«Магазин снов» мистера Талергута
– Но для Агушки Баю-Бай с ее огромным состоянием небольшие потери ничего не значат! А вот для таких мелких предпринимателей, как мы, ущерб ощутим гораздо сильнее, – снова запищал главный лепрекрыл, поправляя золотые наручные часы.
– Я всегда говорю: стоит уделять больше внимания продвижению товара, – вступил в разговор Николас. – Вот наш род Санта-Клаусов давным-давно запустил слух, что если ребенок не ляжет пораньше спать, то не получит рождественский подарок. Основа маркетинга – правильный сторителлинг! Люди до сих пор пересказывают эту байку детям и даже сами подкладывают подарки, ха-ха. Я просто счастлив, что предки до этого додумались.
– Сомнительное достижение. Из-за лживого слуха люди вынуждены каждый год что-то дарить. Кстати, а зачем было придумывать про носки? Неэстетично же развешивать поношенные носки над кроватью! – с упреком проговорила Агушка Баю-Бай, слишком чувствительная ко всему, что касается детей.
– Почему лживого? Санта-Клаусы никого не обманывали. Подарок для нас – это сновидение, а не робот-трансформер. А что до носков, то это не наша идея. Думаю, тут как-то замешаны ноктилуки, они же вручают гостям одежду и ночные носки. Наверное, у них люди и подсмотрели, что длинные носки можно использовать как мешочек. Такой удобно носить в руках. И влезает много, потому что носок растягивается… – оправдывался Николас и, пожалев, что вообще начал этот разговор, поторопился переключить внимание на другое. – Но вернемся к нашему обсуждению. Как вы смотрите на то, чтобы убытки от ноу-шоу частично покрывали продавцы?
Все взгляды устремились на мистера Талергута. Пенни тоже во все глаза смотрела на владельца «Магазина снов».
– Николас, ты же понимаешь, что я не могу говорить за всех предпринимателей? – спокойно ответил мистер Талергут. – Если ты всерьез ставишь этот вопрос, стоит созвать продавцов и устроить общее обсуждение. Я думаю, мы просидим здесь как минимум до рассвета. Если ты к этому не готов, предлагаю остаться в нашем кругу и посмотреть в корень проблемы.
Хотя мистер Талергут умело пресек дальнейшее обсуждение этого вопроса, Уна Слипленд сочла необходимым его поддержать:
– Заставлять продавцов оплачивать убытки от ноу-шоу – настоящая тирания. Прибыль прибылью, но нельзя же портить из-за этого отношения. Создатели снов и продавцы должны уважать друг друга.
– Хорошо, в чем же тогда, по-вашему, корень проблемы? – снова заговорил Николас. – Меня она касается мало, но я хочу послушать, что думают остальные.
– Ответить не так просто. Тут имеют значение и объективные причины – например, праздники, и личные обстоятельства, нередко весьма запутанные, – сказал лепрекрыл ученого вида.
Только сейчас Пенни заметила, что лепрекрылы говорят в крошечный беспроводной микрофон. Ну конечно! То-то она удивлялась, почему их голоса так хорошо слышны.
– Все присутствующие, разумеется, знают, что гость не появится, если не может заснуть из-за каких-либо тревожащих его проблем?
Все закивали.
– В дополнение к подобным субъективным факторам существуют и объективные. Допустим, в Европе проходит чемпионат мира по футболу. Не стану объяснять, что это такое. Хочу верить, что среди нас нет создателей, которые не владеют базовой информацией о клиентах, – заносчиво продолжал крошечный докладчик. – Так вот, во время чемпионата количество не спящих людей в Азии резко возрастает. Многие хотят смотреть игры в прямом эфире. И мероприятий, вызывающих всеобщий интерес, становится все больше. Параллельно увеличивается и число телеканалов, предоставляющих возможность наблюдать за событиями в реальном времени.
Похоже, лепрекрылы были превосходно осведомлены обо всем, что происходит во внешнем мире.
– Понятно. А что скажет наш юный друг? – хозяин дома внезапно обратился к Пенни.
Пенни вспомнила, что однажды слышала подходящую историю от Мотэля.
– Я думаю, в перечень причин можно добавить подготовку к экзаменам. В мою смену часто появляются гости из Южной Кореи, где к учебе относятся очень серьезно. Во время экзаменов количество посетителей резко сокращается, потому что студенты и школьники ночь напролет заняты подготовкой. Но это длится не долго, один-два дня. Видимо, хотят вызубрить как можно больше перед экзаменом.
