Ангел и демон (СИ)

Анна перепугалась, что она утонула, но через пару минут Лия вынырнула с ракушками в руке.
— Попробуй!
— А как?! — Анна повертела в руках плотно закрытый моллюск. И чуть не выронила, когда сзади до нее дотронулось что-то холодное.
Бажби Руд взял моллюска, придавил пальцами с двух сторон, сделал небольшое усилие — и чпок! — ракушка открылась. Протянул Анне створки, наполненные золотистой мякотью. Мякоть оказалась со сливочно-грибным вкусом и растаяла во рту, как кусочек подсоленного масла.
— А с луком и сыром бывают? — облизнулась Анна, заметив в глубине шесты, с которых такие ракушки свисали гроздьями.
— Ты имеешь в виду, бывают ли они разные по вкусу? Бывают, — застенчиво и слишком высоким голосом, почти свистом, ответил Руд.
— Они сначала одного вкуса, потом другого, потом третьего… Их по размеру подбирают и по количеству полосок на раковине. А старые, которые вот такие, — Лия развела руки в стороны, — твердые. Там у них мясо. И тоже не одинаковое по вкусу. Если жарить на огне, пальчики оближешь!
Бажби издал какой-то звук, похожий одновременно и на свист, и на шипение, и исчез под водой.
— Бажби не все одинаковые. Есть похожие на нас, которые могут долго жить на суше, а есть, которые на сушу поднимаются лишь по необходимости. И есть те, которые живут на воде. Там дальше целый остров, — объяснила Лия, высматривая друга в воде. — Руд из тех, которые в воде живут постоянно. А если выбираются на сушу, надевают специальные костюмы, как скафандр. У них и флаеры специальные, заполненные водой. Здесь им тяжело, давление низкое, даже на глубине. Их родная планета больше нашей в пять раз, и вся покрыта водой, как на Келлоте.
— А почему они решили переселиться?
— Их Правитель живет в других галактиках, бывает у нас редко, а у них метеорит упал и полюс сдвинулся. Планета замерзла, оттает не скоро. Они подали сигнал бедствия. Теперь их расселяют. Бажби ни один Правитель в гражданстве не откажет, особенно глубоководным. Только они умеют следить за глубоководными течениями и извержениями вулканов. А еще за состоянием воды и растительности. И лучший жемчуг выращивают.
Лия погрузила лицо в воду, долго высматривая что-то в глубине.
— У них там целые города, — подняла она лицо, сдувая текшую по лицу соленую воду.
Руд вынырнул быстро и раскрыл еще четыре моллюска. На этот раз вкус действительно оказался другим, с перчинкой, с привкусом мускатного ореха и один моллюск оказался сладким, с привкусом ананаса.
Наплескавшись в теплой воде, неохотно вылезли на берег.
Крас уже ждал их рядом с флаером продолговатой формы с иллюминаторами и прижатыми крыльями. Лия сразу же объяснила, что флаеры бывают разные. Одни летали с помощью гравитационных полей, их использовали для перемещения в атмосфере одной планеты, другие, как тот, что стоял на берегу, использовали для полетов в пределах планеты и межпланетных перемещений в одной звездной системе. А были специальные, предназначенные для космических перелетов, с аэлранами, при помощи которых выходили в подпространство, когда за несколько часов можно было оказаться на другом краю галактики. В подпространстве скорость значительно возрастала, как квадрат скорости в пространстве, но как такое возможно, Анна так и не смогла понять.
— Идите быстрее, — поторопил их Крас.
Анна поднялась по трапу в салон и осмотрелась. Снаружи флаер казался небольшим, но внутри был просторным. У иллюминаторов стояли удобные кресла, всего восемь, и два у панели управления.
— Садись сюда, — позвал Крас, указав Анне на кресло рядом с креслом пилота.
Лиа окинула его подозрительным взглядом, закалывая волосы.
— У вас любовь? Что-то раньше я не замечала такой избирательной галантности! — сделала она для себя не двузначный вывод.
— Да ну тебя, — отмахнулся Крас. — Вечно одни глупости на уме!
— О-о-о! А что мы так оба в лице изменились?! — продолжала Лия допытываться, помогая Анне пристегнуть себя ремнем безопасности. — Почему, как только начинаешь говорить о любви, все шипят? — обратилась она с вопросом уже к Анне. — Любовь — это светлое чувство. Радоваться надо и гордиться, так мама говорит.
 
