Нулевой мир 2. Мера Один

Скрипнула дверь и в щель просунулась белобрысая голова.
– Проснулся? – улыбнулась Устрица и окинула меня взглядом.
Я даже смутился – она будто раздела меня мысленно. Девушка осторожно подошла и коснулась груди.
– Не болит?
Я помотал головой.
– А это я тебя перевязывала, – Устрица игривым взглядом посмотрела вниз, – А ты и вправду симпатичный! Везде…
Выдавив из себя улыбку, я сказал:
– Спасибо.
– За симпатичного? – первушка стала наматывать локон на палец.
– За то, что позаботилась, – ответил я и поджал губы.
Устрица прошлась по комнате, заглянула в маленькое окошко. Она была миниатюрной, фигуру облегало приталенное белое платье из простой ткани. Казалось, что она даже слегка выгибается передо мной.
Я понимал, что со мной самым незатейливым образом флиртуют, но сейчас меня волновали совсем другие вещи.
– Трутень был такой веселый, – сказала Устрица, – Мне так его не хватает.
– А Трутень… Это…
– Это перваш, который жил здесь до тебя, – сказала она, а потом, поджав губы, уставилась на кровать, – И спал он на этом лежаке…
Ее взгляд говорил о многом, я сразу понял, что Трутень спал на этом лежаке частенько не один.
– Знаешь, мы с Трутнем очень дружили, – осторожно сказала белобрысая, подошла, и коснулась пальцем моей груди, – Я понимала, что он рано или поздно умрет…
– Трутень был прималом?
– Да.
– А кто это? – спросил я, и сразу наткнулся на удивленный взгляд.
– Кто, Трутень?
– Примал.
– Ты не знаешь?!?
Я покачал головой.
– Но ты же так сражался там, во дворе! Хозяйка была так довольна!
Усмехнувшись, я похлопал себя по повязке:
– Что-то я не заметил.
– Когда Трутень взял пятую ступень, хозяйка тоже была довольна.
– Пятую? – переспросил я.
– Да, – Устрица так и трогала ворот моей рубахи, – Прималы сражаются, когда хозяева скажут. Хороших прималов ждут в столице, чтобы усладить взор великого приора.
Я вздохнул. В принципе, я и так подозревал, что это что-то вроде гладиаторов. Только смысла в этом я не видел. Это немного не вписывалось в систему, которую я для себя выстроил.
Я давно понял, что в Инфериоре выше всего – человек, третья мера, и его я еще не встречал.
Ниже находится зверь.
Еще ниже – стихийник, первая мера. Так сказать, полезный слуга, обладающий первичной магией.
И на самом дне – ноль. Самая слабая и примитивная рабочая единица, жизнь которого в Инфериоре не стоила ничего.
– А… зачем примал госпоже? – спросил я.
– Как же, – удивилась Устрица и хихикнула, – Ты и правда такая деревенщина? Я слышала, что ты с самых окраин.
– Ну, да, я крестьянин с деревни Зеленых Скорпионов, – сказал я.
И тут белобрысая произнесла то, что окончательно выбило почву у меня из-под ног:
– Никогда не слышала, – она хихикнула, – Там много деревень.
До меня потихоньку стало доходить, что знакомство с Нулевым миром я начал в реальной глуши.
– Но… как же? – прошептал я, – А про Желтых Скорпионов ты слышала?
– Неа, – девушка мотнула головой, – Я плохо знаю, что вокруг Вольфграда.
– Вольфград?
– Ну да, это наш город.
Я подумал, что не стоило многого ждать от служанки. Разве она может обладать обширными знаниями? Ну, как говорится, ее мера маленькая. Служит Волчице, тому и рада.
Устрица оглянулась на дверь, а потом приблизилась и прошептала:
– Прималы бьются за честь клана. Они сильные первушники.
Я тряхнул головой.
– Какого клана? Серых Волков?
Она засмеялась, а потом поманила пальцем, чтобы я склонился. Притянувшись губами ближе к моему уху, она зашептала:
– Великий приор Зигфрид запретил зверям убивать друг друга, если они не нарушают закон. В стае Серых несколько кланов, это наследники одного из великих родов Диких Волков.
– То есть, у Серых Волков нет главного?
– Конечно, есть, – девушка испуганно оглянулась на дверь, а потом хихикнула, – Это в вашей глуши, наверное, уже и не осталось вожаков. Стаей Серых Волков правит великий мастер Альфа.
– Вот так и зовут – Альфа? – удивленно спросил я, вспомнив, что на Земле в стаях волков главный вожак тоже обязательно альфа-самец.
 
