Сталь и бархат (ЛП)

Когда обвал прекратился, мы остались в оборванном, полузатопленном розовом саду, усыпанном грязью и обломками. Над нами простирался сияющий и инопланетный звездный пейзаж. Канализация нравилась мне больше.
Король Двора Любви медленно повернулся лицом к Эглике и царственным жестом обвел небо оставшейся рукой.
- Этого царства, - его голос, казалось, исходил сразу отовсюду, - я истинный король, вор крови. 
Эглика встретил его взгляд, не изменив выражения лица.
- Мне приходилось выступать против славы королей.
Свет пронзил далекий горизонт, когда начало подниматься солнце.
Вот черт.
Каури вывалился из воздуха и рухнул рядом со мной. Он посмотрел в небо:
- Да это просто жульничество.
Король Двора Любви подхватил свой меч и, смеясь, двинулся на Эглику. Эглика поднял руку, чтобы блокировать удар, но клинок пронзил его руку. Он попятился, а фейри снова бросился на него и пробил мечом насквозь. Эглика схватил короля за голову и повалил его на землю, но повелитель фейри успел выдернуть меч и вырваться. Эглика преследовал его, но скорость вампира упала.
Солнце почти достигло пика, освещая грязную воду и гниющие розы, заполнявшие огромный открытый коллектор, ставший новым Двором Любви. Полдень наступал неестественно быстро, и у меня было чувство, что когда солнце достигнет высшей точки, там оно и останется навсегда. Вот поэтому и нельзя сражаться с владыками фейри на их родной территории.
Король с презрительной грацией провел клинком по щеке Эглики, оставляя глубокий незаживающий порез. Эглика ударил врага кулаком, снова повалил его на землю и мощно врезал по челюсти. Король Двора Любви поднялся невредимым.
Черт, я должна была что-то сделать.
Я собрала последние силы, дождалась, когда Король повернется ко мне спиной, - и атаковала. Он сделал пируэт, отмахнулся от моего меча, поднял клинок и вонзил его в меня.
О Боже.
Оказалось не так больно, как я ожидала, а значит дела действительно плохи. Я опустилась на колени. Король Двора Любви улыбнулся мне:
- Ты сражался с честью, сэр Рыцарь. 
Эглика вырос позади, схватил за рукоять меча и дернул назад, запирая фейри клинком и прижимая его к себе. Король боролся, но пока Эглика удерживал его.
- Бей.
Я не колебалась. Я занесла меч - и глубоко погрузила его в сердце Короля Двора Любви.
На его лице отразился полный ужас, а затем он начал растворяться вокруг меча, пока не растекся суспензией гниющих лепестков и гноя. Останки фейри исчезли в воде, внезапно ставшей прозрачной. Остался лишь Эглика, истекающий кровью из кучи ран, и мой меч, погруженный в грудь Принца вампиров.
Я вытащила клинок, и Эглика медленно опустился на землю.
- Вот черт.
Я не знала, что еще сказать. Я только что убила Принца Мечей. Он склонил голову:
- Я устал от мира, - его кожа обтянула кости и начала рассыпаться в прах. - Не горит золотой зал. Воины ушли в тень, - он закрыл глаза. - Изгнанник не может противостоять своей судьбе.
А потом от Эглики Трижды Воскресшего не осталось ничего кроме пыли. Я подползла к месту, где оставила Каури, Джулиан и Мэйв. Каури сел и уставился на меня:
 
- Черт возьми, ты убила... всех.
- И, похоже, себя. И вас, если мы не выберемся отсюда.
Я не понимала, что происходит с Двором Любви, - он разваливался вокруг нас. Розы сгнили до основания, викторианская кирпичная кладка крошилась и размывалась сточными водами. Трава и деревья пробивались сквозь осыпающиеся камни.
Мэйв очнулась:
- Мы победили? Или умерли?
- Пока неясно.
Так как я и без того бесполезно истекала кровью, то смочила в ней пальцы и прижала к губам Джулиан. Она облизала их и открыла глаза. Она все еще выглядела, словно труп, но, по крайней мере, двигалась.
- Мы победили?
- И да, и нет.
Она понюхала воздух.
- У тебя кровотечение. Сильное.
- Точно. Король мертв, Эглика мертв, я, вероятно, тоже мертва, и мы заперты в разрушающемся царстве фейри без возможности вернуться в Лондон. Так что мы победили, но лишь технически.
Джулиан переплела свои пальцы с моими:
- Не умирай из-за меня, Кейт, - она посмотрела на Мэйв. - Сделай что-нибудь, ведьма.
- Ладно, - огрызнулась Мэйв. - Принеси мне девственницу, серебряную чашу и медный кинжал, тогда я посмотрю, что можно сделать.
- Я серьезно.
- Я тоже.
- Если от тебя нет пользы в живом виде, - буркнула Джулиан, - я испытываю сильное искушение тебя съесть.
- Прекрати, пожалуйста, - перебила я. - Мэйв спасла тебе жизнь, так что ты никого не будешь есть, - я с надеждой огляделась. - Итак, есть у кого-нибудь магические целительные способности, не требующие жертвоприношения девственниц? Или хотя бы просто способ выбраться отсюда?
Мэйв покачала головой.
- Я больше не знаю, где мы, и как сюда попали.
- Разве мы не при Дворе Любви?
- Вряд ли.
Каури оглядел дикий лес, посередине которого мы сидели.
- Нет, дорогая, если, конечно, ты не считаешь, что заниматься любовью нужно исключительно на свежем воздухе.
- Проклятье, - места выглядели слишком знакомыми. - Мы в Диких Землях.
Мэйв секунду пялилась на меня:
- Ах ты чертов подменыш. Стоило догадаться, когда ты попыталась мне глотку распороть.
- Я не подменыш. Скорее, сиротка. Мать бросила меня на пороге моего отца и удрала обратно в земли фейри. Но это все равно не объясняет, как мы тут оказались.
- Ты устроила переворот, принцесса, - объяснила Мэйв. - Уверена, что мы остались там же, где и были, просто теперь это место - часть Диких Земель.
- Если вы не начнете пользоваться словами, которые мне понятны, - вмешалась Джулиан, - я точно кого-нибудь съем.
Мэйв вздохнула:
- С точки зрения мира фейри Кейт - продолжение ее матери. Поэтому когда она убила Короля Любви, то Королева Дикой Охоты получила его силу и королевство.
- Звучит ужасно. Зря я спросила, - Джулиан неуверенно поднялась. - И как нам отсюда выбраться?