— А хоть бы и так, — с вызовом ответил Крас, тоже пристегиваясь. — Это чувство сугубо личное. И всяких неудачниц, которым с этим чувством не везет, не касается! Не думаю, что я или Аня нуждаемся в твоих советах. Или в наблюдательности.
— Это жестоко! Это подло! Меня никто не бросал! — возмутилась Лиа. — Если мне намекают на маленького пухленького Роя, то это в корне неверное суждение! Это я сама отказалась идти с ним на вечеринку! Я же не знала, что Рада вцепится в него, так что потом не оторвать, — она надулась и отвернулась к иллюминатору.
Крас с усмешкой бросил взгляд на сестру. Длинные его пальцы быстрыми движениями пробежали по клавишам, на экране обзорного вида загорелись цифровые значения.
— Не обращай внимания, — посоветовал он Анне. — Она вечно пытается свести меня со своими подружками. Или представить, как монстра, поедающие женские сердца.
Флаер двигался быстро и беззвучно. И вдруг резко взмыл вверх. Земля осталась далеко внизу, за дымкой облаков, опрокинувшись небом вниз. По поверхности океана во множестве рассеялись острова и полоски земли с высокими шпилями гор, даже в такую жару укрытые снежными шапками. Небольшие материки плавно переходили один в другой, испещренные озерами, реками и морями. Совсем как на глобусе, который Крас показал Анне на Земле, но теперь планета была настоящая, с зелеными лесами и тучными пастбищами, с белыми облаками, розовыми с того краю, где всходило огромное багряное солнце Ани.
Обогнув материк, пролетели над океаном, над островами, достигнув берегов другого материка, пересекли горную гряду с действующими вулканами, сбавили скорость.
Анна прильнула к иллюминатору: внизу раскинулся огромный город, утопающий в зелени, который тянулся вдоль прибрежной полосы на сотни километров. С высоты он казался белым облаком, который опустился в зеленое море. Крас сбавил скорость, давая Анне возможность полюбоваться архитектурой. Он был прав, инопланетяне любили грандиозные и бесполезные постройки. Здесь были не только пирамиды и сфинксы, но и крылатые ангелы, и страшные чудовища, и титаны, и словно паутина зависающие в воздухе мосты, величественные капища, и другие символы вселенной во всем ее многообразии. Даже Черная дыра с кольцом по кругу из множества звезд, которые удерживались непонятно как и на чем. Некоторые из высеченных скульптур достигали величины самых высоких зданий, а некоторые намного превосходили.
Наконец, флаер мягко затормозил, зависнув в воздухе, дожидаясь свободной площадки для приземления. Крас перевел управление на автомат — теперь флаером управляли с земли.
Спустя десять минут оказались на земле.
Подкатил робот-автомобиль, который частично по земле, частично по воздуху доставил их к многоэтажному зданию без начала и конца, похожее на пирамиду.
— Ну вот, — хмыкнул Крас, пренебрежительно ухмыльнувшись. — Это наш торговый центр! Средненький. Самые большие в столице империи на Валеране, в системе Таруса. Можно слетать на Прокус, это недалеко, там тоже есть на что посмотреть. А самые большие на Огре, в столица нашего содружества. Кстати, — напомнил он, — на Прокусе стоит дворец Карсада, в существовании которых ты сомневалась.
— Правитель Карсад может жить сразу на нескольких планетах, — похвасталась Лиа, подтвердив слова Краса, сказанные на Земле. — У него такой дворец, который и там, и там, и там.
 
— Или на Сорее, где проходят заседания Галактического Совета, — добавил Крас. — Сейчас империю Гидра в Совете представляет империя Катрин, у которой два голоса.
— Я уже знаю, — ответила Анна Лие и взглянула на Краса: — Неужели они такие могущественные?!
— Не то слово! — ответил Крас.
— А полукровки? Они та же сильны?