Все мы злодеи (ЛП)
— У тебя есть один, — тихо сказал он.
Ее губы изогнулись в подобии улыбки. — Я сделаю все возможное, чтобы убедить их. Ну, убедить Финли. Я не думаю, что Элионор можно переубедить.
Алистер подумал о прошлой ночи — во всяком случае, о том, что он мог вспомнить. Пейн определенно не казалась человеком, которого легко убедить.
— Ты можешь проверить свою теорию до того, как начнется сражение? — спросил он. Изобель и Грив собирались уйти всего через несколько часов, и Алистер не знал, как их остановить.
— Вероятно, нет, — мрачно сказала Бриони. — Но я попробую.
Единственный способ, которым Алистер мог защитить Изобель и Грива, — это быть на поле боя рядом с ними. Но в тот момент, когда они поймут, что он сделал, он тоже станет их врагом.
— Тогда поторопись, — выдавил он.
Бриони подошла к лестнице, затем обернулась. — Спасибо, — сказала она ему, прежде чем взбежать по лестнице.
Оставшись один в подземелье, Алистер вспомнил истории о чудовищах. Тени заплясали в уголках его зрения, и он мельком увидел знакомый призрачный силуэт.
— Может ли турнир действительно быть сорван? — прошептал он Хендри. Он знал, что это было всего лишь его воображение, его горе, но все равно было приятно спросить совета у брата. Всякий раз, когда Алистер увлекался какой-нибудь историей, Хендри всегда был тем, кто был вооружен разумом.
Но тени не ответили, и когда Алистер поднимался обратно в Замок, все, что он услышал, был смех его брата.
40. Бриони Торберн
Блэры, выигравшие турнир, почти всегда делали это через альянс.
Традиция трагедии
Солнечный свет на вересковых пустошах сиял ярче, чем Бриони привыкла за последние несколько недель. Некоторое время назад она использовала Стрелку Компас, заклинание отслеживания, которое она позаимствовала в Монастыре, которое требовало чего-то от человека, которого она искала. Финли одолжил ей заклинание, и этого было достаточно, чтобы оно сработало — серебристо-белая линия обвилась вокруг ее запястья и улетела вдаль. Она последовала за ней по пересеченной местности, ее желудок скрутило.
Изобель предала ее. Алистер освободил ее. И хотя Бриони забрала свои магические кольца и сбежала, она не могла избавиться от слов Изобель там, в Замке. Но Алистер рассчитывал на нее, и она не хотела, чтобы риск, на который он пошел, оказался напрасным. Поэтому она продолжала идти вперед, пытаясь отогнать свои страхи.
Ее чувства вспыхнули предупреждением, дрожь пробежала по спине. Мгновение спустя заклинание изменилось, и вторая линия магии обернулась вокруг ее запястья.
Финли Блэр появился на вершине далекого холма. Серебро протянулось между ними, связывая их магическим шнуром. Бриони смотрела, как он приближается. Что-то внутри нее увяло, когда он обвел пальцем край заклинания и разломил его пополам. На его лице вообще не было никаких эмоций.
Бриони надеялась, что он сможет увидеть ее честность.
— Я не хочу драться с тобой, — тихо сказала она.
Рука Финли сжала рукоять его Меча в ножнах, затем отпустила ее, его голова слегка склонилась, когда он сократил расстояние между ними. Они остановились менее чем в метре друг от друга. Бриони чувствовала себя незащищенной здесь, на таком большом открытом пространстве. Бежать было некуда, хотя она сама навлекла на себя это противостояние.
— Значит, все это было уловкой, — сказал он как ни в чем не бывало, как будто уже принял решение. — Ты вступила в союз с нами только до тех пор, пока Реликвия, которую ты хотела, не пала.
— Это не то, что произошло, — сказала Бриони. — Я сказала тебе правду. Я хочу закончить турнир. Элионор манипулировала мной, а потом сделала так, чтобы все выглядело, будто я предала тебя.
— Как я могу в это поверить?
— Твое заклинание правды…
— Мне все равно, что ты собиралась сделать.
