Северные призраки (СИ)
Животное вскочило, ощетинилось, её глаза, потемневшие от боли, сверкнули отчаянной попыткой борьбы. Но стоило Эрику сделать повелительный жест рукой, как волчица тут же легла на место. У меня же от гипотез начала раскалываться голова.
Для проведения анализов нашлись все необходимые реактивы и микроскоп. Все манипуляции я делала на автомате, пока не получила результат.
— Это … не кровь животного, — произнесла я в полной тишине уже не своим голосом, — Но что бы это ни было, ему грозит опасность. Кровь насыщена токсинами и … ещё много чем мне не понятным. Мой вердикт — животное погибнет, если не начать оперативное вмешательство, — а потом я обернулась и посмотрела на Эрика. Спокойного, задумчивого, непоколебимого. — Я могу … взять и твою кровь тоже? Этот анализ … что-то мне подсказывает, что тогда картина станет полнее.
Без слов закатал рукав и протянул мне руку.
Анатомия человека входила в программу моего обучения, я прекрасно разбиралась в сравнительных биохимических анализах, и когда я посмотрела на кровь Эрика в увеличительное стекло, а потом посмотрела на реакции с реагентом …
— Я не могу дать тебе прямых ответов, но эти намёки, обогнувшие правила, должны предоставить тебе пищу для размышлений, когда Кристиан начнёт всё отрицать. А так ты точно докопаешься до сути нашей тайны, — тихо проговорил Эрик. — Итак? Как ты поступишь в случае своей пациентки?
— Ты ведь понимаешь, что у меня не было практики кесарево сечения волку мутанту?
— Ты ведь тоже понимаешь, что кроме тебя спасти её этой ночью некому? Её зовут Леда. Поговори с ней! … Учитывая то, что она очень хотела стать матерью, — взгляд Эрика пытался сказать мне больше, но он и так уже казался мне безумным.
— Но она не может иметь потомство, аномальная патология матки…
— Вот и расскажи ей об этом! Она поймёт и знает, как на самом деле сурова эта жизнь! — перебив меня, Эрик принялся доставать препараты из шкафчика с самым сосредоточенным и знающим видом. Не разбирается он, ага.
Я смотрю на неё, она на меня. Я люблю животных, они мне ближе, чем люди, и сейчас я не уверена, что за зверь лежит передо мной и страдает от боли. С состраданием кладу ей руку на холку:
— Леда, это необходимо сделать ради твоего спасения. Другого выхода не существует. У малыша нет шансов. Ты молодая и сильная и будет глупо загубить ещё и твою жизнь. Я сделаю тебе укол, и ты уснёшь, боль уйдёт. Даже у волков, не всегда случается радости материнства. Прости, мне очень жаль.
Волчица заскулила, отвернувшись от меня в другую сторону. Почему, почему я разговариваю с ней, как с человеком?! Что же творится в этом месте?
В нос ударило резким запахом антисептика. Наркоз. Разрез. Кровь. Как только в моей руке очутился скальпель — я точно знаю, что делать. Эрик мне ассистирует. В наших быстро пересекающихся взглядах я вижу его подбадривание. Невозможно поверить в стремительность и странность развивающихся событий!
Извлекаю первый плод. … Мне становится дурно. Так, что на миг хочется завизжать. … У недоношенных волчат не может быть детских ручек человеческого младенца. …Но я не могу сейчас всё бросить. Мне даже сбежать не позволят. У второго плода головка вовсе не волчья. Третий к тому времени уже мёртв и у него свои аномалии. Ни в одном учебнике по ветеринарии не встретишь описания подобного. Руки начинают дрожать. Боюсь, я не смогу справиться с собой. Эрик на удивление спокоен, да нет, я уже не удивляюсь этому, готова поклясться, что подобное он видит не впервые.
— Ханна, соберись и закончи! — велит он мне довольно жёстко. — Ты прежде всего врач, профессионал своего дела. Абстрагируйся от мыслей о необъяснимом, сконцентрируйся на обычном накладывании швов. Ты спасаешь жизнь — это всё, что тебя сейчас должно волновать!
Тут с ним не поспоришь, лишь сгруппировав мысли на одном, я смогла закончить операцию. Но состояние паники вернулось снова, как только я сняла халат, став обычным нуждающимся в ответах человеком.
