Шрам (СИ)

Я выскользнул из седла, передал Князя одному из бойцов и подошел к веревочному сиденью. Приказал двоим дружинникам притянуть канат с сидушкой ближе к земле и забрался в нее.
— Трави* помалу! — гаркнул я бойцам.
* - Травить — постепенно ослаблять натяжение троса или якорного каната. 
Меня поддернуло вверх и начало поднимать в небо. Я судорожно вцепился в веревки, которыми сиденье было привязано к канату. Очень захотелось зажмуриться.
— Шрам... Шрам... Шрам... Шрам!!! — громкое скандированиемоего прозвища неслось с поверхности.
Сначала заорали мои бойцы, а потом присоединились и оряховцы. Всыпать бы им за такую фамильярность, но ладно, не буду. Вон как восхищенно на меня таращатся! Я изобразил довольную и надменную рожу и посильнее вцепился в веревки. Страшно, жуть! Снимаю шляпу перед экипажами земной авиации. Они наслаждаются полетом, а я в ужасе сжимаю булки, до состояния камня. Полюбовавшись красотами сельских окрестностей и продемонстрировав сельчанам чудо воздухоплаванья, я дал команду «сворачивать лавочку».
Прошло еще два дня. Тренировался сам, контролировал тренировку бойцов. За это время донабрали дружинников, благо, отметки кого можно взять, уже у Матея и инструкторов были. Восемь коней для дружинников пришлось докупать и опять в долг, под расписку. Два десятка конных разместил на своем подворье в малой казарме, остальных — в большой казарме ремесленного квартала. Теперь у меня было восемь десятков бойцов, большая часть которых без доспехов и нормального оружия.
Пока отдал их «на растерзание» инструкторам и допустил к несению службы на постах и пикетах вокруг села. Оружие зачастую приходилось выдавать по очереди. Убрал оттуда сельчан-ополченцев. Теперь они привлекались только по тревоге. Когда один из охранников трубил в рог положенный сигнал, ополченцы хватали оружие и занимали установленные места на стенах Оряхово. Я уже не одну такую тренировку провел.
До обеда принесли два заказанных ранее абакуса. Отлично! Вызвал старосту и в течение часа научил пользоваться деревянными счетами, и даже успел потренировать. Отпустил Булыча чрезвычайно довольным от полученного умения удобного и быстрого счета. В обед проверял сделанные по моему заказу токи для кавалерийских копий, когда прибежал боец одного из пикетов:
— Господин, воины идут с большим обозом.
— Воины с большим обозом или большой обоз под охраной воинов? — уточнил я у запыхавшегося от долгого бега дружинника.
— Не знаю, господин, — честно ответил боец. — Увидели конных воинов, человек двадцать, они впереди ехали, а за ними большой обоз. Больше не смогли рассмотреть. Я сразу побежал в село, чтобы предупредить, а напарник идет впереди них, на всякий случай.
— Откуда они идут?
— С юга, господин. От Муравок.
— Тревога! — заорал я как можно громче. — Все на стены!
Наверняка, это купеческий обоз, но, предки его знают? Лучше перебдеть. Под звуки тревожного рога быстро, с помощью лакеев, вооружился, принял у конюха коня и в сопровождении своих дружинников рванул к въездным воротам в село. Мои лакеи Тихомир и Велико, вооружив меня, тоже надели стеганки, схватили копья и побежали на закрепленные за ними места на стене.
Привязав лошадей к коновязи у ворот, быстрым шагом поднялись на площадки частокола. Из села постоянно прибегали ополченцы и стены постепенно заполнялись защитниками. От леса показалась одинокая фигурка, во все лопатки бежавшая к воротам.
— Приоткрыть ворота! — приказал я. — Впустить воина.
Четверо дружинников бросились к воротам, с натугой сдвинули тяжелый засов и приоткрыли одну воротину. Через несколько минут в ворота влетел воин, тяжело дыша, огляделся и, увидев меня, доложил:
— Господин... воины на подходе... сейчас покажутся!
По дороге, выбегающей из леса на поле перед селом, начала выходить вооруженная колонна всадников и тянущийся за ними длинный обоз. Не меняя походного строя и скорости движения, они потянулись к воротам. На душе полегчало: стало ясно, что это обоз. Не оставят меня своим покровительством предки, это будет Алоиз. Он мне сейчас нужен больше всего. Ухватившись обеими руками за частокол, я до рези в глазах всматривался в приближающихся всадников.
