Инцел на службе демоницы 4: Гарем для чайников (СИ)

С некоторым любопытством я распахнул документ, и мои брови удивленно поползли вверх. Внутри описывалось мое будущее — подробно, как инструкция к пылесосу или стиральной машинке. Реально, по разделам и пунктам указывалось, что, где и в каком возрасте мне делать. Начиная с универа, где я должен срочно сменить один факультет на другой. Затем мне надо записаться на языковые курсы, а параллельно пойти стажером в одну очень перспективную компанию.
Аж зачитавшись, я перелистнул страницу. Судя по выстроенной карьерной траектории, меня вели в топ-менеджера газовой корпорации, которым я стану… О, тут и это было! Через каких-то двенадцать лет. Надо же, как обо мне позаботились. Вот только это какие-то не мои фантазии. Оторвавшись от бумаг, я покосился на Асю, которая с довольным видом наблюдала за мной. Понятно, кто приложил руку. Так в чем проблема, шла бы в эту компанию и работала. Зачем в этом славном плане нужен я? Ответ нашелся через пару страниц — в разделе “семья”.
— Во-первых, — Ася не сводила с меня глаз, — бросаешь свою демоницу. Рвешь с ней все контакты.
— Ага, — отозвался я, листая этот сюр дальше, — а что еще?
— Выгоняешь из дома всех шлюх. Одну за другой.
Круто. Уже бегу.
— И начинаешь встречаться, — она сверлила меня пристальным взглядом, — с нормальной, достойной, правильной девушкой!
— Уже и вариант подобрали, да? — я оторвался от плана, где совершенно четко был прописан один конкретный вариант, стоящий сейчас прямо передо мной.
Вместо ответа Ася поджала губы и насупилась, явно уловив мой сарказм. Обалденно за меня все решили. Так и подмывало спросить — с каких пор ты-то стала такой дурой?
— О, как увлекательно все расписано, — я пролистнул еще страницу со своей будущей счастливой жизнью. — Двое детей… А это пожелание или обязательство: не больше и не меньше?.. Интересно, — я тряхнул планом, — а тут есть, во сколько мне нужно умереть?
— Рай тебя простит, — влезла Кира, — если будешь следовать этому плану!
А зачем мне вообще это прощение? Помнится, я его не просил.
— И главное, — гордо продолжила Кира, будто приводя самый весомый аргумент, — сможешь стать фамильяром лучшего ангела на свете! Даже после всей твоей истории!
На этом моменте я чуть не заржал. Надо же, какая честь! Стать фамильяром самого двинутого ангела на свете было вообще последним, чего я хотел. Да я этого вообще не хотел! Проще сразу сдохнуть.
Девчонки смотрели на меня: Ася цепко, словно и правда думая, что я могу это принять, а Кира внимательно, словно ожидая, что я поставлю ей оценку за этот проект — круче был только ее список для дефлорации.
— Если бы я знал то, что знаю сейчас, — я повернулся к ней, — тогда на встрече выпускников, когда ты предложила тебя трахнуть, я бы тебя трахнул, вообще не сомневаясь. И тебя тоже, — я перевел глаза на Асю. — А потом, когда бы ты стала качать права, а ты бы точно стала, послал куда подальше. Так что, девчонки, — я развел руками, — извините, если обделил! А теперь идите отсюда вместе со своим планом.
Ася мигом развернулась и сердито застучала каблуками. Кира тут же поспешила за ней, а толстая кипа переплетенных листов осталась у меня в руках.
— План заберите! — бросил я.
Даже не оборачиваясь, они торопливо скрылись за углом ближайшего дома. Ладно, отправлю план своей жизни туда, где ему самое место. Свернув документ, я затолкал его поглубже в мусорку.
— Значок отеля — бесплатный пропуск на “Порнофест”! — проворковала поблизости Наташа, навешивая железный круглешок на очередную футболку. — Приходи, тебе понравится… — следом на очередной щеке заалел сочный поцелуй.
— Лучший фестиваль в твой жизни! — вторила ей другая девчонка с рожками неподалеку.
Воздух вокруг, казалось, уже дрожал от звонких чмоков, которыми эти чертовки сопровождали раздачу значков и листовок. Не выдержав конкуренции, последние ангелочки хмуро упорхали на городские улочки — площадь теперь была нашей. Осматриваясь, я повернулся и неожиданно заметил знакомое лицо — счастливое настолько, каким я его ни разу не видел в универе. Радостно размахивая руками, ко мне во всю прыть спешил Даня — в светлой майке с многообещающей надписью “Начинающий донжуан. Но мало тебе не покажется…”
 
