Смотри (СИ)

- Мои родители этого точно не одобрили бы. Особенно отец. Меня сюда-то с трудом отпустили. А если бы я переехала к тебе, папа у торчал у нас каждый день.
- Возможно. Но думаю, со временем бы они смирились.
- Не уверена. Мне всего восемнадцать, они такого точно бы не одобрили. А ругаться с родителями я не хочу. Поживу здесь пока, поучусь. Возможно, на следующий год, или позже, можно будет перевестись. Да и нам расстояние пойдет на пользу. У нас с тобой вообще все слишком стремительно вышло.
- До сих пор хренова, когда вспоминаю, что тебе наговорил – взгляд Ника виноватый. Плечи напряжены. Блин, кажется мы идем ни в ту сторону. Я ведь совсем не хотела, чтоб все пришло к воспоминанию о прошлых обидах.
Поднимаюсь из –за стола и подхожу к Нику. Обнимаю его. Он усаживает меня к себе на колени и опускает голову мне на плечо. Чертит носом дорожки и шепчет слова прощения. Я обнимаю крепко-крепко и мне сейчас хочется плакать. Мы встречаемся взглядами, а потом и губами. В поцелуе нет страсти, только нежность.
***
В субботу я не пошла на пары, потому что кое-кто, самым наглым образом отключил мой будильник. А потом залюбил до такой степени, что я не то что встать, пошевелиться не могла. В итоге, мы проспали до обеда.
После позднего завтрака, мы с Ником весь день гуляли по городу. Разговаривали обо всем. Узнавали друг друга. И конечно же много и долго, с упоением, целовались. День получился просто сказочным. Это было полноценное романтическое свидание.
Вечером сходили в местный кинотеатр, естественно на последний ряд. Только вот о чем был фильм, я совершенно не запомнила. Он отложился в моей памяти лишь короткими отрывками.
По пути домой, зашли в супермаркет и взяли бутылочку вина. И если я думала что мы выпьем его как все нормальные люди – из бокалов, то я очень сильно ошиблась. Вино мы пили, жадно целуясь и слизывая дорожки терпкого напитка с тел друг друга. Это безумно заводило.
После, липкие и потные, продолжили в душе. Мои руки упирались в кафельную стену, в то время как Ник яростно вколачивался сзади, сминая мою попу до синяков. Мне очень понравилось.
Позже, утомленные, мы засыпали в объятиях друг друга. Тоскливая мысль, что завтра Ник уедет, а я останусь, долго не давала мне заснуть. Кажется, он тоже думал об этом, потому что целовал так, будто мы расстанемся прямо сейчас.
Уже почти погрузившись в сон, услышала тихий шепот: люблю. Не уверена, что мне не послышалось, но заснула я с улыбкой на губах.
  
Глава 40
 
Ник.
Засыпать, держа в объятиях любимую девушку – это счастье. Сердце наполняется каким-то трепетным, не познанным ранее, восторгом. Чувствую себя как поэт, поймавший капризную музу и приручивший ее. Сейчас все ощущается по-другому. Более полноценно, что ли.
Совсем недавно, думал что мы настолько отдалились друг от друга, что уже не сможем быть вместе. А я ведь обещал себе, что не отпущу. Но пошел тогда на поводу собственных эмоции и допустил промах. Почти послал. Снова. Пусть не грубо и категорично, но все же. А она не остановила. Да и правильно. Сейчас, оглядываясь на будущее, понимаю: нужно было быть терпимее. Дать ей время, пространство, свободу. Не загонять в угол, вынуждая смириться с моими желаниями и хотелками, а дать волю и позволить принять собственное решение. Не смог сдержаться. Давил. Пытался сделать так, чтоб мне было лучше. Не особо думал о том, каково ей в тот момент. А сейчас понимаю: перегнул.
Вспылил. Разочаровался. Пытался отрицать, но не смог забыть. Держался от нее подальше, а все мысли о ней только были. Думал, как она там, чем занимается, вспоминает ли обо мне, жалеет? Чуть не просрал все из-за своего упрямства. Теперь имеем то, что имеем. Алька сбежала в другой город. Сначала, даже не поверил. Потом разозлился. Позже – понял что соскучился так сильно, что ничего делать не могу. Увидеть ее хочу. Услышать. Пусть скажет, что все в порядке у нее. Что начала новую жизнь, оставляя ошибки в прошлом. Боялся, что не станет отвечать. Но хуже всего было тогда, когда начинал думать о том, что забудет меня. Найдет другого. Будет с ним. Страх окончательно потерять ее заставил действовать. Вначале, сообщениями. А после – звонками. Аля так же скучала по мне. Это давало не просто надежду на то, что между нами все незакончено, а расправляло крылья за спиной.
 
