Лишь одна песня (ЛП)

— Молчи, — я смеюсь, заметив озорной блеск в его глазах. Он считает, что я шучу, но на самом деле все не так. — Я занималась классической музыкой тринадцать лет, а потом поступила в музыкальный колледж. Позже училась играть на слух. Могу сыграть любую песню, услышав ее хоть раз. Ну, могла, когда постоянно играла. Сейчас может понадобиться несколько попыток.
— Сыграй со мной.
— Не выйдет, — непреклонно качаю головой.
— Давай. Через час у нас репетиция. Мы можем поиграть, — он смотрит на меня и видит, что никак не могу решиться. Синтезатор я убрала, когда продала дом, покончив с еще одной вещью, связанной с музыкой, после смерти Марка. — Если, конечно, не боишься.
Зак говорит, как второклассник, который подначивает другого высунуть язык на морозе. Он прекрасно осведомлен, как мне сложно отказаться от вызова, благодаря моему болтливому языку, когда я поведала ему о споре с Миа в ночь нашего знакомства.
Я драматично вздыхаю.
— Не имею желания играть с богом рока.
— Богом рока?
Я медленно киваю. Серьезно.
— Так тебя называют журналисты.
Он облокачивается на спинку стула, обдумывая фразу. Конечно, он не впервой ее слышит.
— Мне нравится, как это звучит. Думаю, стоит напечатать эти слова на паре футболок.
Я фыркаю и отворачиваюсь.
— Сегодня не могу. Миа прилетает. Я забираю ее в аэропорту и привезу на стадион.
Поднимаюсь из-за стола, но останавливаюсь от его голоса.
— Даррен может ее забрать. Лишь одну песню. Прошу.
Каким-то образом, когда он говорит слово «пожалуйста», на меня это действует. Зак не упрашивает, но выглядит таким напряженным, словно стоит мне согласиться, и он станет самым счастливым парнем в мире, полным надежд и ожиданий. И я понимаю, что все, чего мне хочется, это сделать его счастливым.
— Хорошо. Одна песня.
Я выхожу, улыбаясь сама себе.
  
Глава 11
 
Мое сердце билось со скоростью тысяча ударов в минуту, и неважно, что я пыталась сделать, успокоиться не получалось. Единственные, кто могли меня видеть — Зак, остальные участники команды и пара техников, которые контролировали работу аппаратуры и прожекторов на сегодняшнем выступлении.
Единственный, кто отсутствовал — это Итан. Мы с Заком приехали пораньше, чтобы я смогла сыграть с ним песню, и у нас осталось время до прилета Мии. Наше развлечение, точнее идея Зака, прекратилось, как только вошел Чейз и сообщил, что Итана нет в автобусе. Телефон был выключен, и никто не знал, где он. Я наблюдала, как Зак из нормального парня мгновенно превратился в разозленного зверя. Всех раздражало отсутствие Итана, но в этот раз сильнее, потому что он никого не предупредил.
В воздухе повисло плотное напряжение, и я едва могла дышать.
Потребовалось бы всего несколько часов, и он мог оказаться в любом месте в Фили, либо накачанный наркотиками, либо без сознания. Или просто накурился и где-то веселится. Неизвестность потрясла всех.
Я могла помочь лишь одним. Предложить сыграть на репетиции вместо него. Но сейчас мое сердце выпрыгивало из груди, и с каждым вздохом желала, чтобы Итан вошел и спас меня.
— Ты справишься? — я постаралась улыбнуться подошедшему Заку.
— Думаю, так должно быть, раз я сама предложила. Но нет, я немного волнуюсь.
Не знаю, почему. С пяти лет я занималась на пианино и не испытывала страха сцены. Но сейчас иначе. В этот раз я играю с профессиональной группой, а в зале через час будет тридцать тысяч человек. А что, если Итан не придет? Конечно, они не ожидают, что я достаточно готова, чтобы отыграть с ними концерт.
Поверить не могла, что делала это.
Внезапно Зак обнял меня за талию и прижал к груди. Если он старался так меня успокоить, то не сработало. Я вдохнула его аромат: смесь мыла и мускуса. От близости с ним нервы напряжены, но по другой причине. Он положил руку мне на шею и заставил посмотреть на него.
 
