Эгоист (СИ)
- О нет! - со смехом запротестовала Нина. - Еще и это ты на меня не повесишь!
Она погрела лазанью в духовке, Антон тем временем надел майку и трусы, и они с удовольствием поужинали вдвоем. Потом они долго сидели в обнимку, болтая о том-о сем. Блаженство - вот как назвала бы это времяпрепровождение Нина. Они блаженствовали в объятиях друг друга, забыв обо всем остальном мире.
Нина заметила, как изможден ее любимый директор, несмотря на некоторые лишние округлости: лицо его осунулось, вокруг глаз залегли темные круги. В девять вечера она вытолкала возлюбленного с дивана, разложила его, постелила постель и заставила Антона лечь, а сама пошла мыть посуду.
- Иди ко мне, - позвал Антон. - Оставь эту дурацкую посуду, черт с ней совсем. Я хочу еще разочек воспользоваться твоим телом для собственного удовольствия...
Но Нина твердо отказала ему, покачав головой:
- Завтра утром воспользуешься, когда как следует выспишься.
- Глупости..! - с напускной сердитостью проворчал Антон. - Я бодр и свеж, как майская роза...
Но уже через пять минут Нина услышала его тихое похрапывание. Она вытерла ложки, умылась, прилегла рядом с Антоном и все не могла наглядеться на него. У нее был, что называется, полутораспальный диван и только одна подушка, и вдвоем с массивным Антоном ей было очень непросто уместиться на этом ложе, но она никогда еще не чувствовала себя такой счастливой.
Часть 2. Глава 6. Хэппи-энд
Ее роковой мужчина проснулся только в десять - проспал 13 часов! И его не разбудила ни активная уборка, ни жарка блинчиков почти над самым его ухом. Однако этим запахом пропиталась вся комната, и, проснувшись, он, взъерошенный, щурясь от яркого дневного света, с удовольствием потянул носом. Потом он резко вскочил с дивана, схватил Нину и крепко сжал ее в объятиях.
- О боже, какое счастье, - простонал он, и Нина была с ним совершенно согласна.
- Антоша, - тихо сказала она, нежно поглаживая его по плечу, - пожалуйста, не уезжай в Крым. Останься здесь, со мной...
Антон отпустил ее и весело рассмеялся:
- А содержать меня будешь ты?
- Нет, ты устроишься на работу или начнешь новое дело...
- Но чего ради?
- Ради нас...
- А может быть, проще тебе переехать со мной в Крым, чем мне бросить многомиллионную империю, которую я создал сам и которой посвятил жизнь?
- Антон, этот бизнес убивает тебя. Ты сегодня проспал тринадцать часов. SkyLine высасывает из тебя все соки!
- Это временно, - отмахнулся он. - Скоро все наладится и мы вернемся в Ярославль или поедем еще куда-нибудь. Будем жить той жизнью, которой ты хочешь, только сможем обставить ее любыми предметами, какие тебе нравятся.
Нина печально вздохнула:
- Не нужны мне никакие предметы за счет твоего здоровья!
- Мне очень приятно это слышать, - промурлыкал Антон и стал целовать ее в шею.
В животе у Нины запорхали бабочки, а чуть ниже скрутился тугой горячий комок.
- Хотя бы чаю выпей, - томно проворковала она с придыханием.
- Нет-нет-нет, сначала воспользуюсь твоим телом...
Во время завтрака у Антона настойчиво зазвонил телефон - Нина даже удивилась, что он так долго молчал. Мужчина взял трубку и ничтоже сумняшеся заявил, будто у него акклиматизация и он плохо себя чувствует. И после блинчиков с творогом, вареньем и какао они поехали погулять. Не потерпев никаких возражений, Антон купил новый большой диван, подушки, одеяла и несколько дорогих комплектов постельного белья.
- А говорил, что тебе у меня понравилось, - грустно напомнила ему Нина.
- Понравилось - не то слово, - с готовностью согласился Антон. - Я обожаю твою квартиру, правда, главным образом, из-за тебя. И ты достойна всего самого лучшего.
Потом он потащил ее в магазин электроники, купил ей новый телевизор, ноутбук, смартфон, наушники, колонку... Сначала Нина бурно протестовала - это не давало ни малейшего эффекта - потом она принялась грустить от мысли, что Антон словно бы платит ей за любовь, но когда они вышли из магазина и сели в машину, Нину вдруг осенило, что она совершенно попусту портит настроение себе и любимому - ведь это ничего не изменит. И она успокоилась и повеселела.
