Кинетик (СИ)

— Тогда я начну.
Не вдаваясь в подробности и не касаясь наличия у себя дара, он пересказал свои несколько воплощений и с любопытством обратил внимание на задумчивые лица гостей его палаты.
Тишина стояла пару минут, после чего Патрушев потёр лоб и, достав свои карманные часы размером с небольшой будильник, задумчиво произнёс:
— То есть в вашем случае мы имеем место замены человеческой сути или своеобразный перенос сознания.
— Возможно. Как вы понимаете, мне всё равно, как назвать этот процесс. Лично для меня важно, что сохраняется память, которая позволяет мне накапливать знания и, если однажды появится возможность нормально задержаться в человеческом теле, то и воплотить знания в жизнь.
— Только в этот раз самому заниматься производством изделий из стали я бы вам не рекомендовал. Любое перенапряжение может быть для вас чревато. Всё-таки серебряная заплатка в черепе не гарантирует качественного удержания крови и мозгового вещества.
— Поэтому мне и нужен какой-то доход, который позволит не голодая почитать книги из библиотек. Кто его знает, сколько мне отпущено в этот раз?
— Могу вас порадовать тем, что вы будете получать пенсию по инвалидности, которая частично покроет ваши материальные потребности. По крайней мере комнату и питание вы сможете оплачивать с неё, — немного успокоил его Патрушев.
— Останется одежда, обувь, лечение зубов и деньги на содержание семьи, хотя навряд ли какая женщина захочет иметь мужчину с таким приданым, — Серый глазами показал в направлении пластины на своей голове. — Кстати, доктор, ни у кого не возникнет желание оторвать её, чтоб купить себе выпить?
— Гарантировать сейчас ничего нельзя. Как вы понимаете во время войны отлавливать негативных представителей общества становиться практически некому, так что вам придётся что-то придумать.
— Может получится приклеить фрагмент парика?
— К сожалению, я не представляю, что можно использовать в качестве клея в данном случае. У нас нет клеёв, которые способны что-то приклеить к металлической поверхности, а по поводу женщин вы не волнуйтесь, психических отклонений у вас не замечено, так что желающие стать вашими жёнами дамы обязательно будут.
— Дамы? У вас многожёнство?
— А как ещё восстанавливать численность населения при дефиците мужчин, не из-за границы приглашать всяких…
— Почему всяких?
— Потому, что хорошие мужчины всегда востребованы на своей родине, а на чужбину поедут только лица с сомнительными намерениями или полные неудачники, а какая нормальная женщина захочет иметь потомство от таких самцов?
— Доктор, а когда я смогу вставать, а то лежу к доске привязанный и даже не знаю, что творится за окном. Какая эпоха, какие дома и погода?
— Сегодня ещё потерпите, а с завтрашнего дня мы будем фиксировать вас только на ночь.
— Хорошо. Есть ещё один вопрос, как меня зовут, и где я раньше жил?
— Летов Николай Августович, Лейтенант девяносто восьмого кавалерийского полка, а жили вы, судя по бумагам в деревне Прихолмье, но сейчас это оккупированная территория.
— Так мне голову осколок поранил от бомбы из артиллерийского орудия?
— А какие ещё варианты?
— Я думал с летательного аппарата, — удивился Серый.
— Мы вернёмся к этому вопросу завтра, а сейчас мне, увы, пора, — снова взглянув на часы проговорил доктор.
— До свидания.
Профессор с молодой женой вышли, и в палату вошла сестра и начала делать влажную уборку, отчего в помещении запахло календулой.
Влажная уборка длилась недолго, но Серому было всё равно, поскольку уборщица в поле зрения почти не показывалась. Впрочем он пока обдумывал, что для начала скормить доктору в виде пробных изобретений.
Уборщица ушла довольно быстро, но палата пустой долго без гостей не была. Снова открылась дверь, и в помещение зашла молодая женщина в белом халате, которая взяла его руку и, поглядывая то на него, то на часы замерила его пульс. Удовлетворённо кивнув, барышня выбрала неприкрытое пижамой место на груди и приставила к ней слуховую деревянную трубку.
