Жрица для дракона (СИ)

— Да за что? — воскликнул он обиженно, потирая место ушиба. Просто когда тебя бьют ледышкой по голове, то приятного в этом мало.
— За все хорошее, — оскалилась я, а Вилан рядом понимающе ухмыльнулся.
— Боевая невестка — веселье для свекрови. Мама будет в восторге, — обрадовал меня Вилан, а я наблюдала за тем, как обмазанная жижей статуя начала просыпаться и рассыпаться. Силы Безликого были запечатаны, но при этом его уже начали выпивать до дна, перенося магию в камень, видимо, накопитель.
Бриллиант уже сверкал всеми оттенками радуги, завораживая своей волшебной, запретной красотой, а Илай, казалось, еще немного и рухнет в обморок. Его челюсть напряглась, пальцы почернели на самых кончиках, а из статуи вырвался истошный рык боли и ярости. Мы замерли, ожидая, что произойдет дальше, когда произошел самый настоящий взрыв. Осколки с невероятной скоростью разлетелись в разные стороны, я инстинктивно успела выставить перед нами с драконами ледяной щит и заметила, как в него врезались аж десять острых кусков, а после наступила гнетущая, пугающая тишина.
— Убери щит, — попросил Вилан, доставая из ножен меч.
Я осторожно рассеяла свою магию и увидела пыль вместо Безликого и корчащегося в судорогах слабости Илая. Драконы лежали без сознания в разных уголках комнаты. Глаза Разрушителя закатились, он что-то шептал на непонятном мне языке и сжимал в пальцах трость. Она словно была его проводником в этом мире, и он не мог без нее жить или умереть.
— Что с остальными? — спросила у Вила, который проверял драконов.
— Потеряли сознание. Лед единственная защита от выброса магии. Они в порядке, но проснуться со страшной головной болью и тошнотой. Вир будет в ярости, что снова рухнул в обморок, — рассмеялся Вилан.
Да, Вир точно этому не обрадуется.
— А что с Илаем? — спросила, опускаясь на колени перед Разрушителем.
— Откат. Думаешь было так легко провернуть все это истощение трех великих? Я удивлен, что он вообще не рассыпался, как и они, — Вил кивнул сторону камер.
— Его нужно убить мечом дракона, — сказала я. Это осознание просто вспыхнуло в моей голове, будто всегда было там, но скрывалось долгое время. — Только так он пройдет суд и заслужит перерождение. Вил, я обещала, что помогу ему очиститься. Он исполнил свой договор и заслужил спокойствие.
— Он тысячи лет убивал и пытал наш народ, Даша, и думаешь, эта помощь сотрет все его преступления? — с прищуром и недоверием спросил Вилан, поднимаясь с колен и испепеляя меня взглядом.
Кажется, моя идея ему не особо понравилась.
— Не сотрет, — качнула я головой, соглашаясь. — Он предстанет перед судом Единого на другой стороне. И там получит заслуженное наказание. Просто дай ему уйти, Вил, это не так сложно.
Вилан посмотрел на меня как на сумасшедшую, а я просто осторожно гладила Илая по волосам, пытаясь хоть как-то облегчить его страдания. Он помог нам, пошел против своих соратников и уничтожил их тела, запечатав силу. Я не видела его преступления, не жила на Ивелосе, когда здесь творилось кровопролитие и погибали люди, но сейчас я видела самоотверженного мужчину, со старой, уставшей душой и мне хотелось ему помочь.
Пусть это было глупо, но я чувствовала, что он не такой плохой, каким его видят остальные.
Каждый из нас заслуживает второй шанс. Даже маг.
— Ладно, только не смотри на меня с таким осуждением, — буркнул Вил, сдаваясь. — Будет больно и много крови. Отойди и не подходи, чтобы ни случилось, — но только Вилан замахнулся мечом, как Илай ожил.
Он напрягся и вложил в мою руку трость:
— Камень будет защищать вашу семью в благодарность за помощь, — улыбнулся он мне и посмотрел на Вилана: — Пронзи мое тело мечом стража Небесных врат, дракон, — попросил он и расслабленно закрыл глаза, а я зажмурилась, слыша, как меч вошел в грудь Разрушителя, и его сила перетекла в камень, светящейся воронкой закрываясь и схлопываясь, словно так и должно быть.
Тело Илая на секунду замерло, а после рассыпалось, превращаясь в белый песок.
Послышались шевеления отброшенных магией драконов, а ко мне подошел Генж и так с намеком:
 
— Война войной, а наследники по расписанию. Солнечная, когда мне ждать свою жрицу? — и так бровями он играл, что я просто не могла не улыбнуться.
Все закончилось. Больше не будет страха перед пробуждением, как и перед избранниками Единого. Они все прекратились в прах и сейчас предстанут перед судом за свои злодеяния.
Вытерев горячие слезы со щек, я с трудом поднялась на ноги и улыбнулась:
— Все действительно закончилось.
  
