Абсолютно неправильные люди. Самый лучший не рыцарь.

– Никто и никогда её не найдёт! Никто и никогда! – бормотал Сева. – Царапины… царапины я замажу чем-нибудь. Ничего! Я выиграю! Я всегда выигрываю.
– И что ты говоришь? Правда? – невозмутимый голос, неожиданно прозвучавший в лесной тишине, да ещё в непосредственной близости от него, напугал Севу до судорог.
– Нервный какой! Прыгает, вопит… Штаны-то сухие? Ты сухой, говорю?
– Ааааа? – Cева кинулся было бежать от фигуры, которая вдруг сконцентрировалась и выступила перед ним из зарослей в виде того самого жутко неприятного типа, напугавшего его в офисе, но убежал очень недалеко – ближайшая сосна подставила ему подножку, ловко скрутив руки.
– Кирилл Харитонович, готово! – отчиталась сосна вполне себе человеческим голосом. – В машину его?
– Да и тут можно побеседовать… – лениво откликнулся Хантеров. – Зря мы, что ли, ехали? Болезный, а болезный, ты куда деньги-то девал?
– Кккакие деньги? – Сева всегда быстро приходил в себя, не подкачало это качество и сейчас:
– Я не знаю ничего про деньги! Я нашёл Алиску, ну, финансового директора! Она тут в спа пряталась! Как раз хотел спросить о деньгах, а она напала на меня, лицо разодрала, ударила! У меня травмы лица, головы и… и ещё травмы! Вы Алиску поймайте и у неё спросите, куда она девала украденное!
– Ну, ты молодец! – с удовольствием проговорил Хантеров. – И ведь сходу, экспромтом… Правда, всё равно дилетант и профан. Ты, дyрик, что, думаешь, что мы тут случайно мимо проходили? Гуляли перед сном, так сказать? Моцион у нас?
– Эээээ, не знаю! – честно признался Сева.
– Включите ему запись, – велел Хантеров.
«А что я тебе говорил… да мало ли, кто тебе что скажет! Милая, всегда! ВСЕГДА надо смотреть, что именно ты подписываешь! Правда, тебе это уже не поможет!» – вещал голос Севы среди сосен.
– Нет! – перебил сам себя Сева. – Нет-нет! Этого не может быть! Я не мог ошибиться!
– Ну, поздравляю тебя с открытием! Ты ошибся фатально. Причём ещё в тот самый момент, когда решил чужие деньги тиснуть! – скучным голосом сообщил ему Хантеров. – Так куда ты их дел?
 – Никуда. Никуда я их не девал!  Это всё она!
 – Опять про финика своего? Да ты не переживай! Она уже у нас в машине сидит и поёт, не прерываясь ни на минуту!
 – Что поёт? – изумился Сева.
 – Старую песнь о главном! Пойми, чудак, мы специально дали тебе возможность максимально раскрыть ей глаза. Теперь она про тебя рассказывает ВСЁ. Ну, то есть вообще всё, что знает. Пока исключительно из оскорблённых чувств, – Хантеров покосился на свои часы и дополнил:
– Минут через двадцать до неё дойдёт в полной мере факт спасения из твоих ручонок, и она вспомнит и то, что сейчас позабыла. Итак, где деньги?
– Не знаю… И вообще, я требую адвоката! – решительно заявил Сева.
– Вот чудак! – рассмеялись вокруг. – Мы же не полиция! Ты хоть кого-то в форме видишь? Нет? И в штатском среди нас полицейских нет. Мы – служба безопасности обокраденных тобой людей. Людям важно получить назад не только те деньги, которые сможет найти полиция, а вообще все, которые ты украл.
Сева припомнил страшные истории из прошлых девяностых и попятился, правда, недалеко. До ближайшей сосны, около которой стоял тип в камуфляже, практически сливаясь с деревом. Снова обнаружив "странную сосну", Сева взвизгнул, затравленно глядя на людей, так внезапно расстроивших его планы.
– Ты просто подумай мозгами, если сумеешь их у себя наскрести… – сухо предложил ему Хантеров, пожав плечами. – Или ты обвиняешься в экономическом преступлении в особо крупном размере, и в покушении на убийство, а до кучи ещё чего-нибудь можем поискать. Ну, к примеру, на твоих прежних местах работы. Или ты возвращаешь ВСЕ деньги, даже те, которые потратил, и мы даём тебе новый шанс, и даже новую работу!
