Красавчик на мою русалочью голову (СИ)

— Не бери в голову, — Билл махнул рукой и что-то там сделал, после чего мы поплыли, но не над водой и не под ней.
Здесь вообще есть вода?
— Вот это был сон, — прошептала я сама себе и, зевнув, перевернулась на другую сторону, чтобы снова уснуть. — Чёртова ракушка! — пропищала я. — Когда я так успела вырасти, чтобы мне места было мало на собственном спальном месте?
Сделала так, как всегда, взмахнула хвостом и с ужасом поняла, что сон не был сном, и все это действительность, в которую я с неохотой, но верю!
— Водоросли мне в рот! — воскликнула я, ведь хвоста жизни нет.
Осознав жесткую реальность, со слезами на глазах я поползла к краю чего-то там, с чего и свалилась.
— Тьма такая, как в той чертовой пещере, — прошипела, карабкаясь на что-то мягкое.
— Что за шум, а драки нет? — услышала странный голос, после чего как будто снова оказалась в пещере, и мне по глазам ударил жесткий свет.
— Это ты, маленькая засранка, — теперь мне было не плевать на мелкую рыбку, ведь именно она меня запихнула в мир этих странных существ. А так как голос был не того самца, то, может, эта рыбка сжалилась надо мной и приплыла вернуть назад, в родной океан?
— Скорее всего, маленький засранец, но если разобраться, то не такой я и маленькой.
Я раскрыла глаза, парочку раз моргнула, после чего они все-таки привыкли к свету от чего-то там наверху. И я увидела того самого самца.
— Фип, — проговорила невпопад, ведь толком не запомнила, как именно к нему обращаться. — Или как там тебя, где я нахожусь? — Это существо без хвоста не просто стояло, а слегка покачивалось, и, если бы мы были в воде, все выглядело бы естественно, или в этом, другом, мире это тоже нормально?
— Во-первых, я Билл, а не так, как ты сказала. Во-вторых, ты у меня дома. А теперь вопрос, почему кричим?
— Я упала с этой высотки, — проговорила я и пальчиком указала на эту штуку.
Этот Билл начал так хохотать, что мне захотелось в уши насыпать горсть песка, хотя я заметила, что у него очень мягкая улыбка.
— Высотка, — продолжал смеяться он, а потом резко сменил веселье на пристальный взгляд. Оперся о белую стену и, осмотрев меня с головы до хвоста, произнес: — Эта, как ты выразилась, высотка называется постель. На ней спят или занимаются чем-то интересным, но в основном спят.
— А у нас это называется ракушка. То есть это и есть ракушка, — принялась мяться я, не зная, как правильно донести свои мысли. — Ну, мы и спим в королевских ракушках. Они о-о-очень большие. Но у нас в океане есть они разных размеров, — говорила я без умолку. — Ты ведь понимаешь меня?
— Странно, но да. Фантазия — странная штука, и, если захотеть, можно и не такое представить, — сейчас его тон казался не таким странным, но все же что-то было не так.
— А как ты передвигаешься? — спросила я. Интересно — жуть! — У меня был хвост, и я свободно плавала в Большом океане, а теперь не знаю, как мне это делать. Ползать, что ли?
— У нас есть ноги, и у тебя тоже, заметь, — засмеялся он, показывая на палочки, которые заменили мой хвост. — Попробуй. Вдруг действительно пойдешь.
— А с чего начать? — разглядывая себя, спросила я.
— Давай помогу, но сначала оденься, а то не очень красиво светить своим «добром» перед незнакомцем.
— Чем светить? Каким добром? — не поняла я.
— Ты действительно странная, но все равно — оденься. — Билл бросил мне что-то белое и мягкое на ощупь. Стащила это с головы и принялась вертеть в руках. — Тебе помочь, или снова прикалываешься?
— Что делаю? — недоуменно спросила я, ведь этот Билл говорил одни странности.
— Понятно, — он положил коричневую жидкость в чем-то прозрачным на какой-то прямоугольник и подошел ко мне. — Поднимай руки вверх, — скомандовал он. Я и подчинилась, после чего эта белая штуковина окутала мое тело. — А теперь давай-ка я тебе помогу встать, и мы попробуем пойти.
— Ага.
Самец держал меня за обе руки и стаскивал с постели, если не ошибаюсь с правильностью выражения, но в конечном итоге я просто расплылась на земле и посмотрела на Билла, который стоял вверх ногами.
 
