Охота (СИ)

Мы с ней продирались через лес, когда увидели это. В ожиданиях было ещё минимум час идти среди деревьев, но впереди ждала… серая пустыня. Как будто вырезали круг реальности.
– Что значит твоё ого? – повернулся к девушке.
– Нам повезло. В смысле, если выживем, то это везение.
– Пояснишь?
– Если ты наберешься терпения.
– Тогда не делай такие длинные паузы между словами, – проворчал я.
Кая специально так говорила, чтобы создавалось впечатление, будто каждое её предложение – конец речи.
– В обычные ночи миры соприкасаются немного, нет таких необратимых изменений. В опасные ночи иначе. Миры наслаиваются друг на друга. Часто этот эффект достигает пика в какой-то точке. Реже – в нескольких. Зависит от обширности соприкосновения.
– Главная опасность исходит отсюда?
– Именно. Обычно из таких мест появляются сильнейшие твари. Также это место служит проходом.
– Так это и так понятно…
– Проходом к ним, Эрано, – сказала веско Кая. – Не только они к нам лезут, но и мы к ним. Уверена, люди герцога уже спешат сюда, чтобы урвать самое ценное. А то и вовсе уже здесь, но с другой стороны плеши.
– Как бы они так быстро сюда добрались?
– В дружине герцога не может быть слабых людей. Да и лошадки у отрядов охотников необычные. Поверь, когда надо, они перемещаются очень быстро.
– Тоже хочу. А то жутко скучно так медленно путешествовать.
– Становись герцогом, – рассмеялась Кая.
На фоне серой пустоши, где не было ровным счётом ничего, это выглядело неестественно и зловеще.
– Наш план какой? Идём туда?
– Нет! – воскликнула Кая, обрывая смех, – Это только для слаженных отрядов талантов-ветеранов. Мы аккуратно пойдем вдоль. Попробуем найти, где войска засели. Обойдем их и двинемся к замку барона. Если от него что-то осталось.
– Ты как всегда пессимистична.
– Знаешь, сколько я видела разрушенных деревень? Много. Некоторые сама разрушила… – Кая ушла в себя, но быстро вернулась и продолжила, – Это норма жизни. Не знаю, как было у тебя дома, но у нас – именно так.
Земля впереди зашевелилась и из праха показалась голова мелкого существа. Того, который взрывается после смерти и яд распространяет. Кая тоже его заметила, но и бровью не повела, наблюдая, как существо выбирается и приближается к нам медленно.
– Деревни – расходный материал. – продолжила она говорить, – Их легко разрушают и легко отстраивают заново.
– С таким подходом, как у вас здесь все не померли?
– Крестьяне плодовиты. Их жизни скоротечны. Плодятся, как мухи.
– Это твоя философия или философия твоего отца?
Кая дернулась, как от пощёчины. Я же выпустил стрелу и подбил мелкую тварь.
– Хороший вопрос, Эрано, – безжизненным голосом ответила Кая.
– Это мой конёк, хорошие вопросы.
– За некоторые вопросы и убить могут.
– Не начинай. Лучше скажи, почему сейчас день, а эта тварь вылезла на нас?
– А ты считай, что мертвая плешь не принадлежит нашему миру. Поэтому слабые создания могут на ней выжить и днём. Заметил, как она медленно двигалась?
– С сильными тварями также?
– Ещё хуже. Почему-то дневной свет лишает их сил. Учёные мужи говорят, что это из-за того, что наш мир для них не родной. Также, как их мир для нас.
– Ты была по ту сторону?
– Была. Ничего интересного, если честно. В мертвой зоне унылый пейзаж. Прямо как этот.
– Как же ты там выжила, если это не родное место для людского рода?
– С трудом, – вздохнула девушка.
Она отвернулась от плеши и пошла назад, в лес.
– Там нет еды. Нет воды. С воздухом беда. Где-то можно вздохнуть, где-то нет. Нужна большая сила, чтобы выдержать влияние мертвой энергии. Говорят, есть места, где в другие миры ходят свободно, охотятся там, восходят выше и выше. У нас не так. На своей памяти только одну вылазку в мертвую зону помню.
– А в темные ночи?