 
– Работу? – встрепенулся Сева.
– Именно! – с удовольствием кивнул Хантеров. Он легко мог озвучить мысли «клиента» о том, что вот вернёт он натыренное, его простят, и снова возьмут на работу, где он ещё что-то сможет нахимичить, облегчив счета своих работодателей на энное количество денежных знаков. А что? Он же уже всё отдал!
– Даже скучно с такими. Нет, ну, честное слово скучно! – подумал он
Хантеров покосился на первого своего помощника. Его мысли он тоже знал – вон, по губам змеится тонкая ухмылка при мысли об ассенизаторских отстойниках, купленных специально для этого созданным подразделением их фирмы. Весьма и весьма выгодный бизнес. Правда, очень «ароматный» и своеобразный. Но и там нужно кому-то работать, так почему не таким хитровыделанным типам? Лет пятнадцать отработает и пусть катится на все четыре стороны! А если попытается свалить до окончания этого срока – так всегда можно донести случайно «утерянные» доказательства до прокуратуры, раз уж человек совсем не понимает хорошего к нему отношения.
– А эта… Алиса? – вдруг спросил Сева. – Она тоже будет у вас работать?
– Зачем? Алиса просто глупая деваха, которую ты использовал. Ты же сам её полностью оправдал! Да, шубки, брюлики и прочую мишуру, купленную на деньги тобой прикарманенные, ей придётся вернуть, а сама пусть идёт на все четыре стороны!
Сева было возмутился.
– Да она меня чуть не покалечила!
– А ты её – чуть не yбил! Кстати, ломик твой мы тоже нашли…
Алиса уезжала домой через четыре дня… Она, правда, возмущалась потерей шубейки, машины и прочего, Севой подаренного, но делала это молча, про себя.
Денег в сухом остатке оказалось до ужаса мало – на билет не хватило бы, но к ней вдруг подошла та мелкая аудиторша, протянула какие-то бумажки и деньги.
– Подпишите договор и можете взять, – пояснила она изумлённой Алисе.
Договор та читала старательно! Аж кончик языка высунула от напряжения:
– Это чего? Какую собаку я продаю?
– Йорка, которую вы выкинули на дорогу под машины! – сухо сказала Марина.
– Так ты… вы её нашли? – Алиса неожиданно обрадовалась. Нельзя сказать, что она вспоминала о собачонке, когда к её горлу тянулись руки Севы, но вот сейчас вспомнилась маленькая бородатая псинка, и даже настроение почему-то стало чуть лучше.
– Я её нашла и покупаю у вас! Подписывайте, пока я не передумала.
Алиса быстро подписала, схватила деньги и торопливо спрятала их в сумку. А потом внезапно остановила уже уходящую от неё Марину.
– Погоди… те! А почему? Ну, вы же могли и не покупать, а просто взять и всё.
– Могла, тем более что у меня есть съёмка того, как вы её швыряете, – Марина пожала плечами. – Я не знаю, поймёте ли вы или нет, но каждому нужен шанс. Вам шанс дали и они, – Марина кивнула в сторону кабинета, где находился Хантеров, – И мы с собакой. Может, он вам и будет лишним, а может, и пригодится. В любом случае, мы вам его дали, а дальше – выбор за вами.
Алиса ехала в поезде, крепко держа сумку в руках, и всё думала про шансы, которые получила.
– Выбор за мной? Понять бы только, какой он, этот выбор… – думать с непривычки было сложно.
***
Питерский летний дождь посверкивал молниями, гремел грозами над Невой, заливал крыши, дворы и парки, умывал окна, и, наконец-то укатился по своим дождливым делам в сторону залива, уволакивая за собой серый облачный хвост.
– Карри, смотри! Радуга! – Марина так устала за последнее время, что просто устроилась у вымытого дождём и раскрытого настежь окна со своей уже официально купленной собакой, вдыхала запах кофе, присматривалась к нагруженной бутербродами и свежими огурцами тарелке, стоящей перед ней, и чуть не облизывалась на стаканчик мороженого, уже слегка обгрызенный хозяйственной Карри.