Эпилог
 
Завершение отбора было более чем предсказуемым. Жриц собрали в тронном зале спустя двое суток после трагедии с магами.
— Ты очень красивая, — услышала я незнакомый голос и испуганно обернулась, застывая на месте.
Передо мной стояла прекрасная… нет, величественная женщина средних лет. На вид ей было чуть за тридцать. Копна платиновых, длинных волос спускалась ниже бедер, и это уже в заплетенном виде. Ее лицо было бледным, аристократичным и настолько скульптурным, что я восхитилась подобному сочетанию. Яркие красные глаза смотрели на меня с улыбкой и материнской заботой.
— Гольда? — пропищала я вопрос сдавленным голосом, приподнимая подол платья и делая осторожный шаг в сторону женщины.
Мать близнецов, моя будущая свекровь и… жена Сашила.
— У моего сына прекрасный вкус, — похвалила Гольда и тепло мне улыбнулась. — Ты станешь прекрасной Верховной и, — секунда промедления, — заботливой матерью для моих внуков.
Ну вот, хоть что-то общее с Сашилом. Жажда внуков.
Я невольно улыбнулась, чувствуя, как напряжение покидает мое тело.
— А теперь, Дарья, идем, пока мой сын не сошел с ума от нетерпения, — поправив свое серебристое атласное платье, и цокая каблучками, она подошла ко мне и предложила руку для сопровождения.
Посмотрев на себя в зеркало в последний момент, заметила, предательские слезы счастья, что готовы были в любой момент сорваться с ресниц. Для торжественного признания меня Верховной, Виран заказал мне платье, и я только сегодня его увидела — тончайшее кружево прекрасного оттенка полупрозрачного, синего льда. Узор в виде снежинок, украшающих всю ткань и лиф, от чего я просто замерла, боясь даже дышать в этом чудесном подарке.
Больше не было ссор или желания меня прибить. Просто жрицы морально устали и хотели лишь одного — закончить все происходящее и отправиться домой.
Биту вызволили из дома Илая и она, чуть трясясь и нервничая, стояла возле меня. Она уже двадцать раз попросила у меня прощения.
— Не переживай, ты же была под действием гипноза, — успокаивала я девушку уже в который раз, чувствуя ее тревогу и боль.
— Все равно неприятный осадок на душе, — скривилась Бита, немного трясясь и обнимая себя за плечи.
Остальной разговор был прерван появлением Вирана в церемониальной одежде. На нем была белая туника из шелковых нитей до самых колен, легкие штаны-шаровары насыщенного оттенка крови и он был босиком. Его волосы были распущенными, и он… был без маски.
Господи Боже и Единый вместе с ним…
Этот мужчина заставит даже монашку думать о греховном досуге и плотских утехах ночи напролет. И он был весьмой.
Я шумно сглотнула, а когда он заговорил, то начала молиться, чтобы не растечься лужицей возле его длинных, мускулистых ног.
Анелла, стоявшая рядом с Виром, заметила мою реакцию и понимающе улыбнулась, а Вилан, поганец такой, хмыкнул и покачал головой. Я его точно придушу, как-нибудь. Потом.
— Дорогие жрицы, — голос Вирана был словно горячий шоколад — терпкий, бархатистый и будоражащий мысли. — Время отбора подошло к концу, — и взгляд такой красноречивый в мою сторону, что у меня щеки не только щеки покраснели, но еще и шея вкупе с ушами. — И я готов огласить свой выбор. Дарья Соколова, подойти ко мне.
Я опешила на секунду, а Бита меня подтолкнула, за что ей огромное спасибо. Подбежав к мужчине своей мечты, придерживая руками длинный подол платья и громко стуча каблучками по полу, я застыла перед ним немым изваянием.