Почти Баба-Яга (СИ)

В начале зимы ко мне прибыла делегация.
— Ангел, к тебе там Ведающие прибыли. Пропускать?
— Странно. С чего это ко мне пожаловали? Пусти. Посмотрим, что скажут.
Встретила. Пять тёток. Все разные по возрасту. Приняла в доме.
— Будем знакомы. Святослава, Ярослава, Елена Никодимовна, Божена, и я — Венцеслава, — самая бойкая из них представила остальных. Всё в сарафанах, в кокошниках и я… В джинсах и бешено-рыжей футболке с черепом в бандане и зубами в стразиках. Зато у меня коса длиннее и толще!
— Ангелина. Прошу к столу. За чаем и поговорим.
Они благосклонно посмотрели на моего Гришу. Ещё бы, расстарался. Нельзя перед чужими в грязь лицом. Идеально-белая скатерть, салфеточки вязаные, самовар горячий, тонкие фарфоровые чашки с блюдечками и розетками, сортов пять варенья, мед, на отдельной тарелочке тарталетки с салатиками на один укус, хлеб порезан фигурно. Четыре сорта чая и три травяных сбора. Разные фрукты в четырехярусной вазе. Баранки свежие, конечно, и печенья. Умничка! Расселись на мягких сиденьях и приступили к разговору.
— Ты, Ангелина, пошто общество игнорируешь? Обидели тебя чем?
— Да какое общество? Живу тут, и не знаю ни о чём.
— Так профсоюз давно тебе приглашение послал. Не отвечаешь. Не связываешься.
— Не получала ничего. Когда?
— Святослава, я не понимаю, мы трижды отправляли послания, — повернулась она к светленькой пухленькой девушке.
— Не проходят они сюда. Закрыта долина. Для всех.
— Так что ж ты молчишь?!
Та засопела и отвернулась.
— Понятно. Увлеклась экспериментами и забыла. Так?
— Да помню я! За временем немного не уследила.
— А мы с претензией… Ох, Святослава. Так, Ангелина. Тебе права надо получить. Категории "С" и "М".
— Какие права? Для чего?
— На ступу самоходную и метлу, конечно. Это у всех есть. Если будут другие средства передвижения, зарегистрировать надо их. Как положено. Номера получить и путевые листы на все виды транспорта. Твои устарели уже. По-новой оформлять надо.
— А я и не знала… А ещё что надо?
— Сдать экзамены на профпригодность. Определить специализацию, твой уровень и направленность дара, получить литературу в нашей библиотеке. Получишь направление в наши лавки, и сможешь купить всё для учёбы и развития личности. Там скидка будет, если с направлением. Учти, оно один раз в десять лет даётся. Считается, что за это время человек может изучить или продвинуться в одном направлении, и идти дальше. Глубже изучать выбранные темы или сменить их на другие. Экзамен по общению с духами, можем, автоматом отлично ставить. Очень воспитанный он у тебя. Леший в хороших отношениях с тобой, и водяные. Нам уж рассказали. Общение с волшебными предметами тоже автоматом. Избушка, печь, ещё что-то наверняка. По общению с животными, наверное, ещё. Ты же лечишь их, разговариваешь с ними?
— Приходят. Лечу. Один живёт у меня на печке.
— Это кто же?
— Горыныч.
— Вот. Ещё и с исчезающими видами нашла язык! Этот экзамен тоже. По обрядовой магии… Придётся учить.
— Учу каждый день.
— Медитации?
— Два часа ежедневно.
— Полёты?
— Пока никак.
— Тренироваться каждый день.
— Стараюсь.
— Травоведение?
— Каждый день.
— Его можно меньше сейчас. Через день. И заменить обрядовой магией это время. Придёшь оформляться, тебе составят оптимальное расписание. Индивидуально. Появляться в профсоюзе раз в полгода. Ой! А это кто у нас такой замечательный?
Они увидели избёнок, крадущихся мимо нас на второй этаж в игровую.
— Миша, Маша, забирайте своих разведчиков. Чего опять стащили? Если снова песок, дам в лапы веник и будете убирать. Всё ясно?
Избушки зашелестели крышами и понеслись наверх. С лестницы выглядывали любопытные мордашки.
— Брысь, — они с хохотом исчезли, по лестнице постучали пятки и лапки.
— Ого, да у тебя тут полный дом. Свои?
— Все свои.
Они переглянулись между собой.
— Отдашь в хорошие руки?
— Да маленькие они ещё! Подрастут и сами выберут хозяйку. Неволить не буду.
— Они крайне редко размножаются. А у тебя активные такие! И уже бегают!
 