 
Ба, да это же Сток! Дружище Сток! Решился, значит. А вот Небойша во главе знакомой мне пятерки наемников. «Лыбу давит» от уха до уха. А это? Неужели... Алоиз!
— Открыть ворота! — скомандовал я и сам пошел вниз встречать дорогих гостей.
Подошел староста со старшим сыном и встал невдалеке за моей спиной. Матей построил моих дружинников у дороги, но ополченцев и стрелков я оставил на стенах. Ничего, от паранойи еще никто не умер. А вот от безалаберности и излишней доверчивости — сколько угодно. Прибывшая колонна остановилась перед воротами, всадники спешились и ко мне двинулись два человека, Алоиз и чуть позади него Сток.
— Достопочтенный Сержио, я безмерно рад представившейся возможности посетить Ваши земли и лично засвидетельствовать свое почтение их хозяину, — купец и воины за его спиной почтительно поклонились.
А я не выдержал и, шагнув навстречу, сжал в объятиях сначала Алоиза, а затем и своего друга.
— Рад вас видеть, друзья, — шепнул я им, а затем уже громко поздоровался. — Приветствую вас, гости, на благословенной предками земле Оряхово.
— Булыч, уважаемый, займитесь распределением на постой прибывших к нам гостей. Уважаемый Алоиз и вот этот достойный воин, — указал я на Стока. — Разместятся в моем гостевом домике. Остальных в харчевню и на постой по домам селян.
— Я Вам говорил, — шепнул мне купец. — Не пристало благородному так вести себя с простолюдинами. Люди же смотрят.
Я лишь досадливо махнул рукой и дождавшись, когда староста начнет распределение на постой, забрал Алоиза со Стоком и повел их к себе на подворье.
— Чисто у Вас здесь, — одобрительно сказал купец, внимательно оглядывая село.
Я лишь утвердительно кивнул.
— За столь короткое время превратить заштатное село в обитель предков у меня не вышло, но это в моих планах, — я рассмеялся. — Однако, кое-что сделано. Но, давайте о делах поговорим завтра. Тогда, кстати, и покажу, чем я здесь занимался все это время.
— Ваше предложение в силе? — спросил Сток.
— Конечно в силе, — подтвердил я. — Я очень рад вам обоим. Но действительно, если не горит, давайте вы сегодня отдохнете, а завтра с утречка займемся делами?
Мои друзья, а мне очень хочется считать их обоих именно друзьями, с радостью согласились с таким предложением. В общем, остаток дня мы действительно просто отдыхали. Слуги приготовили баню и отличный ужин, и мы сначала вдумчиво попарились, удивив всех тем, что баронет моется вместе с простолюдинами, а потом уселись за стол и до самой ночи вспоминали наши похождения.
Нас много что связывало в прошлом, поэтому было что вспомнить всем троим. Да под вкусную еду! Дичь, рыба, нарезка сыров, различные овощи и душистый хлеб, но фурор, все-таки, произвели мои настойки. Ох и нахрюкались мы! Да просто в охотку все пошло в такой-то компании.
А утром я разогнал алкогольные пары интенсивной тренировкой, привел себя в порядок и приказал будить гостей. Сам же в это время занялся раздачей указаний о том, что и к какому времени сегодня необходимо сделать.
Завтракали мы тоже вместе и во время трапезы Алоиз спросил, что за страшный калека сидел вчера у дороги, когда мы отъезжали от ворот. Пришлось рассказывать о попытке покушения на меня, поиск и поимку преступников, и последующее возмездие. Ожидаемо меня осудили за то, что я вместо нормальной казни устраивал глупые поединки.
После завтрака нас уже ждали оседланные лошади, мой конный отряд во главе с десятником и готовая к выезду повозка с воздушным змеем. Демонстрация прошла выше всяких похвал. Алоиз, Сток и те гости, что видели подъем змея, ожидаемо восхитились. Да и мои люди еще не привыкли к зрелищу парящего в небе человека. Для пущего эффекта, дали по разу подняться в небо обоим моим гостям.