 
Серый с любопытством смотрел на этот спектакль, ловя себя на том, что получает от этого некое удовольствие.
Третьей операцией было измерение давления с помощью линейки и золотого колечка. Серый посмотрел на барышню, которая думала явно о чём-то о своём.
— Ну что, подхожу? — с улыбкой спросил он, вызвав явное смущение.
— Догадались? — спросила она.
— А думаете, это так сложно?
— И что вы мне ответите?
— Если вы в курсе, то я ничего не помню. Я понятия не имею, как буду жить дальше и особенно, где и на что, а вы от меня ждёте ответа.
— У меня есть большой дом.
— Вы приглашаете меня пожить у вас для более близкого знакомства?
— Совершенно верно.
— Хорошо. Как ваше имя?
— Альмета Леонидовна Тис, я служу в лаборатории.
— Вы химик или биолог?
— И то, и то.
— А это всё? — Серый намекнул на спектакль с давлением.
— Альфена намекнула, что есть не женатый лейтенант и назвала номер палаты
— А Альфена это кто?
— Младшая жена профессора Патрушева.
— Понятно. Ещё кто на смотрины придёт?
— Не знаю, но вы в госпитале не один, — ответила барышня.
— А почему вы пришли именно ко мне?
— Альфена сказала, что в вас спрятана тайна, а я больше учёный-исследователь, чем лаборант-врач.
— Вы забавная.
— Я вам симпатична?
— Было бы иначе, я бы не согласился.
— Хорошо, я тогда после смены ещё зайду.
Серый медленно моргнул, давая понять, что согласен и увидел улыбку на лице Альметы. Вообще, он не привязывался к этому миру, и ему было забавно наблюдать за таким методом знакомства, но какая разница, каким образом происходит первая встреча? Оставалось наблюдать за развитием событий.
Ещё через час появился профессор Патрушев с представительным мужчиной в дорогом костюме и с накинутым на плечи белым халатом.
— А вот и мы, Николай Августович. Знакомьтесь, это юрист патентного отдела Фролов Буран Артёмович.
— Здравствуйте, — поздоровался юрист.
— И вам доброго здоровья, — ответил Серый.
— Валерий Лесович пригласил меня, поскольку у вас намечаются совместные исследования, которые имеют вероятность принести положительные для нашей науки результаты. Сейчас мы с вами заключим тройственный договор, и я выдам вам номерные печати.
— Вы можете обрисовать мне, как выглядит весь процесс, — обратился Серый к юристу.
— Всё очень просто. После заключения тройственного договора я, как юрист, буду контролировать область ваших изобретений и совместных договоров. Совместные договора вы будете фиксировать своими номерными печатями, и в случае, если кто из вас в индивидуальном порядке будет обращаться за патентованием в наш отдел, то вторая сторона будет опрашиваться о всех ваших совместных проектах на предмет совпадения технологий, но это если процент совпадения будет выше двадцати процентов.
— Оплата ваших услуг?
— После того, как вы добиваетесь успеха, патентный отдел академии наук получает один процент от прибыли при использовании изобретения.
— В принципе, нормальная схема.
— Наш отдел работает так уже на протяжении ста четырнадцати лет, — пояснил Буран, доставая из портфеля типовые договора.
Быстро ознакомившись с текстом договора, Серый согласился с условиями и, после вписания в договор имён присутствующих, поставил подпись.
********
— Ну вот, Николай Августович, теперь мы можем побеседовать на новом уровне. Чем порадуете? — сразу задал вопрос Патрушев.
— Чем у вас производят дезинфекцию помещения? — спросил Серый.
— Раствором настоя календулы.
— Тогда фиксируйте на бумаге…
Серый пересказал схему получения хлора из поваренной соли с получением из него впоследствии хлорной извести. Два экземпляра записи были завизированы печатями, и док приготовился писать далее.
Серый поделился с ним ещё информацией о солевых повязках, которые использовали в Великую отечественную войну в госпиталях, рассказал о получении йода из золы водорослей и приготовлении лекарства синий йод. На этом их деятельность была прервана появлением жены профессора и Альметы.