Владыка битвы (СИ)

Из последних сил эглин плюнул мне в лицо кровью и умолк навеки.
  
Глава 19
 
Я стёр кровь с лица и устало привалился к стволу дерева. Снял кольчугу и рубаху, осмотрел рану — глубокая, почти до кости, но жить буду и сохраню конечность, если стану правильно лечить. Я оторвал пару лоскутов от одежды и прополоскал их в ручье — вода здесь была чистая. Там же промыл руку и туго перевязал рану. Целебную мазь можно было сделать и позже, а сейчас требовалось найти Дагмера.
Проходя мимо трупов, я не удержался от искушения обыскать эглинов и снять всё ценное. У Лучника было особо нечем поживиться, зато Тунред мог меня озолотить. Я снял перстни и драгоценный амулет, забрал шлем и стащил кольчугу, прихватил оружие. Присмотревшись к сапогам внимательнее, стянул и их — найду кому сбагрить.
Навьюченный трофеями, я направился вдоль ручья в сторону дороги. Там остались две лошади эглинов — тоже ценное приобретение.
Моя дерзкая затея принесла много трофеев, хотя и с большим риском для жизни. Стараясь не думать о страшилках про меч Вигрик, я направился к лошадям — те обеспокоенно расфыркались, почуяв на мне кровь. Кое-как успокоив их, я принялся прилаживать трофеи к сёдлам. Мелкие украшения сунул в поясной кошель к монетам, шлем надел на голову, а остальное пришлось привязывать.
Именно в этот момент сверы во главе с Дагмером нашли меня.
— Вот он! — крикнул парень, указав на меня. Когда всадники приблизились, я взглянул на него и понял, что дела у ярлова сына были плохи. Стрелу из его раны вытащили, но кровь не останавливалась — видимо, он слишком торопился вернуться за мной. Но теперь Дагмер едва держался в седле.
— Ранен? — тихо спросил он, не рискнув слезать с лошади.
— Царапина. — Я взглянул на незнакомых сверов. — Хинрик Фолкварссон, служу Скегги Альрикссону, сыну Тучи. Он направляется в Скелгат встретиться с ярлом Эовилом. Я спешу туда с важными новостями для наших вождей. Мне нужна ваша помощь.
— Приветствуем тебя, Хинрик Фолкварссон, — кивнул рослый свер с роскошной светлой косой. — Всегда приятно встретить умелого воина на своей стороне.
— Он начертатель, — добавил Дагмер. — И спас мне жизнь.
Сверы переглянулись. Один из них поклонился.
— Проси, начертатель. Для нас честь сослужить добрую службу голосу богов.
Меня удивило, с каким почтением эти сверы отнеслись ко мне, узнав, что я был колдуном. Значит, знали, на что такие, как я, были способны.
— Спасибо. Но сейчас не до любезностей и благодарностей. — Я с тревогой взглянул на сына ярла. — У вас есть неподалёку лагерь с тёплой водой? Нужно перевести дух и заняться ранами. За всё заплачу серебром или рунами.
Сверы кивнули.
— Мы не возьмём с тебя денег. Дагмер рассказал, что ты сделал, и это мы у тебя в долгу. Следуй за нами, начертатель.
Занятый стычками и бегством по лесу, я лишь сейчас понял, что солнце почти село. Сверы забрали одну из эглинских лошадей, вторую оседлал я. Малым караваном мы перешли узкий мост через ручей, и я по привычке поклонился охранному деревянному идолу с волчьим черепом — здесь начинались обитаемые земли сверов.
До лагеря мы добрались, когда окончательно стемнело. Передвигаться пришлось медленно, света ни у кого не было. Там нас уже ждали: я увидел пятерых воинов, рассевшихся вокруг костра. На огне поджаривалась тушка зайца, и я едва удержал слюни во рту: сейчас бы пожрать от пуза да завалиться спать. Но сперва я должен был заняться лечением.
Я представился сверам, Дагмер снова упомянул, что я был важным гостем, и люди предложили мне еды. От платы отказывались наотрез, и в конце концов я смирился с их настойчивым гостеприимством. Я нашёл своего гнедого и порылся в сумке в поисках нужных трав и чистых тряпиц, затем попросил подогреть воды и бросил туда сбор трав для обеззараживания. Должно было хватить на нас обоих.
Приготовив всё необходимое, я подозвал Дагмера и сперва занялся его раной.
— Промою, наложу повязку и начертаю руны с обращением к Когги, — пояснил я, осматривая рану. — Но тебе нужен умелый целитель. Я всё-таки не лекарь. В Скелгате есть такой?
 