– Зовут его господин Рагнар, он стал Альфой совсем недавно, – она коснулась пальцем кожи на моей шее, – Ты его еще увидишь.
– Почему?
– Прималы часто бьются перед Альфой, – прошептала Устрица, – Таков закон, кланам нельзя воевать друг с другом.
– А, то есть, мне придется защищать честь твоей хозяйки?
Белобрысая опять испуганно оглянулась на дверь, а потом сказала:
– Госпожа и твоя хозяйка тоже! Да, ты будешь защищать…
Тут с улицы донесся знакомый и ненавистный мне голос:
– Устрица!
– Ой, – белобрысая метнулась к двери.
– Стой, – я протянул руку, – Слушай, у меня на груди…
Но Устрица уже выскочила за дверь.
– Да, госпожа Хильда, – послышался ее голос.
– Там Спика проснулся?
Я, не дожидаясь, пока меня позовут, вышел сам. Солнце было уже довольно высоко, и я зажмурился с непривычки.
– А, первота, вот и ты, – Хильда отошла от двери дома и отвесила подзатыльник подскочившей Устрице, – Быстро принеси пожрать нашему новому прималу.
– Да… госпожа…
Первушка чуть не ударилась в слезы, но кивнула и исчезла в доме. Я поморщился, наблюдая эту сцену. Непроизвольно я посмотрел в сторону манекенов… и замер. Пальцы сами собой задергались, перехватывая невидимое древко.
Вдоль стены стояло несколько новых копий. Меня охватили и радость, и страх одновременно. Волчица совершенно меня не боялась, даже зная о моих способностях.
Рядом с площадкой в стене сарая красовалась нехилая вмятина. Будто тараном долбанули, чуть не пробив стену. Пара кирпичей все-таки вывалились, их обломки валялись рядом.
До меня не сразу дошло, что это меня впечатали в стену. Я рефлекторно коснулся груди, ребра едва не заныли от фантомной боли.
– Я вижу, ты вполне оклемался, – Хильда подошла, схватила меня за плечи и стала разворачивать, осматривая.
– Да, – ответил я.
Резкий удар в живот согнул меня пополам.
– За каждое забытое «госпожа» я буду ломать тебе по ребру, – послышалось у меня над ухом, – За каждый вызов лекаря я должна платить! И за каждый ден ломать по пальцу! А это значит, первота, что я буду недовольна.
Ее пальцы, словно стальные гвозди, впились в плечо, и меня рывком подняли. Я выпрямился и упрямо поджал губы.
– Тебе ясно, первушник?
– Да, госпожа, – процедил я сквозь зубы, – Ясно.
– Хорошо, – она указала пальцем на вмятину в стене, – А теперь почини вот это!
Я удивленно уставился на стену, а потом на свои руки. Волчица недовольно проворчала:
– Мне твои ребра обошлись в три дена, так что тебе лучше поторопиться.
В этот момент в ворота постучали, и Хильда нетерпеливо крикнула:
– Кого там принесло?
– Мастер, это Скегги, – послышался приглушенный ответ.
Волчица оглянулась, но из дома уже выскочила Устрица и со всех ног понеслась к воротам. Она торопливо вытянула засов и открыла створку.
В проеме показался огромный воин, за спиной у него висел большой двуручный топор, еще пара поменьше висела на поясе. В остальном он выглядел, как большинство Серых Волков: шлем с хвостом, кожаные доспехи с железными вставками, измазанное краской лицо.
– Мастер, – коротко кивнул воин, приветствуя Хильду.
Тут он, наклонившись, ласково шлепнул ниже спины не успевшую отскочить Устрицу. Та взвизгнула и унеслась в дом.
– Скегги, – поморщилась Волчица, – Сколько раз тебе говорить – не трогай моих служанок.
– Виноват, мастер, – осклабился тот, хотя по его виду было понятно, что таковым он себя не чувствует.
– Ну, вы были в деревне Белых?
– Да, – кивнул тот, – Вот только оттуда…
 
Глава 6. Следы прошлого
 
Хильда сложила руки на груди, требовательно глянув на воина с топором.