– С ними проще. Хватает территорией, где темная ночь сильна. Не надо лезть глубоко, чтобы найти тварь и получить с неё добычу. Хватит болтать, Эрано. Лучше смотри по сторонам внимательнее. Мы должны остаться незамеченными с этим оружием.
 
– Не разумнее ли его сбросить?
– Не раньше, чем я буду уверена в своей безопасности.
– Как скажешь.
Кая пошла вдоль плеши по лесу, я за ней. Насколько видел, вокруг не было ни одной живой души кроме нас.
* * *
Армия герцога одним своим видом внушала уважение и трепет. Через пару часов продвижения по лесу, мы вдали увидели лагерь. Приближаться не стали, залезли на дерево повыше, оттуда подробности и разглядывали.
Я бы с удовольствием подошёл впритык, но нельзя. Слишком много вопросов возникнет, что дети делают в лесу рядом с мертвой зоной. Мы и так рисковали нарваться на поисковый отряд, но я поблизости никого не видел, а Кая заявила, что мне полезно взглянуть на то, как действуют крепкие таланты.
Трудно было с ней не согласиться. Моё любопытство разыгралось, как никогда прежде. С нашей точки лагерь выглядел игрушечным. Но кое-какие детали я разглядел.
– У них всех металлические доспехи?
– Да, – Кая сидела на пару веток ниже. Кажется, она со мной полезла просто за компанию, а не потому что ей было действительно интересно.
У солдат барона я такого не видел. У них встречались металлические элементы на кожаных доспехах. С металлом вообще в окрестностях туго было. Даже гвозди купить – та ещё проблема, не говоря уж о металлической защите или оружие.
– Их тут не много, – заметил я.
– Если не было потерь, то пятьдесят человек.
– Почему так мало?
– Время и расстояние. Это передовой отряд охотников. Их задача найти центр угрозы и… организовать там добычу.
– Не защитить людей?
– На словах конечно же первична защита земель, – хмыкнула девушка внизу, – А на деле… Понимаешь, в чем дело, Эрано. Герцоги постоянно между собой грызутся. Их армии – это основной способ решать вопросы и защищаться. Если твоя армия слаба – тебя сметут. Если ты сам слаб – тоже сметут. Поэтому каждый герцог испытывает потребность в непрерывном усиление. Ты уже оценил, какие возможности подарила мертвая ночь. Логично, что герцог тоже хочет этим воспользоваться и уже пользуется вовсю, как мы видим.
– Ясненько. Ты же знаешь, что умеют эти таланты? Расскажешь?
– У герцога Урсувайского есть три школы. Одна готовит наследников, это внутренняя школа. Вторая готовит рядовую армию. Третья – охотников, которых ты видишь перед собой. У них довольно много знаний накопилось, поэтому последователи могут выбирать. А всё перечислять я устану.
– Ты не думала поступить в эту школу?
– Шутишь? – я глянул вниз и увидел нахмуренное лицо Каи. – Пойти служить тому, кого привыкла считать врагом – это издевательство какое-то. Да и не берут они женщин. Война – удел мужчин в этом герцогстве.
– Но ты же воевала.
– Моему отцу было плевать, что у тебя между ног. Он в этом вопросе сугубо практичен. Был. Чтоб он страдал до скончания времен и никогда не переродился! Дети для него всегда были инструментом. Если у тебя что-то получалось, он это использовал.
– А что получалось у тебя?
– Вызывать ненависть наших противников. Решать поставленные задачи. Любой ценой. Так что, Эрано, узнай крестьяне, с кем ты дружбу водишь, тебе в лучшем случае плюнут в лицо.
– Ты мне не показалась такой уж злобной.
– Серьезно? – на этот раз я увидел недоуменное лицо, – Теряю хватку.
Отвлекшись от Каи, вгляделся в воинские порядки. На первый взгляд талантов не много собралось. Пятьдесят – это в два раза меньше, чем у нас крестьян в деревне.
Но каждый в доспехах. Начищенных и сверкающих. С нашей позиции на фоне уходящего солнца их хорошо видно. Пришли они не своими ногами. Добрались сюда на каких-то существах. Подробностей, к сожалению, я не рассмотрел. Лишь видел, что эти зверюги стоят в наспех построенном загоне. Помимо пятидесяти охотников присутствовал и кто-то вроде свиты.