— Ты действительно не умеешь ходить?
— Неа, — отрицательно мотнула я головой. — Я же тебе говорила, или ты думал я вру?
— Если честно, я до сих пор думаю, что мне все это снится, и, когда взойдет солнце, все встанет на свои места, а еще я пьян, очень, но новая порция спиртного подождет, ведь нужно научить тебя ходить, а не ползать, как змея.
— О-о-о… а у нас тоже есть змеи! — обрадовалась я. Ведь хотя бы что-то поняла из его слов.
А дальше было весело, но очень полезно для меня! Я поняла, как это — ходить.
— Еще шаг, еще… — командовал Билл. — Молодец, но дальше сама, — изрек он и отпустил, а я, как стояла, так и упала.
Вместо того чтобы помочь, самец подошел к жидкости, которую оставил на какой-то штуке, и взял ее в руки. Окинул меня странным взглядом, после чего вышел из комнаты со словами:
— Дальше сама, королевна русалок, которая сбежала.
— Чтоб ты подавился тем веществом, — прошипела я ему вслед.
Какая я бы ни была злая, но Билл прав — я должна подняться, ведь нехорошо, чтобы королева лежала, хотя и бывшая.
Первых несколько попыток оказались не очень удачными, но следующие более чем хороши.
— Давай, Эрика, ты сможешь! — подбадривала сама себя, делая шаг за шагом, как называл это Билл. — Что это? — удивленно прошептала я и прислушалась к эмоциям, но не к своим.
Они странные. Такое впечатление, что они боятся и в то же время в замешательстве. Сделала несколько вдохов и выдохов, собралась с силами и пошла по невидимой нити с эмоцией, которая привела меня к Биллу, и он плавал…
Недолго думая, начала перебирать ногами быстрее и быстрее. Мне необходимо ощутить свой хвост, поплавать в воде, насладиться ею!
Эти чертовы ноги меня не слушаются, путаются, но это меня не сдерживает, ведь я так близко, чтобы снова стать собой!
Прыгнула в воду, и, когда она меня окутала, почувствовала себя очень счастливой. Такой, что даже не смогла описать собственные эмоции, но ощущала его. Они были снова смешанные: восторг, шок, неверие. Все это плескалось в Билле.
Он плыл по поверхности воды, в то время как я по дну. Его глаза были открыты, как и мои. Мы смотрели друг на друга, медленно проплывая в разные стороны, а когда наши взгляды перестали быть на одной прямой, я перевернулась пузом вниз и начала грести к краю, на разворот и в обратную сторону.
Мне было комфортно и тепло в воде, хотя она и была странная на вкус, но дышать в ней комфортно.
Я исследовала каждый угол этой емкости, каждую дырку, даже эту штуку, из которой выходило так много пузырьков разного размера. Возле нее было очень хорошо дышать, но хвост так и не появился.
С болью на душе выбралась из воды и пошла к парню. Влага на лице скрывала мои слёзы, солёный вкус которых снова ощущался на языке.
— Ну меня и таращит! — проговорил Билл с явным недоумением, которое я снова ощутила. Оно очень велико, я бы сказала, необъятно, и растет с каждой минутой. — А я ведь не пил ничего такого и ничего не нюхал, не курил, хотя была хорошая возможность. Но почему меня так сильно таращит? А может, мне что-то подмешали?
— Что именно ты имеешь в виду? — смотря на мягкие волны, которые бьются об края этой емкости, спросила я, стараясь сосредоточиться на воде, ее оттенке, вкусе, на чем-нибудь, только чтобы не ощущать эмоций Билла.
— Я засек на телефоне время, которое ты плавала.
— И что?
— Это было больше чем полчаса. Гребаных полчаса! — прокричал парень, заставив меня приглядеться к нему.
 
Он запустил руки в свои волосы и тянул их вниз, а его эмоции овладевали моим телом, отчего меня начинало трясти — они были очень сильны, острые, наполнение непониманием. Складывалось такое впечатление, что он не верит собственным глазам и сходит с ума.
Мне стало жаль Билла, ведь он действительно ничего не понимал, но и я далеко не убежала: я для него что-то неизведанное, то, что не входит в рамки, заложенные в его голове, ведь он не верит мне и считает, что с ним что-то не так.