Охота (СИ)

Они остановились на опушке леса. Спешились, один охранник остался привязывать лошадей, а второй пошёл следом за господином. Тот шёл уверенно, по нашим следам, ничуть не таясь.
– Кто такая? – спросил он, когда подошёл к Кае.
Я был далеко, но слова услышал. Голос мощный, звонкий. Да и лицо, как говорится, породистое. В смысле лошадиная морда, уши торчат и выражение такое наглое, что аж плюнуть хочется.
– Милостивый господин, – поклонилась Кая.
Моя челюсть тоже чуть поклон не отвесила, едва не упав в снег от такого голосочка.
– Я спросил, кто ты такая? И где второй? – огляделся мужчина.
– Следы туда ведут, – указал охранник.
– Мой учитель сбежал, – снова заговорила Кая, не разгибаясь.
Это она так истинные эмоции прячет?
– Твой учитель трус? – рассмеялся «господин».
– Он не захотел с вами связываться и сказал, чтобы я вас отвлекла.
– Покажи своё лицо, дитя, – вполне добродушно сказал мужчина. – И как же он приказал нас задержать?
– Этого он не уточнил, – потупилась девушка и сделала пару шагов назад.
Ну уж нет. Этой актрисе незачем прятать лицо. Даже я поверил в спектакль.
Тем временем подошёл второй охранник. Он держал в руках лук с натянутой стрелой.
– Свяжите её, допросим, – приказал господин.
Удивительное дело, но Кая вскрикнула, как деревенская крестьянка, и дала себя схватить. Я стоял за деревом и не знал, что делать. Она издевается, что ли? То ли надо мной, то ли над людьми барона Гронворка. Сам барон, по рассказам, был стариком и никак не походил на того, кто к нам явился.
Пока девушку связывали, я перебежал и сменил позицию, ушёл ещё дальше. Чего Кая хочет от меня? Чтобы я отвлёк от неё охранников? Чтобы бегал от них по лесу? Или чтобы атаковал и устранил кого-нибудь, создал шум? Не могла нормально объяснить!
Про меня они не забыли. Не прошло и минуты, как двое охранников отправились следом. Да так резко бросились, что на принятие решения оставалось несколько секунд. Я дождался подходящего момента и выстрелил. Стрела летела точно в грудь, но в последний момент вильнула и отклонилась в сторону. Я снова натянул лук и собирался повторить выстрел, но внезапно меня накрыло тяжестью, и оружие упало в снег. Сам же я рухнул на колени и схватился за голову, чувствуя, как в голове нарастает гул.
– Не дергайся! – крикнул охранник, подбежал и пнул меня ногой по ребрам.
Мужик он крепкий, явно с закалкой дружит, удар что надо вышел. Хекнув, я завалился назад и рухнул на спину. Пришёл в себя, когда меня за ногу тащили. Одежда задралась, и спину царапало снегом да всеми лесными неровностями. Сзади, вверх тормашками для меня, шёл второй охранник и недобро улыбался. Нет, может, и добро, по-дружески, но с такой позиции оскал показался зловещим.
– Ребенок? – навис надо мной главарь поискового отряда, когда меня приволокли к нему. – А ты кто такой, и где твой учитель?
Заминку, вызванную тем, что мне понадобилось время на осознание того, что они точно не знают, сколько нас было, восприняли как нежелание отвечать. Охранник, что тащил меня, наступил на руку, отчего я вскрикнул.
– Отвечай, – потребовал главный. – А то будет больно.
– Учитель… ушёл, – ответил я, постаравшись показать страх.
Кая, может, и хорошая актриса, но ловцы знаний – самые ушлые типы во вселенной!
– Там не было других следов, господин.
– Хочешь сказать, что стаю перебили двое… детей? – спросил господин, а потом рассмеялся.
Как иронично. Мы прошли через тяжелое испытание, сделали невозможное, а эти люди не верят в нашу силу. Ещё и скрутили так быстро, как… кхм… детей. Кая-то сама сдалась, я тоже ничего не показывал, но… Впервые я столкнулся с солдатами, которые так легко таинства применяли.
– Проверьте, что там с лошадьми, – приказал господин.
Я попытался поймать взгляд Каи, чтобы понять, что она задумала, но девушка упорно не смотрела на меня, изображая испуганную лань. Должен признать, вблизи это выглядело ещё убедительнее. Ну точно девственница на оргии. Губы приоткрыты, взгляд затравленный, сжалась вся в комочек.
 
