Все мы злодеи (ЛП)

— Ориентир, — наконец прохрипела Бриони. — Он уничтожен. Ты все еще чувствуете связь с Реликвией?
— Нет. Сила Меча исчезла, — сказал Финли. — Они уничтожили друг друга. Как ты и говорила.
Она повернулась к нему, и адреналин захлестнул ее, когда она увидела надежду на его лице. Она не знала, что произойдет, когда они объединят Ориентир и Реликвию. Теперь она точно знала, что они могут сломать каждый кусочек септограммы, один за другим, пока турнир не будет уничтожен так же, как Пещера и Меч.
Это не стерло вреда, который она причинила. Но, по крайней мере, наконец-то она сделала что-то правильно.
Рядом с ней Финли произнес быстрое заклинание нагрева, которое высушило их одежду и волосы. Кровь была иллюзией, но ее запах все равно застрял в горле Бриони.
— Спасибо, — пробормотала она, когда Финли убрал магический камень. — Ты поверил мне, хотя у тебя были все причины не верит.
— Я никогда не смог бы жить с самим собой, зная, что есть способ остановить это, даже гипотетический, и не попробовав.
— Хорошо. Это уже не так гипотетично.
Бриони нерешительно улыбнулась Финли и почувствовала удовлетворение, когда он улыбнулся в ответ. Она ничего не могла поделать с тем, как ее сердце колотилось в груди, когда она смотрела на него, как его прикосновение успокаивало даже посреди непостижимого ужаса.
Но тот момент в Пещере, несомненно, был именно мгновением.
Отбросив свои чувства, она сказала: — Давай покончим с этим.
Бриони подумала о мире, в котором через двадцать лет не взойдет Кровавая Луна. Где впервые за столетия семь семей Илверната могли выбрать историю, свободную от резни.
43. ГĀвин Грив
Тела жертв лежат там, сколько бы ни длился турнир, оставленные гнить.
Традиция трагедии
Гэвину снилось, что он томится на дне ямы. Нити фиолетового и зеленого обвились вокруг его запястий, икр, живота, захватывая его тело так же, как они уже захватили его руку. Он закричал от боли, когда они прижали его к земле. Мотал головой из стороны в сторону, пока вены ползли вверх по его лицу. Даже если бы он еще не израсходовал последнюю магию своей жизни, его тело не могло остановить магию от поглощения его.
А потом что-то коснулось его щеки. Он не привык к физической ласке, и это прикосновение было подобно электричеству на его коже. Как веревка, брошенная ему с небес, где он больше не будет мучиться. Он попытался пошевелить рукой и обнаружил, что может, затем ногой, и внезапно магия отступила.
— Гэвин? — спросил голос, в котором, как догадался Гэвин, было искреннее беспокойство. Он никогда не слышал этого раньше.
Его глаза открылись. Над ним нависло чье-то лицо, рука обхватила его щеку. Пик вдовы Алистера Лоу и глубокие серые глаза. Удивительно мягкая ладонь Алистера Лоу. Тот факт, что Гэвин нашел это мгновение утешительным, был почему-то хуже, чем то, что он был на грани смерти.
— Не прикасайся ко мне!
Гэвин отпрянул от Алистера, стараясь не показывать своего огромного смущения. Его рубашка и брюки были в пятнах там, где он ударился о землю, в висках пульсировала боль. Какое бы исцеляющее заклинание Алистер ни наложил на него, оно не было закончено, но Гэвин не мог позволить Алистеру снова приблизиться к нему так близко.
Нет, если это означало, что Алистер может увидеть, что Гэвин сделал с собой. С его магией.
— Не за что, — пробормотал Алистер, и после того, что произошло между ними прошлой ночью, Гэвин почти почувствовал сожаление.
— Я думал, ты не знаешь моего имени, — обвинил Гэвин.
Алистер закатил глаза. — Да, я знаю твое имя, ты абсолютный гремлин.