После короткого приветствия я все-таки не удержался от вопроса:
— Это что?
— Подарок по окончанию курсов, — он довольно разгладил майку. — Говорят, что девчонки будут оборачиваться и смотреть!
Да, реально оборачивались — смотрели и ржали.
— Проще вообще снять, — заметил я.
— Что, вот так прямо демонстрировать намерения? — изумился Даня.
А то твоя майка их косвенно демонстрирует.
— Но это же не главное, — странно восторженно продолжил друг. — Тренер сказал, что если хотим попрактиковаться, надо ехать сюда! И вот я всего третий день здесь — и уже девушку нашел! Представляешь?.. А вот и она, — он вскинул руку и энергично замахал кому-то в толпе.
Светлые локоны волнами рассыпались по плечам, пышные шарики прыгали под узким топиком. Я поднял глаза на ее лицо и выпал: эту девушку я знал. Даже не просто знал, а трахал — недели еще не прошло.
— Ну и как успехи? — я снова отвернулся к Дане. — Курсы пригодились?
Если рай поможет ему расстаться с девственностью, то, возможно, я их даже немного прощу.
— Да ты что, — отмахнулся он, — ну не сразу же!
А, ну тогда все как обычно. Тем временем девушка подошла и с невинной улыбкой остановилась около него.
— Это Паша, — весь засияв, Даня показал на меня. — А это Тома!
— Привет, — хмыкнул я.
— Привет, — захлопала ресничками она.
Очень, кстати, натурально захлопала, делая вид, что встретила меня впервые. Теперь понятно, чему их учили в том лагере: актерскому мастерству. И как я этого там не понял?
— И чем ты здесь занимаешься, Тома? — поинтересовался я, вспоминая, как шикарно она вращалась на шесте. — Отдыхаешь или, может, танцуешь?
Уголки ее пухлых губок, которые в лагере вовсю полировали мой член, недовольно дернулись.
— Не, — охотно влез Даня, — она тут волонтер!
— Правда? — я еле сдержал сарказм. — Людям помогаешь? И как, всем сразу или по-одному?
— Данечка, — она снова хлопнула ресничками, — я хочу мороженого…
Аж засветившись от удовольствия, он побежал исполнять ее просьбу. Мы остались вдвоем, и Тома наконец перестала натягивать улыбку.
— Тебе чего надо? — буркнула она.
— А тебе чего? — огрызнулся я. — Что ты к нему прицепилась?
— У тебя своя работа, а у меня своя! Не лезь!
Не слыша всего этого, Даня со счастливым видом выбирал мороженое у ближайшего лотка. Едва бы он так радовался, если бы знал, что он просто работа — волонтерство, так сказать.
— Короче, — подытожил я, — нечего с ним играть. Бросай его или дай ему.
— Я не даю, — Тома важно мотнула головой. — Я даю надежду…
— Вот только мне не заливай, — поморщился я.
Пусть со вступлением в рай весь компромат на нее и стерли, но я до сих пор помнил, что на мне она крутилась не хуже, чем на том шесте, давая все, что только можно дать.
— Как ты это себе представляешь? — проворчала она. — У меня таких еще шесть! Что, мне всем давать? Меня так выгонят!
— Тогда бросай, — отрезал я. — Пусть найдет нормальную девушку!
Даня уже спешил обратно, воодушевленно размахивая огромным рожком.
— Конечно, извини, — протянула Тома, чуть презрительно косясь на него, — но нормальная ему не светит.
 
— В таком случае, — бросил я, — ничего не стоит твоя надежда!
— Вот! — Даня подбежал к ней и услужливо протянул рожок. — Клубничный, как ты любишь!
— Спасибо, — она опять захлопала ресничками и, подхватив его локоть, настойчиво потянула прочь. — Ну пойдем, дел еще много…
— Каких еще дел? — нахмурился я. — Ты что тоже волонтер?
— Ну да, — простодушно отозвался Даня. — Мне по просьбе Томы работу дали! Работник сцены у “Райских садов”. Здорово, да?..