Право Вызова. Книга Вторая (СИ)

Пока я изо всех сил напрягал извилины, в номер майора Орова тихонечко вошла Правая.
— Пи-пи-пи, — тихонько пропищала бомбожопица, что в переводе на человечий означало:
— Мне что-то не здоровится.
— Пи-пи-пи! — рявкнул я на неё, мол, не сейчас, иди на место.
— Пи-пи *хорошо*, — Правая проковыляла до моей ноги, залезла под штанину и затихла.
— Так, Вышегор, давай-ка напряги память. Что мы знаем об Опаснове и как это знание может нам помочь? На что его можно поймать? Быть может деньги? Он любит деньги?
— Боюсь, что подкупить Стаса не получится, — нахмурился майор. — Он не совсем про это.
— А про что тогда? Какие у него увлечения? Может он… ну я не знаю… может он марки коллекционирует? Какие слабости, Вышегор⁉ Вспоминай! Алкоголь⁉ Рулетка⁉ Женщины⁉
— Во! — вскрикнул Вышегор. — Точно! Бабы! На баб ловить надо!
Я тут же накастовал на Вышегора пышное боа, красный шёлковый корсет и чулочки в сеточку.
— Э-э-э! — возмутился майор. — Илья Ильич, ты что удумал⁉
— Пока что ничего не удумал, но удумаю! Дай мне конкретики, майор; насыпь подробностей! На каких именно баб его ловить⁉ Где ловить⁉ Как ловить⁉ Когда⁉
Вышегор задумался. Почесал в затылке. Чтобы подстегнуть мыслительную деятельность, я добавил к его образу туфли на высоком каблуке и прозрачные перчаточки.
— Вспомнил! — Вышегор аж подскочил. — Вот я дурак, ну точно же!
— Говори!
— Когда мы работали вместе, Опаснов каждое утро начинал в глорихольной!
Глорихольная? Глори, стало быть, хольная. Интересненько. Было у меня, конечно, одно предположение насчёт того, что есть такое «глорихольная», но я на всякий случай уточнил.
— Ну это такое специальное заведение, — просветил меня майор Оров и начал очень активно жестикулировать. — Заходишь в кабинку, а там дырочка. Засовываешь в дырочку свой…
— Я понял, — оборвал я Вышегора. — Ни слова более, спасибо. Всё очень наглядно и доходчиво. Так…
Не самый лучший план, однако другого у меня сейчас всё равно не было. Бездействие подобно смерти. Нужно что-то делать. Васька в опасности, — не выходила мысль у меня из головы. — Васька в опасности, делай что-нибудь, Илюша, Васька в опасности!
— Значит так, — сказал я. — У нас есть время до утра, чтобы найти глорихольную, которую посещает наш друг Стасян. Погнали, чо…
* * *
МОСКВА. КРЕМЛЬ.
Последний из эрцгерцогов вошёл в тронный зал и сел на табуреточку. Табуреточка специально была подобрана максимально неудобной. Дело в том, что Император не любил, когда людям при разговоре с ним было удобно; ни к чему это.
— Прошу прощения, — неловко сказал эрцгерцог. — Пробки.
На экстренный совет явились все. Сильные мира сего побросали свои дела и прибыли в Кремль на зов самого Императора.
Впрочем, Императора здесь не было. Вместо него на троне восседала Ольга К о винская, а рядом с ней, — по правую руку, — стоял опричник.
— Итак, — сказала младшая дочь Императора. — Все в сборе. Можем начинать.
С тем она сжала зубы, зажмурила глаза и будто бы съёжилась всем телом, — сейчас она напоминала ребёнка на приёме у стоматолога в тот самый момент, когда бур уже тянется ему в рот. Вот только вместо бура была рука опричника.
Чёрный человек, сотканный из Тьмы, положил руку Ольге на лоб и в то же самое мгновение…
— НЕДОБРЫЙ ВЕЧЕР.
Низкий, гулкий, с какими-то инфернальными модуляциями, этот голос был немного похож на тот, которым разговаривают в своих роликах анонимные хацкеры, вот только… вот только от этого голоса всем присутствующим стало не по себе.
Физически.
Людьми овладевала паника. Людям немедленно хотелось убежать и спрятаться. Волосы в жилах, кровь дыбом, очочко в квантовую точку, — этому состоянию есть множество интересных описаний, но все они не верны. Все они слишком скупы, чтобы выразить весь тот ужас, что навалился на людей в тронном зале.
А доносился этот голос изо рта Ольги К о винской. При этом губы её почернели, лицо побледнело, а из чёрных-чёрных глаз вырывались язычки чёрного-чёрного пламени.
