переоцениваешь, сосунок!
Она уверено сдвинула с места Герберта и протянула руку Наскису. Андрей покрутил головой, глядя на мать. Немного перебрала она этим вечером.
- Мам, сильно не увлекайся. Я не хочу, чтобы Наскис пострадал.
Наскиса это задело.
- Что? Я? Пострадал? Да вы угараете, просто. Я абсолютно неуязвимый. Давай, Ева, хватай мою руку!
Начал он уверенно. Девичья рука Евы оказалась действительно довольно мягкой. Уж помягче того железобетонного ужаса, который подсунул Герберт. Наскис нахмурил брови и продолжал жать, не сбавляя хватки.
В глазах немного поплыло. Сильно напрягся. Рука задрожала. Он всего раз моргнул, чтобы сбросить картинку перед глазами и тут же заметил, что его рука уже лежит на столе тыльной стороной. Ева победила.
- Как?!
- Прощёлкал ты свою победу, дорогой. Я всегда была сильнее. Не питай иллюзий на этот счёт.
Пока взрослые так неуклюже развлекались, Андрей вернулся в дом. С минуты на минуту должны были прийти его друзья. Ангерд - полноватый мальчик, с которым он дружит всего полгода, и Алина - девочка, с которой он познакомился недавно, но уже по уши влюблён. Он ждал её больше всего, при этом раздражаясь от того, что Ангерд его соперник в этом деле. Он разделяет похожие чувства к Алине и это серьёзная проблемой в глазах Андрея.
В дверь позвонили. Наверное, это кто-то из них. Андрей подъехал к двери и открыл её. На пороге стоял Ангерд. Он поправил очки и заговорил:
- Вот это да. Охренеть! Жёстко тебя потрепало.
- Ну.. пока что передвигаюсь только так.
- Зато не пешком!
- Аха-ха, очень смешно, - саркастично сказал Андрей.
Ожидать Алину они решили в комнате Андрея. Минимализм окружения обычно смущает приходящих гостей, что и случилось с Ангердом. Андрей не любит захламлять своё жилое пространство вещами, поэтому у него в комнате есть только самое необходимой. Кровать, шкаф, небольшой рабочий стол и всё это обрамлено однотонными белыми обоями.
- Ну и комнатка, - говорит Ангерд. - Будто в палату психбольницы попал.
- Я называю это "сдержанный дизайн".
- Очень уж сдержанный. Передержанный, я бы даже сказал.
Ангерд прыгнул на кровать и разлёгся как у себя дома.
- Прикинь, - говорит он, - я уже почти попадаю в мишень. Ну, ту что из ясеня, зелёную, помнишь?
Я напомню, что ребята увлекаются стрельбой. И вообще, до сего момента, эта часть истории не была так важна, но теперь всё будет меняться.
- Блин, ладно ты крут, признаю, - сказал Андрей. - Попасть в такую мелочь - это конечно жёстко. Или ты в упор стрелял?
- Не, ты чё? С тридцати метров.
Ангерд глянул на рану друга. Даже сквозь бинты были видны очертания глубокого шрама.
- Жёстко тебя полоснули.
- Ага, я сам был в шоке. Какие-то психи. Может даже маньяки. Если бы не Герберт, знакомый мамы, то я бы умер.
- А что за чел? - спрашивает Ангерд.
- Да там дед один странный. Ну типа... он прикольный мужик, но знаешь, что-то непонятное я чувствую, когда стою рядом с ним.
Раздался какой-то шорох. Где-то снаружи, не в доме. Ребята резко оглянулись. В открытое окно кто-то пытается пролезть. Это оказалась Алина. Её русоватая голова тут же показалась в проёме.
- Привет, мальчики, - улыбнулась она.
- Эй, что ты делаешь? - удивлённо спрашивает Андрей.
- Я просто прямо с улицы услышала ваши голоса и решила, что так войти будет быстрее. Ну... и ещё я постеснялась звонить в дверь.
Андрей озадаченно почесал затылок.
- Ну и слух у тебя, конечно.
Ангерд помог ей полностью пролезть в комнату. Андрея сильно возмутила эта показная любезность, но он постарался не подавать виду.
- Ты как всегда неотразима, малышка, - говорит Ангерд, - Даже когда пролезаешь в окно.
- Блин, я не люблю такую корявую лесть, - говорит Алина. - Можешь, пожалуйста, больше так не делать.
Андрея это улыбнуло. Девочка присела на край кровати и осмотрелась. Судя по её глазам, ей скорее понравился здешний минимализм, чем нет. Хотя, Андрей в этом сомневался. Она была девушкой-загадкой. Непонятно, что ей понравится, а что нет.
- У тебя тут... скромно, - сказала Алина.
- Да, я вообще по жизни скромный парень, - смущённо сказал Андрей.
Она опустила взгляд на его раненный живот. Всем вокруг очень интересно это.
- Как ты вообще? Нормально себя чувствуешь? Видно, что травма серьёзная.
- Да нет, пустышка. Врачи говорят, скоро бегать буду.
- Что ж, скорее бы. Я хочу уже опять отправиться на стрельбище.
Алина очень любила уединённые места подальше от цивилизации. Там она чувствует себя в полной безопасности. Чувствует, будто ситуация под полным контролем. В людных же местах такого ощущения нет.
Ангерд подошёл ко второму окну и посмотрел на задний дворик. Пьяные взрослые что-то бурно обсуждали. Его взгляд остановился на Герберте.
- Блин, а этот мужик реально какой-то стрёмный.
- Какой мужик? - спрашивает Алина.
- Друг мамы, Герберт, - объясняет Андрей. - Он меня спас, кстати.
Алина тоже подошла к окну и внимательно посмотрела на Герберта. Девочка застыла. Будто дышать перестала.
- С тобой всё хорошо? - повернулся к ней Ангерд.
- Да. Хм... каким бы странным он ни выглядел, я рада, что он спас тебя, Андрей.
Герберт мило общался с Евой, как вдруг его скрутило. Проглоченное через силу мясо начало рваться наружу. Он осторожно отодвинул её и побежал в туалет. Елена отстранилась от пристающего к ней Наскиса и пошла следом.
Уткнувшись лицом в унитаз, Герберт начал жёстко блевать. Непереваренная еда болезненными спазмами выходила наружу. Руки сильно задрожали, а лоб вспотел. Не частое такое происходит. По своей воле вампиры никогда не едят человеческую пищу. Некоторые даже используют это как пытку.
- Ты как, живой? - спрашивает из-за двери Елена.
- Честно, я уже в этом сомневаюсь. Боже, как же дерьмово.
Герберт приподнял голову и упёрся щекой в седалище, пуская слюнявые нитки. Ему действительно очень плохо. Человеку сложно представить подобное состояние. Наверное, это можно сравнить с поеданием земли.
- Лена, можешь пожалуйста сгонять к машине. У меня там в бардачке валяется пластиковая бутылка с кровью.
- Человеческой? - отстранённо спрашивает она.
- Ну... к сожалению да. Но это старая, я храню её давно. Я больше никого не убиваю. Просто принеси её, это мне очень поможет.
Елена раздражённо хмыкнула, но согласилась. Она прошерстила бардачок, но никакой бутылки там не оказалось.
- Нет там твоей бутылки, - говорит она, вернувшись.
- Что? Не может такого быть! Это очень странно.