 
Затем его глаза расширились, уставившись на что-то позади Гэвина. В одно мгновение вокруг них двоих возникло защитное заклинание, и, не спрашивая разрешения Гэвина, Алистер схватил его за руку и рывком поднял на ноги.
Заклятие ударило в щит. С головокружением, все еще сжимая свою татуированную руку, Гэвин резко обернулся. Он был так отвлечен Алистером и его магией, что забыл, как Элионор отразила его заклинание и вырубила его.
В нескольких шагах от них Изобель прижала Элионор к тому, что осталось от каменной стены Монастыря, в то время как пламя продолжало бушевать в отдалении от Ориентира. Грудь Элионор вздымалась. Ее черная одежда была покрыта сажей и грязью, мешки под глазами были фиолетовыми и опухшими. Но Зеркало, все еще зажатое в ее правой руке, отразило заклинание Изобель в ответ.
— Где Финли? — спросил Гэвин. Они ожидали найти их обоих здесь.
Изобель стиснула зубы, сосредоточившись на битве. — Он свалил.
Гэвин выругался себе под нос. Но, по крайней мере, сегодня утром они убьют одного чемпиона. Он наложил Укус Химеры — еще один магический камень Алистера — на Элионор, когда она пыталась защититься от Изобель. Она заблокировала его, но недостаточно быстро — на ее руке появилась рана, вокруг которой светилась метка заклинание. Прилив удовлетворения нахлынул на него, когда он понял, что ему, Гриву, удалось пустить кровь из каждого чемпиона. Гэвин вспомнил Карбри, задыхающегося в панике, когда Гэвин ворвался в монастырь; Бриони и Изобель, спасающиеся от его магического огня на вересковых пустошах; стакан Алистера, разбитый в его руке; и Финли, пытающийся схватить свой меч.
Земля под его ногами задрожала, и он случайно врезался в бок Алистера, нарушив концентрацию Алистера и заставив щит упасть.
— Что происходит? — спросила Изобель.
— Я не… — начал Алистер, но затем небо над ними замерцало — от красного до белого и обратно. Так быстро, что если бы Гэвин моргнул, он бы это пропустил.
Дрожь прекратилась, и на несколько ударов сердца все четверо замерли. Элионор упала на колени. Изобель напряглась, как будто ожидая, что земля снова содрогнется. Алистер с открытым ртом уставился в небо.
Воспользовавшись тем, что они отвлеклись, Гэвин оттолкнул Алистера со своего пути. У него больше не было «Мести отрекшихся», но он взял другое смертельное заклинание от Алистера, Подарок Гильотины, и направил его на Элионор. Оно витало в воздухе, белое лезвие. Элионор отскочила в сторону. Рана пересекла ее шею, но она избежала всей тяжести заклинания. Она ахнула, дрожа, и ее хватка на Зеркале ослабла, когда она споткнулась.
Не обращая внимания на боль в руке, Гэвин бросился вперед и вырвал Зеркало из рук Элионор. Он легко одолел ее, затем отшатнулся назад, сжимая ручку в кулаке. Сейчас это было бесполезно для него, но если бы Гэвин был тем, кто убил Элионор, право собственности на Зеркало перешло бы к нему.
Элионор, все еще истекающая кровью на земле рядом с ними, напряглась, когда Гэвин приготовился снова произнести заклинание, на этот раз целясь ей в горло.
Но прежде чем он успел это сделать, Алистер схватил его за плечо и развернул к себе. Гэвин подавил крик, когда его татуировка запульсировала под хваткой Алистера.
— Остановись, — выдохнул Алистер. — Вы оба — вы не можете пойти на это. Нет, если есть шанс, что Бриони может быть права.
— Что ты делаешь? — спросила Изобель, как будто не расслышала его правильно. Гэвин тоже не был уверен, что у него это получилось.
Алистер ткнул пальцем в небо. — Ты видел, что случилось с Кровавой Завесой. Ты почувствовал, как задрожала земля. Как ты думаешь, что это было?