— Ты молодец, — Эрик цепко следил за мной взглядом, и казалось, даже чувствовал мои рвущиеся на волю эмоции, потому как благоразумно сохранял дистанцию. — Я благодарен тебе за помощь, Ханна, от всего сердца. Искренне. Утром тебя отвезут в город.
— О, я была бы не прочь убраться прямо сейчас, — пробормотала я, наспех накинув куртку, понимая, что даже прощаться с Мишель в этой ситуации выглядело бы нелепо. Но я не успокоюсь, пока не добьюсь от Кристиана правды. Если она конечно же существует, и он действительно владеет информацией.
— Не вопрос. Сейчас так сейчас, — с готовностью, коротко кивнул Эрик, распахивая передо мной дверь на улицу.
Глава 7
Я почти бежала, даже не замечая, как глубоко и шумно втягиваю морозный воздух, выпуская клубы пара. Желание оказаться сейчас как можно дальше от этого места было настолько сильным, что я даже согласна идти остаток ночи пешком.
— Я могу отвезти её. … Всё равно нужно пока чем-то отвлечься, — мрачный, хрипловатый голос возникшего рядом со мной Кайла лишь усиливал штрихи этой жуткой ночи. — Только что заправил снегоход.
— Не очень удачная идея, — насторожился Эрик. Оказывается, всё это время он бежал за мной следом. — Особенно, если учесть, что ты любишь выкидывать фокусы в самые неожиданные моменты. Нам сейчас проблемы не нужны, Кайл. В таком состоянии лучше оставаться дома.
— Ты позволил ей позаботиться о Леде, так почему я не могу позаботиться о ней? — вдруг подтянув меня к себе словно тряпичную куклу, Кайл проворно застегнул на мне куртку, вырвал из рук шапку, нахлобучив мне её на голову. — Даю слово, она будет в безопасности. …А ты держись крепче, чтобы я не шнырял за тобой по сугробам! — бросил он в мою сторону, усевшись на мотосани.
Чёрт с ним как ехать, главное, что подальше, подумала было я, даже не оглядываясь. Кайл рванул с места, как только я обхватила его руками.
Но посреди этой глухомани, где-то примерно на полпути снегоход неожиданно заглох и Кайл зачем-то пересел ко мне лицом:
— А теперь слушай сюда, — пренебрежительный и грубый тон пугал меня куда меньше, чем … его глаза. Сверкнувшие жёлтые глаза … волка, которые в следующий миг вспыхнули синевой, такой неестественной, не присущей этой реальности, из-за чего хотелось зажмуриться и закричать. Но я сдержалась. Просто застыла.
— Это хорошо, что ты боишься, именно на такой эффект я и рассчитывал. Никто не удосужился ничего тебе объяснить, хотя ты заметила много странностей. Так вот — даже не вникай и никогда больше сюда не возвращайся. Это сохранит тебе жизнь. Поверь мне. И это даже не совет, крошка, и не просьба — так я отдаю тебе долг.
— Но ты ничего мне не должен, — я сама еле себя расслышала.
— Ханна, кажется, так тебя зовут? … Скажи мне, Ханна, сколько, по-твоему, людей сегодня было в поселении?
— Дурацкий вопрос! Как я могла всех сосчитать!? — вырывалось у меня чуть громче, но я по-прежнему не могла оторвать загипнотизированного взгляда от его нечеловеческих глаз.
— Вопрос как раз по существу, это ты глупая, — сердито фыркнул Кайл. — Я тут ради неё, видите ли, правила нарушил, чтобы спасти её! Всего два человека. Ты и твоя подруга. Поэтому, как только я доставлю тебя в Форт Юкон — уноси ноги подальше. Поняла меня?
— А что будет с Мишель?
— Ты что ей мать? У неё своя жизнь, а у тебя своя! — рявкнул Кайл, не особо любивший долгие разговоры. — Она сделала свой выбор, я же хочу, чтобы твой выбор был правильным. Просто отстань от неё, нечего лезть со своей опекой, когда тебя не просят!
— Вот именно, — тихо ответила я, отводя взгляд.
Кайл лишь раздосадовано покачал головой, видимо, понимая, что он говорил в пустоту, что я всё ещё недостаточно напугана и всё равно поступлю по-своему.
Остаток пути мотосани лихо перепрыгивали снежные барханы, а я изо всех сил пыталась не свалиться на этой бешеной скорости. Притормозив на окраине города, Кайл снова пристально взглянул мне в глаза: