Владыка битвы (СИ)

— Боги слышали, люди видели, священный очаг скрепил клятву, — объявил я. — Пожмите же руки и примите свои гейсы перед друг другом.
Скегги и Рагнальд обменялись рукопожатиями, и все присутствовавшие восславили Урсига. Громче всех отчего-то был слышен голос Гуллы.
— Уговор совершён, — сказал Скегги. — Отдыхай, Рагнальд. Я тотчас пришлю к тебе ведьму.
— А я отправлю к тебе эглина.
Ярл снова развалился к скамье подле очага и зашёлся в кашле.
— За мной, — сказал брат мне и Глоди. — Нужно потолковать.
Мы послушно вышли из чертога на залитую тусклым светом улицу, оставив хозяйку наедине с мужем. Туман рассеялся, но небо всё так же было затянуто плотными облаками. Скегги бодро зашагал к берегу, и оставшиеся воины, что дожидались нас подле чертога, последовали за нами.
Гулла сорвала травинку и сунула в рот. Прожевав, выплюнула.
— Да, земля здесь хорошая, — заключила она. — Но неспокойная. Духи говорят, но я слабо их слышу.
— Потому мы и здесь, — улыбнулся Скегги. — Чтобы духам жилось легче.
Добравшись до кораблей, брат велел всем снимать снасти и разбивать лагерь. Одного из хускарлов он послал к ярлу вместе с Вивой. Целительнице Скегги поручил немедленно заняться болезнью правителя, а вот муж по имени Агвид должен был договориться о месте для нашего лагеря. Мы не хотели стеснять местных, но и ютиться на продуваемом всеми ветрами береге не желали.
— Дня три передохнём здесь, а затем разойдёмся. — Скегги повернулся к Глоди. — Ты останешься в Сандвене с половиной хирда и проследишь, чтобы моя часть клятвы была исполнена. Чем быстрее укрепим город, тем лучше. Сандвен — лицо всего Свергло, и я хочу, чтобы люди Гутфрита, если они здесь появятся, увидели нашу силу.
— Значит, ты не отказался от идеи союза с туннами, — отозвался я, не сумев скрыть неудовольствия.
— Я выжидаю, — сухо ответил брат, задумчиво глядя на наши восхитительные корабли. — Кроме того, увидев слабый Свергло, Гутфрит может рискнуть напасть. Сомневаюсь, что ему это интересно, но мы должны отбиться от всякого, кто посмеет прийти сюда с войной.
Скегги был прав. Я не видел причин для Гутфрита нападать на дружественные племена, но не мне о том было судить. На Эглинойре почти стиралось разделение на туннов, нейдов и сверов. Для эглинов мы все были врагами-северянами. Всех ненавидели одинаково, если только ты не соглашался принять мёртвого бога.
Но Гутфрит и есть Гутфрит — лишь богам было известно, что творилось в его голове. Поэтому Скегги мыслил верно — сперва требовалось защититься от любого нападения. И всё же мне не нравилась идея разбивать надвое и без того не самый большой хирд. Мои сомнения озвучил Глоди.
— Разумно ли разделяться сейчас? — прогудел он, чуть наклонившись к Скегги. — Это может быть опасно.
— Я же не могу притащиться к ярлу Эовику на одном лишь корабле, — пожал плечами брат.
Ну... И это было ожидаемо. Скегги не был бы собой, кабы не попытался заключить союз с правителем Скелгата. Если Рагнальд не обманул нас, то едва ли не половина сил всего Свергло сейчас была под рукой у ярла Эовика. И Скегги должен был призвать всё обаяние, чтобы с ним договориться. Вопрос, на каких условиях...
— Хватит ли трёх дней, чтобы подготовиться к выходу в Скелгат? — поинтересовался я. — Не уверен, что я буду готов.
По-хорошему мне требовалось дождаться нужной луны и раскинуть руны, принести несколько добрых жертв и умилостивить богов. Скегги повезло быстро уговорить Рагнальда, но надёжные союзы так легко не заключаются. Я хотел подготовиться к встрече двух вождей по всем правилам.
— Ты не пойдёшь со мной, Хинрик, — огорошил меня брат. — Для тебя будет особое задание.
Мы с Гуллой и Глоди удивлённо переглянулись. Скегги жестом велел нам отойти с дороги — воины начали разгружать корабли и выносили на берег припасы. Брат с крайне загадочным видом отвёл меня в сторону, и остальные не решились вмешиваться.
