Дважды рожденный (СИ)
— Русский в алгоритм сервера не заложен. Но есть возможность перевода.
Март отпил из чашки и оценил отличный вкус напитка. С удобством разместившись на диване, он поставил кружку и тарелку с бутербродами на столик перед собой и, откинувшись на мягкую спинку, скомандовал:
— Используй ключ капитана и открой доклад о состоянии систем корабля. Хочу посмотреть его схему и подробную информацию по каждому сегменту.
На огромном экране появилось подробное трехмерное изображение дас химмелна. Все отсеки подсвечивались разными цветами, а умная машина даже умудрилась наложить поверх немецких слов плашки с русским текстом. Пока он с огромным интересом рассматривал общее устройство воздушного корабля, заодно старательно пережевывая очередной кусок приготовленного себе угощения, комм порадовал новостью:
— Получен доступ к части камер наблюдения.
На схеме сразу появилось много значков. Большая часть светилась дружелюбным зеленым, некоторые багровели тревожным красным.
— Покажи соседние каюты по правому борту, — машина мгновенно выполнила приказ, — так, вроде никого нет. Чисто и пусто. Какие-то датчики движения или тепловые на палубах установлены? Можно сейчас понять, есть ли где-нибудь люди?
— Нет, таких сенсоров на борту не размещено.
— Хорошо, мониторь все и если засечешь движение, сразу докладывай.
— Приступаю к выполнению.
— Перекинь картинку на левый борт, хочу глянуть, что там, в помещениях для экипажа.
Изображения сменились. Теперь уцелевшие камеры транслировали разрушенные, почерневшие от близких разрывов, в бесчисленных пробоинах от осколков ракет стены жилого модуля. В таком аду выжить шансов не было ни у кого. Зрелище было столь мрачным, что он, несмотря на голод, даже отложил недоеденный сэндвич в сторону.
— Сколько людей находилось на борту?
— Тридцать.
— Подробнее, кого и сколько?
— Капитан, старпом, два вахтенных офицера, один из них — штурман, и стажер-кадет. Четыре пилота. Боцман и палубная команда из трех матросов. Администратор корабельной сети, он же отвечал за обслуживание главного вычислителя и радиосвязь. Фельдшер в медотсеке. Кок и стюард. Старший механик и его три помощника. Три моториста. Мастер-механик атомной установки. Группа обеспечения безопасности. Их четверо. Старший — сержант.
— Всего выходит тридцать? Так в судовой роли записано? Больше никого не внесено?
— Подтверждено. Ровно тридцать членов экипажа.
— Все они размещались на главной палубе. Уцелеть могли те, кто был на вахте в реакторном отсеке. Постарайся отыскать камеры.
— Они отключены.
— Кем? Или просто неисправны?
— Нет информации.
— Так, с грузовой палубы что-нибудь есть?
— К сожалению, все средства наблюдения там уничтожены, — Марту даже на миг показалось, что в ровной интонации машины проскользнули извиняющиеся нотки. Или это так ИИ качественно запрограммирован, что способен симулировать человеческие реакции?
— Подожди-ка, а что с надстройкой сверху? Покажи, что там есть.
Изучать огромный корабль оказалось делом крайне увлекательным. Март на время позабыл обо всем вокруг, с головой уйдя в работу.
— В передней части надстройки размещены прогулочная палуба, тренажерный зал, лазарет, каюты и ресторан-столовая для пассажиров.
— Ага, значит, могут они посторонних возить, что и требовалось доказать. Принято. А сзади что за сараи?
— Это ангары. В них размещается грузовой шаттл, пассажирские коптеры и вся инфраструктура обслуживания.
— Выведи мне ТТХ аппаратов и покажи картинку с камер, вроде они там работают, — Март от внезапно накатившего волнения подался вперед, напряженно вглядываясь в экран. Рассмотрев изображение, долго молчал, потом медленно произнес, — хотел вытянуть рубль, а получил десять…
— Команда не понятна.
— Это не тебе. Есть возможность оценить техническое состояние аппаратов и достаточно ли у меня прав доступа, чтобы взять их под управление?