— Да, они бегают с рождения.
— Может напишешь пособие по разведению, отношениям и уходу? Нам бы пригодилось такое. Исчезают разумные дома. У тебя такое богатство тут бегает, ты даже не представляешь! Целых четыре дома!!! Может, ещё лекцию прочитаешь на собрании? Успех бешеный будет! Чем кормишь? Когда гнездование, как проходит? Какие условия и подкормки…
— Можно. Чем их больше, тем лучше, да, родная? — и погладила стену.
Избушка довольно закряхтела.
— Вот, вы видели? Видели?
— Они общаются!
— Это особые отношения!
— У них даже волна общения одинаковая!
— Идеально! Такое взаимопонимание!
Они между собой говорили о волнах, о связях. Понимала с пятого на десятое.
— Ангелина, увлеклись мы. Очень уж редкое явление. Будем рады видеть вас всех на нашем собрании. Там ты сможешь познакомиться с очень интересными и перспективным мужчинами. Молоденьких, как ты, у нас мало. Они с удовольствием с тобой…
Из ванны вышел Антион. В полотенце на бёдрах и вторым вытирая голову. На груди блестят капельки воды, при каждом движении перекатываются мышцы. Хорош! В бане был, видимо.
— Антион, у нас гости.
— Простите, дамы. Минуту, — он опустил полотенце, окинул взглядом замерших дам, сразил белозубой улыбкой, и нырнул обратно, за халатом. Чёрный, шёлковый халат чуть выше колен с огромным красным драконом на спине отлично на нем сидит. Посмотрела на гостий. А глаза-то какие круглые. И слюни пустили. Не дам! Моё!!! Это я что, ревную что ли?! Ну, мать, ты даёшь… Это с чего? Соперниц почуяла? А он разулыбался. И чего им улыбается? Нечего на них смотреть!
— Добрый день, рад видеть таких очаровательные леди, — и ручку каждой поцеловал.
Смотрю на него обиженно и возмущённо. А мне? Я тоже хочу! Он понимающие улыбнулся, подошёл, приобнял и мою лапку тоже поцеловал. Вот. Теперь всё правильно. Сел рядом.
— Вы, наверное, зарегистрировать Ангелину хотите? И транспорт, верно?
— Да, да! Верно. Рассказывали, как всё происходит, когда приезжать. А вы, тут живёте? Простите, мы знакомы?
— Конечно, знакомы. Просто это давно было. Антион Кащей.
— Ой! Простите, что не узнали! А вы как тут?
— За Ангелиной ухаживаю, но она не сдаётся пока.
Смотрю на него удивлённо. Это когда он ухаживал? Хотя… Делает больше, чем кто-либо. Смущённо улыбнулась. Ухаживает. А я, слепая курица и не заметила! Всё в тренировках своих и учёбе.
— Так, Ангелину не надо знакомить с нашими мужчинами? — стрельнула в него глазами Венцеслава.
Послышался глухой рык. Ой, это я так?! Или Антион?!
— Понятно, — заулыбались гостьи и запереглядывались между собой, — Не нужно. Всё равно ждём вас на регистрацию. И на собрание. Ближайшее через две недели. Вот путевик, — на стол положили клубочек ниток. Будем ждать, — и откланялись.
Мы проводили гостей. Кажется, нам надо поговорить.
— Антион…
— Ангел… Нам, похоже, надо поговорить. Пойдём в оранжерею?
— Пойдём. Надо.
Прошли, сели на диван и молчим. Ну, что ж… Попробую.
— Антион, я не замечала, прости.
— Я стараюсь не давить. Жду, когда ты сама… Сложно, но…
— Ухаживаешь, значит?
— Не заметно?
— Я, кажется, твои букеты на зелья пустила.
— Я знаю. Ты меня удивила, — улыбается, — Таким дураком себя чувствовал.
— Прости. Заучилась.
— Иди сюда, — раскрывает руки, и я прислоняюсь к нему. Надёжно. Тепло.
— Я не очень внимательной бываю. Ты мне подсказывай, ну или говори прямо. Если не доходит сразу.
— Хорошо, как скажешь.
 
- Не улыбайся так больше. Они в осадок выпали, и слюнями весь пол закапали.
— Я вижу только тебя. Просто, помни об этом. Вместе поедем? Я одну тебя не отпущу к посторонним мужикам. Околдуют ещё. Я раз уже снимал с тебя воздействие. Хватит.