Что скрывается за чертополохом (ЛП)

Как бы он защитил меня.
Он всегда меня защищал.
И из-за этого я могла его потерять.
Но лишь с ним одним я хотела поговорить о своем отце.
Держа его за руку, я смотрела на его красивое, слишком бледное после операции лицо. Вокруг его глаз залегли темные круги, а бороде требовалась стрижка. Рука Уокера была очень большой. Я держала наши ладони вместе, и по сравнению с ней, моя выглядела, как у ребенка. При мысли, что я никогда больше не почувствую пожатие его пальцев, меня сковал отчаянный страх.
— Ты должен очнуться, — всхлипнула я, склонив голову. — Все, через что ты прошел… — Я постаралась сделать вдох. — Крошечная пуля не станет причиной того, что ты покинешь меня. Этого не случиться. Мы эп-пичны.
Мой взгляд остановился на его лице.
— Мы так не закончим, Уокер. Мне еще нужно испечь тебе миллион сладостей, а тебе предстоит миллион раз убедить меня завысить на них цену. Для этого у нас впереди целая жизнь. Чтобы, наконец, жить. Мы едва начали. — От мысли о его потери я наклонилась к нему и гневно прошептала. — Значит, ты должен очнуться. Ты должен очнуться!
Легкое движение пощекотало мою ладонь, отчего сердце подпрыгнуло к горлу. Я взглянула на его руку, которую сжимала, и тут же ее отпустила.
Длинные пальцы Уокера дернулись, а затем согнулись.
Мой взгляд метнулся к его лицу, встречаясь с его сонными глазами.
— А я-то думал, что это я властный, — прохрипел он, криво ухмыляясь.
  
ГЛАВА 43
 
Мне потребовалось время, чтобы привыкнуть к писку кардиомонитора, перебороть тупую боль, пульсирующую в нижней левой части живота, и сухость в горле, будто там раскинулась пустыня Регистан.
Я был в больничной палате.
Осознав причину своего нахождения здесь, я вспомнил радость на лице Слоан, когда она рассмеялась от облегчения. Ее счастье не шло ни в какое сравнение с моим, когда я очнулся и увидел ее живой. В безопасности.
Однако две секунды спустя ее смех перешел в истерические рыдания, но когда я попытался дотянуться до нее, мне помешала боль в животе.
— Черт, — прошипел я. — Слоан, детка, не плачь.
Я сжал ее руку так сильно, как только мог.
Но потом она оказалась надо мной, обняла, прижалась щекой к моей груди, всхлипывая так сильно, что ее трясло.
— Детка. — Я обхватил рукой ее затылок, запустив пальцы в волосы. — Ты меня убиваешь.
Она попыталась взять себя в руки. Я чувствовал дрожь ее тела от напряжения, когда она заставляла себя успокоиться. Подняв ее голову, я увидел красные усталые глаза, растрепанные волосы и сопливый нос.
— Ты чертовски красивая.
На это она рассмеялась, вытерла нос и выпрямилась.
— Пуля как-то повлияла на твое зрение?
— Да. Сделала его охрененно четким.
— И даже лежа в больнице с пулевым ранением, он ругается, будто ему за это платят, — поддразнила она и наклонилась, чтобы поцеловать мои пересохшие губы. Нежное, еле уловимое касание — далеко не то, что мне было нужно. Я заворчал, когда она отстранилась. — Пойду, скажу доктору, что ты очнулся.
— Что случилось? Я помню… это… правда?
То, что я помнил, не могло быть правдой. Если бы где-то существовал бог или судьба, то впервые за долгое время я умолял их забрать мою память, чтобы забыть этот кошмар.
Потому что, если бы история Брикса была правдой, то Слоан…
Я увидел в ее глазах агонию и выругался про себя.
— Я все тебе расскажу, обещаю. Но сначала позову доктора.
Казалось, осмотр длился вечность, и я уже начал терять терпение. Чувствительность во всех конечностях, пульс и давление были в норме, память, вроде как, в полном порядке.
После подтверждения всего вышеперечисленного, я потребовал, чтобы Слоан рассказала мне обо всем. Когда она посмотрела на доктора, спрашивая разрешение, мне захотелось зарычать.
 