— Прямого доступа к корабельному БКУ[1] сеть не дает. Необходима санкция техника на месте. Последние записи в журналах контроля указывают, что сегодня проводилось текущее обслуживание всех аппаратов, и они находятся в полной готовности к вылету.
— А доступ?
— Центральный вычислитель не отвечает, в этих условиях работает протокол экстренной передачи полномочий.
— Что он предписывает?
— Требуются мастер-ключ и двадцатизначный двухуровневый пароль.
— Та-ак… — Март вспомнил длинный ряд букв и цифр, на второй бумажке из кошелька Розенберга. Развернув лист, он дал камере коммуникатора отсканировать запись.
— Код принят, требуется активировать панель управления с помощью мастер-ключа. Это действие может быть осуществлено только физически.
— Великолепно! Так, мне нужна методичка по управлению этими машинами. Инструкции. Скачай все себе и сделай перевод на русский. Все, нам пора наверх!
И только тут вспомнил о затихшем котенке.
— Елки-палки, что-то я не по делу засуетился. Не хорошо про корешей забывать.
Март подошел к бару и не без умиления увидел, что малыш уснул, разлегшись кверху раздувшимся от обжорства пузом, вытянув задние и широко, как-то очень по-человечески, раскинув передние лапки.
— Ну ты силен, хвостатый. Нервы у тебя в полном порядке. После такого замеса отрубиться сном младенца — это пять. В военлеты тебя наверняка бы взяли. Так что будешь теперь Курсантом. Гордись, ушастый.
Мурлыка даже не проснулся, когда Март ухватил расслабленную тушку, и только оказавшись в его ладонях, свернулся калачиком. Оставалось разве что сунуть спящего котофея во внутренний карман куртки. Так он и сделал. Маленький герой пригрелся и почти сразу негромко затарахтел в такт с биением сердца. Оглянувшись напоследок, Вахрамеев, не теряя больше времени, направился к выходу.
И в этот момент снова раздался голос комма:
— Срочное сообщение. В центральном коридоре зафиксировано движение.
— А вот это уже интересно. Кто там и сколько их?
— Наблюдаю одного.
— Принято. Отключай голосовой режим. Пойдем, глянем, кто там такой нарядный.
[1] БКУ — Бортовой Комплекс Управления. Его основным элементом является Центральный Вычислитель — мощный компьютер с ИИ.
Глава 18
Шипы и розы
Контакты третьего уровня[1] с представителями внеземных цивилизаций всегда воспринимались человечеством с необходимой и достаточной серьезностью. Двойдан никогда и подумать не мог, что ему придется оказаться в роли переговорщика с пришельцами, да еще и в такой непростой ситуации.
Определенный оптимизм внушало то, что немцы-рахдониты, хоть и обладали технологиями, заметно опережающими даже земные начала 21 века, в остальном выглядели обычными людьми, а не киборгами или еще какими мутантами с третьим глазом. А языковые затруднения обещал скрасить коммуникатор, выступая в роли голосового онлайн переводчика.
Вахрамеев, продолжая отслеживать приближение неизвестного летуна по экранчику комма, успел без особой суеты добраться до точки, где он запланировал засаду и занял удобную позицию на входе в холл рядом с лифтовой площадкой.
Камера показывала ему невысокую, щуплую фигурку в стандартном синеватом летном комбезе, в такие были одеты все члены экипажа, которых он видел сегодня. С огромным трудом рахдонит еле-еле тянул здоровенную, заметно длиннее его самого, толстую трубу… ничем кроме оружия это быть не могло. Очевидно, он очень устал и шел, едва переставляя ноги, но аппарат не бросал, упорно волоча его по мягкому полу коридора. Пару раз он даже на мгновение останавливался, утирая пот со лба и стараясь отдышаться, но потом, словно спохватившись, снова отправлялся в путь.
«Зачем он ее тащит сюда? Скоро узнаем».
Вахрамеев не стал дожидаться, чтобы эта улитка добралась до его позиции. Когда человек, повернувшись лицом к трубе, принялся тянуть ее, двигаясь задом-наперед, Март понял, что настал подходящий момент. Пистолет и так лежал в руке, несколько длинных, скользящих и почти бесшумных шагов, и дуло уперлось в затылок летуна.