Аля уже сладко спит, доверчиво прижавшись щекой к моей груди, а я, находясь на грани сна, тихо шепчу ей слова любви. Когда-нибудь я скажу их громко. Но потом. Сейчас спешить нельзя. Кто знает, как она отреагирует на мое признание, вдруг испугается и снова сбежит. Я конечно ее найду, но лучше пока не стоит рассказывать о своих чувствах. Пусть привыкнет ко мне еще больше.
***
Сегодня вечером я возвращаюсь домой. С утра моросит мелкий дождь и Аля переживает, как я доберусь обратно. И вот впервые меня посетила мысль купить себе машину. Мотоцикл я люблю, но когда переживает твоя девушка, тебе так же передаются ее эмоции, и хочется с этим что-то сделать. Успокоить ее, чтоб волновалась поменьше. Решено, на этой недели займусь покупкой автомобиля. Права есть. Деньги тоже.
Обнимаю Алю, целую, каждую свободную минуту. Время неумолимо движется вперед. Аля, хоть и пытается это скрыть, но тоже нервничает из-за скорого расставания. А что с этим сделаешь теперь? Ничего. Пусть этот ее поступок оказался импульсивной ошибкой, но выбора сейчас другого нет. Настаивать на ее возвращении нет смысла – ей нужно учиться, пусть и в другом городе.
- А может на следующих выходных я сама приеду? – Аля смотрит на меня. Я думаю: если приедет она, то мне придется уступить часть нашего с ней времени ее родителям. Да и ночевать ее вряд ли отпустят ко мне. Но, если она сама хочет этого, то настаивать не буду. Не собираюсь вставать между ней и ее родителями. Пусть хоть у них отношения не портятся, как в моей семье.
- Решишь сама – целую сладкие и нежные губы. Они слегка припухли, ведь эти выходные мы почти не отрывались друг от друга. Так не хочется отпускать ее. И уезжать не хочется. Но учебу никто не отменял.
Аля кивает и со вздохом, снова тянется ко мне. Она такая же жадная до меня как и я до нее. Нам катастрофически мало того времени, что мы провели наедине.
Зубами цепляя лямку тонкого сарафана, тяну вниз. Знаю, что белья на моей девочке нет. Снова хочу ее до зуда в ладонях. Целую нежное плечико и балдею от того, как начинает частить ее дыхание. Знаю, что я ее первый и единственный. От этого, собственник во мне, ликует. Моя и только моя. Никому не отдам ее. Залюблю до такой степени, что смотреть на других не сможет.
Да, я ревную. Как представлю, что рядом с ней будут тереться особи мужского пола, так сразу же хочется убивать. А она здесь одна. Без меня. Я доверяю ей, но все равно не могу избавиться от мыслей, что пока я не рядом, к ней кто-то начнет клеится.
Всасываю кожу у основания шеи так, что Алька пищит:
- Ты мне засос поставишь!
- Носи мою метку с гордостью, детка – ухмыляюсь и уже в голос ржу, когда она делает ответный жест. Наверняка ее засос будет больше и ярче. Причем, она это сделала на самом видном месте.
- Метишь меня, маленькая? – усмехаюсь, а сам кайфую: она ревнует. Тоже боится отпускать меня.
- Угум..- мычит мне в шею и прижимается так крепко, что я сжимаю ее тонкую талию в ответ. Мы оба пытаемся взять у друг друга как можно больше.
***
Город, в котором осталась Аля, далеко позади. Я возвращаюсь домой, мысленно прося время ускориться. До пятницы еще очень долго, я только отъехал, а уже чертовски соскучился. Когда Аля провожала меня, в ее глазах стояли слезы. Мне стоило большого труда уйти, оставить ее. Зацеловывал милое лицо как в последний раз, но так и не сказал, что люблю. Сейчас же думаю о том, что стоило это сделать. Ведь нам вместе было хорошо. Нужно было сказать перед отъездом что люблю ее. Но теперь, скажу об этом только позже, глядя в любимые глаза.