– Похоже на то. Максим, а ты почему молчишь?
Максим увлеченно слушал Пенни и, когда Николас к нему обратился, от неожиданности поперхнулся.
Откашлявшись, Максим негромко произнес:
– Мне нечего сказать. Чтобы разбираться с клиентами, которые не явились за заказом, нужно для начала иметь клиентов. А у меня с этим не очень, – Максим смутился. – Мистер Талергут продает мои сны, и у нас иногда возникает проблема продолжения сеансов, но не проблема ноу-шоу.
– Так вот почему ты весь вечер уделяешь внимание тарелке, а не нам, – сострил Николас.
Кое-кто захихикал, и Пенни заметила, что Максим слегка покраснел. Он продолжал ее удивлять.
– Панчо, а что у тебя? Большие убытки? – на этот раз спросила Агушка Баю-Бай.
В ее голосе слышалась неподдельная забота.
Все это время Панчо почти не притрагивался к еде: он кормил собак и помогал лепрекрылам – нарезал для них мясо и хлеб.
– Панчо такой милый, – не удержавшись, прошептала Пенни.
Максим внезапно пододвинул к себе корзинку с хлебом и стал яростно разламывать огромные куски на маленькие.
– Мне жаловаться не на что. Животные много спят. В их жизни не так много интересных дел, способных отвлечь от сна, – ответил Панчо, глядя на сытых собак, задремавших у его ног.
Один из псов, черный гигант, спал, положив морду на ногу хозяину.
– Вот оно! – вскричал все тот же ученый лепрекрыл, и Пенни вздрогнула от неожиданности. – Панчо дал исчерпывающий ответ. У людей слишком много дел, которые для них интереснее снов.
Ученый лепрекрыл вспорхнул и принялся кружить над тарелкой:
– Компьютерные игры, приложения на смартфонах, ночные телефонные разговоры с любимыми! Все это заставляется людей пренебрегать сном!
Спикировав на плечо Николаса, лепрекрыл непринужденно уселся. Николас был явно раздражен, но ничего не сказал.
– Все верно, – согласилась Доутра Соннодзаки. – Дело вовсе не в тех, кто не спит из-за экзаменов, потому что ноу-шоу таких клиентов – явление временное. Наша проблема в людях, которые систематически жалеют тратить время на сон.
Приятно удивленные поддержкой, лепрекрылы с новыми силами набросились на хлеб.
– Максим, хлеб нужно резать, а не ломать. Посмотрите, как вы его раскрошили! Не умеете – не беритесь! – недовольно запищала лепрекрыл в розовой кофточке.
Максим снова покраснел.
– Хм, как же сделать так, чтобы люди забывали о других делах и ложились спать? – вслух размышлял Николас. – Не помогут ли нам в этом сонные леденцы мистера Талергута?
Мистер Талергут покачал головой:
– Сонные леденцы предназначены для тех, кто уже спит. От них сон человека становится более глубоким, других свойств у леденцов нет.
– Что вы думаете о компенсации убытков от ноу-шоу путем форсирования прибыли за другие сновидения? Можем поделиться своими наработками, – предложил главный лепрекрыл.
– Расскажите, пожалуйста, – заинтересовалась Пенни.
Она вспомнила, как в их первую встречу с Мокберри та разразилась гневной речью о хитрых уловках лепрекрылов. По словам менеджера, ради прибыли они не брезговали даже грязными трюками.
Лепрекрыл важно вышел на середину стола:
– Вы когда-нибудь задавались вопросом, как нам удалось перебраться с окраин в центр, на главную торговую улицу? Сегодня у меня подходящее настроение, так что я немного расскажу о нашей деловой хватке. Начнем со статистики. Из ста покупателей «Полета в небесах» сон оплачивают в среднем около шестидесяти. Обычно мы получаем небольшие объемы «ощущения свободы» и «радостного изумления». Иногда также поступают «сожаление» и «ощущение потери», потому что некоторые люди, проснувшись и осознав, что не умеют летать, как во сне, испытывают и такие чувства. Вы, конечно, знаете, что курс «сожаления» и «ощущения потери» по отношению к гордону совсем невысок, так что общая прибыль от «Полета в небесах» оставляет желать лучшего. Но мы придумали, как исправить положение.