– Хорошая добыча, – доложил охранник, когда достал мешки с лошадей и заглянул внутрь.
Не уверен, что он именно охранник. Скорее группа поддержки для господина. А тот кто тогда? На землях барона может командовать либо он сам, либо кто-то из его родственников. Настолько глубоко в изучение аристократов я не углублялся и всех родичей баронов не знал, поэтому не мог определить, с кем нас свела дорога.
Зато герб на плаще узнал. Да и перчатка на пальце присутствовала. Точно аристократ. Какой-нибудь внук или около того. Недостаточно значимый, чтобы заниматься чем-то более важным, а вот бегать по лугам за нарушителями – самое то.
– Их учитель щедр, если оставил это нам, – довольно улыбнулся аристократ. – Или он самое ценное забрал себе? Отвечайте.
Вопрос адресовался нам с Каей. И что говорить? Излишняя покладистость будет слишком подозрительна. А если молчать, в лучшем случае изобьют.
– Что же вы молчите? – улыбнулся мужчина. – Если не заговорят, – повернулся он к охраннику, – выколи мальчишке глаз.
Ну спасибо тебе, добрый человек. Лучше пинок по ребрам. Глаз мне ещё пригодится. Охранник достал нож и подошёл ко мне. Его лицо ничего не выражало. Почему-то я сразу уверовал, что глаз он мне выколет и не… кхм… моргнёт.
Кая, если у тебя есть план, самое время действовать.
Или у тебя нет плана?
Кажется, пора начинать самому действовать.
– Так что? – наклонился баронский родственничек над Каей. – Что забрал ваш учитель? И как его зовут?
– Он запретил нам говорить, – ответила девушка, отползая и заикаясь.
– Что же ты, дитя, боишься меня? Это хорошо, это правильно, – тон противоречил словам. – Сейчас меня нужно бояться больше, чем своего учителя. Он уже далеко и не вернемся, а я здесь. Понимаешь?
Кая закивала. Её губа дрожала так натурально, что любая театральная комиссия поверит. Десять из десяти.
Пока главный урод отвлекся, я постарался просчитать план спасения. Охранники стоят собранные, но поглядывают больше по сторонам, нежели на меня. Да чего уж, меня они даже не связали. То ли потому, что я выгляжу как подросток, то ли потому, что перевязан в нескольких местах и бледный, как мертвец. А может, дело в том, что пытался стрелять из лука, да и то неудачно.
Даже по меркам аристократов, на пути восхождения есть ограничения в виде возраста. То, что мы с Каей это ограничение обошли, было уникальным случаем. Эти люди, увидев наш возраст, должны были подумать, что в плане таинств мы пустышки и ничего не умеем. Следовательно, и опасаться нечего.
Если атаковать темным лезвием, да сделать это в подходящий момент, можно убить одного из них. При условии, что они прямо сейчас не держат защитных таинств.
Насколько вижу, не держат. А вижу я многое.
Любое таинство требует затрат энергии. Держать его полностью раскрытым – это гарантированное истощение для кого угодно. Есть шансы, что они и не держат. Если только не опасаются внезапной атаки «учителя». Другое дело, что это опытные воины, а значит, с закалкой у них всё хорошо. Может статься, что моего темного лезвия не хватит. Для надежности придётся вложить всего себя, как в плане энергии, так и в плане эмоций.
Одна попытка, один удар. Это определит, выживу я или нет.
И уцелеет ли мой глаз.
– Учитель забрал один мешок, – якобы сдалась Кая, якобы не выдержав игр в гляделки с господином. – Я не знаю, что в нём.
– Твой учитель уничтожил стаю?
– Да.
– Что вы делали на наших землях?
– Учитель не говорил. Мы идём туда, куда он скажет.
 
– Саймон, – повернулся господин к тому мужчине, что стоял с ножом рядом со мной. – Ты ей веришь?
– Нет.
– Вот и я не особо. Тебе этот мальчишка дорог, девочка?
Кая отвернулась, пряча глаза. Я чертыхнулся про себя.
– Он мне никогда не нравился, – призналась Кая, а дальше вывалила груду переживаний: – Всегда такой шумный, лезет, куда не надо! Постоянно хотел обратить внимание учителя на себя! Достал! Ненавижу!