Дагмер кивнул.
— И не один. Ночь и день я протяну?
— Да. Главное, чтобы не пошло воспаление. Тогда будет сложнее. Но я постараюсь этого избежать.
— Слава богам. — Парень закряхтел, когда я принялся промывать рану отваром. — Чем воняет?
— Дарами леса. Моя подруга служила Когги и научила этой хитрости и меня. Нужные травы дают сок в горячей воде. Если таким отваром промыть рану, то она не будет гнить.
— Передай мою благодарность своей подруге, — с почтением сказал Дагмер. — Мне повезло, что ты так обучен.
— Она у Гродды. Но да, нам с тобой повезло встретиться.
Отпустив Дагмера, я занялся своей левой рукой. Порез оказался неприятным и глубже, чем я сперва подумал. Но ничего, знания Айны должны были мне помочь. Пусть я не смогу держать щит какое-то время, зато выжил. Главное, чтобы сдюжила и Гулла. Теперь она — глаза всего хирда в Омрике. Несмотря на скверный характер и острый до невозможного язык, ведьма хорошо соображала. Я был уверен, что она сможет разговорить кого следует, проникнуть куда захочет и выведать все, что было важно. И всё равно душа за неё болела. Между нами не было любви — по крайней мере я не испытывал к Гулле того, что годами чувствовал к Айне. Но эта женщина была мне дорога, и я бы не простил себе её гибели. Особенно если бы знал, что именно я толкнул её на смерть.
— Хинвик? — На берег вразвалку вышел Дагмер, что-то жуя. — Ифем к костфу, фам мяфо.
Я потуже затянул повязку на руке и прикоснулся руками к траве, благодаря Когги за помощь.
Накормили меня и правда до отвала. Пока я возился с ранами, сверы успели зажарить ещё две туши. Зайцев в этом лесу было много, но мужи сетовали, что так и не смогли загнать кабана. Мы разговорились, но я не открывал цели своей спешки. Наверняка то были верные люди ярла Эовила — Дагмер держался с ними просто, как с братьями. И всё же я ещё не знал, кем ярл Эовил был мне и Скегги, потому придержал язык.
— Ты вроде бы какой-то дорогой меч добыл в бою, — сказал светловолосый свер, протягивая мне ещё один кусок мяса. Кажется, его звали Тройнвульфом. — Покажешь?
— Хочу сперва бросить на него руны. Не уверен, что его нужно обнажать.
— Думаешь, проклят?
— Эглины тоже умеют колдовать, только у их мёртвого бога колдовство иное, — понизив голос, я взялся за горячий ломоть и вгрызся зубами в жёсткие волокна. Едва смог откусить. Передержали.
— Но мы на земле богов, — добавил свер. — Она освящена по всем правилам.
— Всё равно сперва брошу руны. Если хотите что-то из моих трофеев, отдам почти задаром — в обмен на помощь и сопровождение до Скелгата. Но про меч покамест не спрашивайте.
Тройнвульф отмахнулся.
— Да у нас тут своего добра хватает. А ты в Свергло явно недавно, тебе ещё пригодится. И говор у тебя немного другой. Тунн?
— Нейд.
— Он сын Быка, — сказал Дагмер. — Двоюродный брат Скегги Альрикссона.
Переглянувшись с остальными, Тройнвульф зацокал языком.
— Так у нас знатный гость, а мы его зайцами костлявыми кормим. Ты уж прости нас, Хинрик.
— Я был готов жрать сырую землю, и ваше гостеприимство меня спасло.
— Всё равно не по традиции...
— Ни я, ни боги, не рассердимся, — улыбнулся я. — Не суетитесь. Я к роскоши не привык. В моём ремесле это исключено.
Тройнвульф, Дагмер и остальные ближе придвинулись ко мне.
— А зачем брат Скегги Альрикссона оказался в Свергло? Да ещё и спешит в Скелгат? И зачем вообще Скегги Альрикссону понадобилось наведаться в Свергло?
— Услышали тревожные новости, — уклончиво ответил я, прожевав последний кусок. От добавки отказался. — Дошли сведения, что мерглумский король помер. Скегги беспокоился, что мерглумцы могли нарушить мир со Свергло. И, как я вижу, он не ошибся.
— А ему-то какой в этом интерес? Его отец — конунг исконной земли.