Нейтральное выражение лица Финли дрогнуло. — Меня волнует то, что произошло на самом деле. Ты сказала мне, что есть шанс, что Карбри не придется умирать, а потом ты убила его сама.
— Его смертельное заклятие отскочило от моего щита.
Ее слова вызвали образ этих стрел. То, как его рука обмякла в ее руке. Она вздрогнула. — Это не одно и то же.
Финли колебался, но потом покачал головой. — Он все еще мертв из-за тебя.
Алистер утверждал, что история Бриони была хорошей. И Бриони хотела верить ему, точно так же, как она хотела верить, что смерть Карбри произошла из-за того, что Элионор предала ее.
Но Алистер ее не знал. И люди, которые знали, судили о ней по-другому.
Бриони подумала о гневе на лице Изобель. Ты заставила меня стать чемпионом.
Подумала об Иннес, падающем на землю.
«Бриони — нет—"
О Карбри " — Я действительно думал, что могу тебе доверять».
Финли крепче сжал рукоять Меча и спросил: — Так вот почему ты хотела, чтобы мы нашли друг друга? Чтобы посмотреть, кто из нас следующий?
— Нет. нет.
Ее голос был таким тихим, что звучал как стон. — Ничего не изменилось. Я все еще…
Но это была ложь. Все изменилось. С начала турнира прошло две недели, и все, что Бриони сделала, — это смерть, которой она не хотела. Подруга, которая всегда будет ненавидеть ее, сестра, которая никогда ее не простит. Теория, скрепленная ничем, кроме того, как отчаянно она хотела быть права.
«Здесь никто не герой» — рявкнула на нее Изобель. «Меньше всего ты».
— Я все еще готов выиграть этот турнир, чего бы это ни стоило, — сказал ей Финли, и Бриони не могла не думать о том, как далеко они оба зашли в этих словах. Этот турнир сделал невообразимое реальностью. — Я был готов убить — или умереть. Но теперь то, что ты мне сказала, засело у меня в голове, и я не могу отпустить это. Я не могу позволить тебе…
Он сглотнул. — Мне просто нужно знать, есть ли шанс остановить это. Мне нужно знать, что я должен сделать.
Бриони была ошеломлена уязвимостью в его словах. Финли всегда определял себя по кодексу своей семьи, по четким стандартам добра и зла. В том, чтобы быть чемпионом, в том, чтобы претендовать на победу, было благородство, независимо от того, какое насилие или предательство потребовалось для этого. Ее теория не дала ему надежды — она вселила в него сомнения.
На турнире самым верным способом лишиться жизни было потерять свою убежденность.
— Я хотела бы иметь для тебя ответ, но у меня его нет.
Голос Бриони дрожал от чувства вины. — Я… я думала, что смогу изменить турнир. Спаси всех. Но все, что я действительно сделала, это уничтожила людей, которые мне небезразличны. Иннес должна была стать чемпионкой, и я забрал это у нее. Я… Я напал на нее и отрезала ей палец. Моя родная сестра. И я действительно думала, что это того стоит, если я смогу все исправить. Но часть меня делала это не для нее и не для кого-либо из вас. Я делала это для себя. Я думала, что мое место в этой истории, но нет. Так что, может быть, пришло время мне уйти из неё.
Молчаливо извинившись перед Алистером за надежду, которую он ошибочно возложил на нее, она сняла свои кольца с заклинаниями одно за другим, позволив им упасть на землю. Стрелка Компаса. Осколки Зеркала. Прикосновение Целителя. Смертельный Сон. Финли не сказал ни слова, только наблюдал с серьезным лицом. Когда осталось только ее украденное чемпионское кольцо, она опустилась перед ним на колени, затем подняла голову, чтобы встретиться с ним взглядом.
— Я проигрываю, — прошептала она. — Тебе нужен ответ, но у меня его нет. Так что я даю тебе выход. Ты сказал мне, что передумал насчет того, можешь ли ты убить меня или нет. Хорошо. Вот твой шанс.