 
— ДОКЛАДЫВАЙТЕ, — велел Император.
— Да, Ваше Величество, — слово взял самый смелый из эрцгерцогов и быстро, чётко, без воды рапортовал о ситуации в Твери.
А что же за ситуация сложилась в Твери? В Твери возникла вспышка неизвестной доселе эпидемии, которая почему-то затрагивала только клонов. И ладно бы эти насекомые холопы просто передохли, так нет же.
Вместо этого они дичали и превращались в ещё больших насекомых, чем были раньше. От одного к другому, — в геометрической прогрессии, — загадочная болезнь охватила уже почти весь город.
Клоны выходили из-под контроля. Клоны зверели, кидались на своих собратьев и превращали их в себе подобных.
— Чтобы не допустить дальнейшего распространения эпидемии город был законсервирован. Князь и княгиня Мясницкие вместе со всем своим родом уже покинули Тверь.
Во рту у эрцгерцога пересохло. Он кое-как проглотил комок в горле, облизал губы и замолчал, ожидая ответа.
— КТО-ТО РАБОТАЕТ НАД ВАКЦИНОЙ?
— Ваше Величество, работы ведутся, но очень ограниченным составом. Чтобы не допустить вспышек в других регионах, образцы из Твери решили не вывозить. Таким образом получается, что образцы есть только у учёных из НИИ ХИСИК. Они трудятся день и ночь, но пока что безрезультатно.
Император выдержал паузу. Чуть переварил информацию, и спросил:
— НАСКОЛЬКО, ПО-ВАШЕМУ, СЕРЬЁЗНА СИТУАЦИЯ?
— Ваше Величество, мы считаем, что ситуация очень серьёзна и требует принятия немедленных мер. Нельзя, чтобы зараза распространилась по всей стране.
— Я ПОНЯЛ, — сказал Император. — В ТАКОМ СЛУЧАЕ РЕШИТЕ ПРОБЛЕМУ. ДОЗВОЛЯЮ ВАМ РЕШИТЬ ЕЁ ЛЮБОЙ ЦЕНОЙ…
* * *
Как бы бредово это не прозвучало, но тверские дрочильни действительно собирали клиентскую базу. Возможно, чтобы информировать о скидках и специальных предложениях, а может быть и для поздравлений в СМС. Ну… Там… С днём рождения, например, или с днём матери. Яблочный спас ведь ещё есть, да и церковных праздников дохера и больше. Опять-таки, международный день семьи, любви и верности; мало ли у нас примечательных дат.
Не суть.
Короче, я опять воспользовался своей суперспособностью и добывал эти клиентские базы при помощи бабла. Администраторши глорихольных, — именно администраторШИ, ведь мужиков сюда на работу почему-то не брали, — как правило оказывались очень сговорчивыми и падкими на деньги девчушками.
Они без зазрения совести открывали передо мной папочку с конфиденциальными данными и разрешали лазать по ним столько, сколько я захочу.
— Только не фотографируйте, пожалуйста.
Да без проблем. Мне оно, собственно говоря, и не нужно. Мне нужно найти в списке одну-единственную фамилию и выяснить, в какой именно глорихольной любит начинать свой день Стасян Опаснов.
И к четырём утра я это выяснил.
Моя цель посещала одно и то же заведение под незатейливым названием «Глорихольная №1» неподалёку от крупного ТЦ в самом центре города. И более того, Опаснов ходил к одному и тому же мастеру, — назовём это так. Звали мастера, конечно же, по хитровыебанному.
Дакотой.
— Так, девушка, нам нужно от вас ещё одно одолжение.
Напротив меня, за стойкой ресепшн, сидела молоденькая смазливая администраторша с длинной чёренькой чёлкой, — чёлка чуть ли не закрывала ей глаза, — и очень-очень вызывающим декольте.
Сиськи-сиськи-сиськи, — подумал я, — сиськи-сиськи-сиськи, — но быстро овладел собой и поднял взгляд девушке на лицо. А та пилила ногтики и не особенно-то хотела с нами общаться.
— Я вас слушаю, — сказала она, дунула на ноготь и растопырила пальчики на предмет полюбоваться.
— Скажите, моя вы хорошая, а Дакота уже на месте?
— Нет, Зинаида Петровна приходит к шести, — ответила администраторша. — А что вы хотели?
— О! Мы хотели бы устроить сюрприз одному нашему товарищу. Вы не могли бы попросить Зинаиду Петровну сегодня немножечко задержаться?