— Ты в порядке?
Ну нет, не в порядке. Я расстроена до тошноты, но не собираюсь рассказывать об этом. Кроме того, думаю, что он спрашивал о другом. Кивнула.
— Ты слышала эти песни дюжину раз. Если ты так хороша, как говоришь, то справишься, — его уверения вселяли в меня надежду, но он еще не слышал, как я играю, и вся моя уверенность и храбрость улетучились.
Я не ответила, потому что когда он так близко, крепко обнимает меня, дышать становится трудно, трудно размышлять… Даже вспомнить собственное имя. Что говорить о песнях, которые я слышала на протяжении последних десяти дней?
Я прикусила верхнюю губу, нервно втягивая ее, и посмотрела в потемневшие глаза Зака. Ему нравится, когда я так делаю, и знаю, что дразню его этим. На самом деле я не добиваюсь этого, но не могу заставить тело не реагировать на его голодный взгляд. Он прижимается к моим губам, прежде чем я успеваю подумать о чем-то другом. Инстинктивно хватаю его за перед рубашки и притягиваю ближе. Знаю, что должны сейчас заниматься чем-то другим, смутно осознавая, что в комнате присутствуют другие люди, но как только Зак касается моих губ, весь мир исчезает.
Он отстраняется также быстро, как и целует, от чего у меня кружится голова. Я, задыхаясь, хватаю ртом воздух и улыбаюсь, когда вижу, что с ним происходит тоже самое. Мне нравится эффект, который оказываю на него.
— Не думай о музыке. Просто играй то, что слышишь.
Он быстро целует меня в лоб, кивает парням, стоящим на другом краю сцены, и идет вперед.
— Это самая жаркая вещь, которую я видел, — Джейк берет гитару и встает передо мной, подключая инструмент к усилителю.
— Заткнись, Джейк.
Чувствую, что стоит смутиться из-за того, что сейчас случилось, однако осознаю, что улыбаюсь и вовсе не переживаю. Так же понимаю, что благодаря поцелую, мое тело расслабляется. Зак определенно знал, что делал, потому что в миг вспыхнувшей страсти напряжение спало.
Чейз несколько раз стучит по барабану, выбивая ритм к первой песне. Я слушаю музыку, как мне советовал Зак. Они играют первый куплет, прежде чем я определяюсь с нотами и слушаю, вспоминаю, как песню играл Итан. К тому времени, как она заканчивается, я полностью поглощена музыкой и энергией от других парней. Нахожусь в своей стихии и полностью расслабляюсь. Даже не осознаю, как сильно скучала по игре, пока не закончилась первая песня.
Делаю глубокий вдох на последней ноте и с улыбкой смотрю на Зака. Он улыбается в ответ. Я справилась. Не идеально, возможно, не так хорошо, как Итан, но справилась.
— Это здорово, Никки! — от похвалы Чейза улыбка становится шире.
— Ты даже лучше, чем Итан.
Я закатываю глаза от комментария Джейка и качаю головой.
— Ни в коем случае, — говорю я.
Я слышала, как играет Итан. Он неподражаем. Едва ли смогла превзойти его в этой песне, чтобы заслужить такой комплимент.
Я играю с группой еще три песни. Все это время растворяюсь в музыке и чувствую себя живее с каждой новой песней. Я не чувствовала себя так со времен колледжа.
Самое волшебное событие, которое пережила, стоя на сцене с настоящей группой, глядя на море пустых мест и понимая, что скоро они все заполнятся.
— Какого хера она здесь делает?! — от сцены раздается громкий голос Итана, и мы все замираем. Он шатается из стороны в сторону, отрешенный, во взгляде читается ярость. Сжимает руки в кулаки, двигаясь по сцене прямиком ко мне. Я сразу же отступаю от клавишных.
— Она помогает нам, Итан, поскольку ты не удосужился прийти вовремя, — яростно говорит Зак, направляясь к нам. Приближается ко мне и приобнимает за талию, словно защищая, не отводя взгляд от Итана.
Итан бормочет какие-то ругательства, которых я никогда в жизни не слышала, а затем поворачивается к Заку.
— И что с того, чувак? Подумаешь, опоздал немного, — он неуверенно подходит к клавишным, цепляясь за них в последний момент, чтобы удержать равновесие. Он едва мог стоять, и мне интересно, сможет ли он играть. — И держи свою новую подружку подальше от моих вещей.