Затем они пообедали в кафе и пошли немного прогуляться по набережной. Антон держал Нину за руку, а время от времени они останавливались и целовались. Это было словно не реальная жизнь, а какое-то романтическое кино, и Нина забыла все свои расстройства и предубеждения против Антона, начиная с того, что он не хочет заводить детей, и заканчивая складом резины в его шкафчике. Но скоро ей предстояло обо всем этом вспомнить.
Дома они слегка перекусили заказанными в доставке роллами, а потом занимались любовью на новом диване до полного изнеможения. Нина уснула счастливая, как никогда, но утром проснулась одна. У нее заняло совсем мало времени, чтобы понять, что Антон исчез из ее квартиры без следа, не оставив даже записки. Она легла обратно на диван и горько заплакала.
Прошла пара часов, в течение которых Нина не чувствовала ни малейшего желания встать и что-нибудь поделать, а потом телефон оповестил ее о новом сообщении. Она вскочила, как ошпаренная, и бросилась к нему - это было SMS от Антона: "Прости, пришлось срочно сорваться в Крым, скоро позвоню". Но он не позвонил. Первое время Нина держалась хорошо и даже навела порядок в своей единственной комнате, бродя по ней узкими тропинками между многочисленными коробками с техникой. Потом она сходила в магазин, купила себе банку соленых огурцов и съела сразу половину, закусывая вареной гречкой. Она старательно гнала от себя мысли о прикроватной тумбочке в номере Антона, но чем дальше, тем больше они ее одолевали. Вечером она включила на своем старом ноутбуке кино "Дивергент" и уставилась в экран невидящим взглядом. Аппетит, однако, у нее не испортился, и вторая половина банки огурцов была незамедлительно уничтожена. Потом Нина достала из заначки молочную шоколадку и умяла ее почти целиком.
Утром она проснулась поздно, чувствуя себя плохо (наверно, такое количество огурцов не очень хорошо сочетается с таким количеством шоколада) и испытывая какую-то смутную тревогу. Сначала она никак не могла вспомнить, чем та вызвана - дело было точно не в прикроватном ящике Антона: он беспокоил Нину уже давно, а эта тревога была новая.
Она позвонила на работу, сказавшись больной, выпила таблетку от живота, легла под одеяло и снова включила кино. На этот раз это оказалась "Разрисованная вуаль", и посередине фильма Нину будто поразило громом: она беременна! То есть, речь шла про главную героиню, но в этот момент Нина вспомнила, что и ей сегодня ночью приснилось, будто бы она сама беременна. Она подпрыгнула в постели и судорожно принялась вспоминать, когда у нее были последние женские дни - и это было точно еще до поездки в Крым. Значит, прошло больше месяца! Нина впала в такое смятение, что ничего не могла сообразить. Потом она умылась, выпила воды и поняла, что нужно сделать тест, а до его результатов нет никакого смысла поддаваться панике.
Это был первый тест на беременность в ее жизни, потому что в наше время предохранение стало такой естественной частью интимной жизни, что о ней никто особенно и не задумывается. Однако тогда, на диком пляже в Крыму, по дороге из Ялты в Симеиз, они с Антоном о нем даже не вспомнили. Когда Нина вспоминала это их приключение, то по ее телу бежали мурашки. Она тогда ужасно испугалась и разозлилась на Антона за его дурацкие игры в воде, но он не дал ей опомниться - и прямо из неистового гнева вперемешку с обидой она так глубоко провалилась в любовный восторг и острое возбуждение, что не чувствовала камней, впивающихся в тело, не думала вообще ни о чем, а только ощущала его - желанного мужчину - всюду вокруг и внутри себя. Потом он, конечно, поступил с ней жестоко, но она уже его простила...
Однако инструкция к тесту оказалась простой и понятной, и уже через пять минут после возвращения домой Нина с замиранием сердца наблюдала, как на тесте проявляются две полоски. Вот что это за чувственное безумие было тогда на пляже - они зачали новую жизнь. Испуг и огорчение лишь на мгновение овладели сознанием Нины - она тут же одернула себя, погладила низ живота и тихо пробормотала: "Ну привет, малыш..."