— Что ты удумал? — тихо спросил я.
— Хочу, чтобы ты с небольшим отрядом добрался до Омрика и увидел, что там творится, своими глазами. Глоди отправить не могу — он нужен мне в Сандвене. Пусть присматривает за Рагнальдом.
 
— У тебя много верных воинов. Наверняка многие уже бывали в Свергло. Почему я?
Я не боялся такого поручения, но мне и правда стало интересно, отчего выбор Скегги пал на меня. Не верилось, что брат больше никому не доверял во всём хирде — многие пошли на смерть и восстали против короля, чтобы вытащить его из ямы. Значит, дело не в недоверии. Здесь было что-то другое.
— Я хочу, чтобы в Омрике побывал начертатель. — Скегги понизил голос так, что я едва его слышал. — Мне говорили странные вещи про Эглинойр. Якобы на земле, которая принадлежит мёртвому богу, не работает колдовство. Хочу, чтобы ты это проверил, Хинрик. Ведьм отправлять туда мне боязно — привлекут лишнее внимание. А вот ты сгодишься, если оденешься попроще и станешь помалкивать.
Теперь становилось понятнее.
— Хочешь, чтобы я попробовал там колдовать?
— Да. Мне бы сгодились твои навыки во время боя. Но если начертание там не сработает, лучше узнать об этом заранее.
— Справедливо, — кивнул я. — И потому ты попросил у ярла проводника из местных?
Скегги вцепился в мою едва зажившую руку с такой силой, что я поморщился от боли.
— Ага. Слушай внимательно, Хинрик, — шепнул он мне на ухо. — Выйдете самое крайнее через пару дней, лошадей к тому времени для вас добудем. Ещё потолкуем с этим проводником, чтобы он придумал объяснение, зачем вам всем могло понадобиться в Омрик. Серебра я ему отвешу вдоволь.
— Отправишь только нас вдвоём?
— Нет. Возьми Гуллу. Хочу, чтобы она тоже проверила, сработает ли женская ворожба. Если нет, то перед походом на Омрик отправим ведьм в безопасное место. Не хочу, чтобы в случае неудачи они попали в плен. Монахи их не пожалеют.
— Нужен ещё один, — добавил я. — Хороший воин. Я неплох в бою, да и Гулла не промах, но...
— Кьелл пойдёт с вами.
А вот это было хорошей новостью. Кьелла я успел неплохо узнать за время, что мы провели на Хавстейне. Этот муж был одним из немногих, кто видел во мне не только колдуна, но и воина. Мы нередко упражнялись на рассвете, и именно Кьелл начал учить меня владению эглинским мечом. Мне подумалось, что будет мудро познать оружие, которым сражается враг. Бой мечом оказался тяжелее, приходилось хорошенько работать головой, но и удары выходили более точными. Хочешь — руби, хочешь — коли.
Кьелл, к слову, ни разу не попросил меня разложить руны — не желал знать будущего. Говорил, так жить интереснее. Сам же он был высоким и широкоплечим, с невыразительным лицом и косящим левым глазом. Нрав имел спокойный, словно лесное озеро. Да только в том озерце наверняка водились чудовища. Я просто не давал Кьеллу повода их выпустить.
— Нам нужно только наблюдать за Омриком? — спросил я. — Может стоит по возможности оставить кого-нибудь за стенами города? Думаю, это бы пригодилось.
Слабая улыбка расцвела на усталом лице Скегги.
— Ты мыслишь не как простой колдун, Хинрик. Это мне нравится. Что предлагаешь?
— Да всё же очевидно. Нужно найти предлог подольше погостить в Омрике, изучить там каждый булыжник. Понять, сколько народу в страже, много ли ополченцев и насколько хорошо они подготовлены. Выяснить, как быстро они поднимутся по тревоге. И если бы предо мной стояла задача взять город малой кровью, то я бы поискал способ схитрить изнутри.
— Примерно на это я и рассчитываю.
— Тогда кому-то придётся остаться в городе, — нахмурился я. — И отправить посыльного с вестями.
Скегги по привычке взглянул на небо, но вновь не увидел там ничего, кроме серых облаков.
— Сейчас луна растущая... Вам добираться несколько дней, да и там вы проведёте немало времени, если ты уж решил всё основательно там изучить. Давай условимся, что отправишь гонца в следующее новолуние. Кто это будет, реши сам.
— Как скажешь. Но если никто не явится, отправь кого-нибудь за нами, но тихо.