— Если немедленно не расскажешь мне, я доведу себя до гребаного белого каления, — предупредил я.
Доктор крепко сжал губы и кивнул.
— Ладно. Но потом я хочу, чтобы вы отдохнули. Вы только пришли в себя, мистер Айронсайд, и если хотите полностью и как можно быстрее выздороветь, вам нужно дать отдохнуть телу и разуму.
Я резко кивнул ему в знак согласия.
Он ушел, и Слоан настояла, чтобы я выпил воды, прежде чем она начнет. Она проигнорировала раздражение в моих глазах и спокойно ждала. Больничная койка находилась в приподнятом положении, так что, по крайней мере, я не лежал на спине. Я ощущал пульсацию в животе рядом со шрамом от ножевого ранения, которое получил в подростковом возрасте. Как иронично. Пуля повредила мышцы и ткани. Некоторое время мне придется соблюдать осторожность. А значит, лучше бы знать, что угроза Слоан точно устранена.
— Рассказывай.
Придвинув стул ближе к кровати, Слоан взяла меня за левую руку, и я сжал ее. Казалось, на секунду ее загипнотизировали наши переплетенные пальцы, а когда она подняла глаза, в них стояли слезы. Я снова сжал ее руку, чтобы успокоить.
Она втянула воздух и медленно выдохнула.
— Мой отец умер, Уокер.
Блядь. Значит, я правильно расслышал Кайла Брикстона. Я крепче сжал ее руку.
— Сочувствую, детка.
На ее красивом лице отразилась невообразимая грусть.
— Рак. Перед смертью он хотел помириться. Большую часть своих денег он завещал мне и Келли в качестве компенсации за то, что отказался от нас. — Покатившуюся слезу она нетерпеливо смахнула свободной рукой. — Он попросил мою мачеху, Перри, нанять для моих поисков частного детектива и привести меня к нему… вместо этого она рассказала о моем местонахождении Натану и велела ему разобраться со мной.
Шок рикошетом пронзил меня, как и понимание.
Лицо Слоан внезапно посуровело от ненависти.
— Когда Натан потерпел неудачу, его место занял Брикс.
Я выругался, сожалея и гневаясь на себя.
— Потому что я его настроил против тебя.
— Ты не виноват, — возразила она.
— Это я послал к нему людей, чтобы добыть из него информацию.
— Я знаю.
— Я велел им сделать это любым способом.
— Я знаю. — Она наклонилась ко мне. — Мне все равно. Я не виню тебя. Ты сделал то, что должен был, чтобы защитить меня и Келли, и я не буду злиться на это. Брикс явился сюда, чтобы меня убить. Ради денег. Ради мести. Это он отвечает за свои действия.
— А твоя мачеха? — Необходимость встать с койки и покончить с угрозой, которую она представляла, вызывала почти физическую боль.
Словно прочитав мои мысли, Слоан схватила меня за руку.
— С ней разберутся. По закону. Я не позволю ей больше вредить нам, Уокер, поэтому прошу тебя, оставь это дело полиции.
Пораженный ее силой духа, я попытался взять себя в руки.
— Твой отец…
Ее губы задрожали, черты лица исказило горе.
— Да, знаю, — выдавила она. — И мне придется разобраться с этим и все обдумать… но сейчас я должна сосредоточиться на твоем выздоровлении. Все кончилось. Теперь уже точно. Местная полиция связалась с властями США, предоставив им доказательства, переданные Бриксом, — у него есть записи встреч Перри с Натаном и им самим — Перри арестована. Она полагала, что может манипулировать ими. Считала их тупыми бандитами. Она недооценила их. И теперь заплатит за это. Пусть сгниет в аду, мне все равно.
Вспомнив, как Слоан прострелила Бриксу ту же ногу, что и Андросу, я сказал:
— Полагаю, Кайл выжил после огнестрельного ранения.
— Да. Теперь у них с Натаном будут одинаковые шрамы.
Меня переполняло благоговение перед Слоан. Мне было спокойнее, зная, что она способна защитить себя.
— Ты была невероятна.
— Только благодаря тому, что ты погнался за мной с пулей в животе. — Она поцеловала костяшки моих пальцев.
В голове вспыхнули воспоминания о страхе потерять сознание и не добраться до нее вовремя.