Посмотри, наш сад погибает
В этом городе было слишком тесно. Дворы стояли один на другом, люди тянулись со всего света. И даже убить кого-то они не могли по-человечески, лезли так же: все вместе.
Какого лешего забыли тут чародеи Совиной башни?
– Матушка их ненавидит, – проговорила жалобно Галка.
– Насколько я знаю, – пожал плечами Вадзим, – ваша матушка всех ненавидит. Даже вас.
– Закрой пасть!
– Ой, девка, спокойно. Про мать, конечно, лишнее…
– Заткнитесь вы оба, – процедил Белый. – У нас большие неприятности.
Он подошёл к стене, достал уголёк из печурки, уже поднял руку, чтобы написать, как Вадзим его остановил:
– Зачем стены портить? Возьми церу…
Он вытащил из сумы, которую вечно таскал с собой, деревянную дощечку, покрытую с одной стороны воском.
– Я на ней обычно пишу, когда песни придумываю, потом уже начисто переписываю. А то никакой бересты не хватит, – проговорил он неожиданно смущённо. – А тут пишешь – стираешь, пишешь – стираешь.
Сдерживать бессильный гнев получалось всё сложнее. Белый не привык поддаваться чувствам. Они редко поглощали его так неотвратимо, бурно, точно море. Но с Буривоями всё выходило неправильно. Всё было не так с этой девчонкой.
– Итак, – занеся костяное писало над церой, произнёс Белый. – Грачу заказали спасти Буривоев.
– А так вообще можно? – нахмурилась Галка.
– Откуда я, чтоб Пустошь тебя забрала, знаю? – огрызнулся Белый. – Помолчи, если нечего сказать.
– Мне как раз…
– Помолчи… Итак, – повторил он, скрипя зубами. – Грачу – младших Буривоев спасти. Мне, – он написал своё прозвище, – убить. Это договор от Вадзима с его заказчиком… так и не скажешь, кто это?
– Не положено, Белый, ты сам знаешь, – помотал головой гусляр.
Белый знал, но всё же недовольно дёрнул уголком губ и продолжил:
– Галке – убить Кажимежа Буривоя. Скренорцы… этот лендрман…
– Инглайв, – подсказал Вадзим. – Он друг Оддбьёрна Раннвайга, новый наместник в Ниенскансе. Жених Велги Буривой и её сват.
– Ты всех знаешь? – прищурился Белый.
– Всех, кто важен.
Белый перечитал список несколько раз. Кто мог заказать каждого из них? Кто мог заказать сразу всех? Это был один богатый безумец или несколько расчётливых ублюдков с деньгами?
– Лендрман выбивается, – пробормотал он. – Зачем свату убивать невесту своего друга? К тому же в ночь после свадьбы. Если ему, как и нам, нужна была только Велга, он мог дождаться, когда они отъедут из города.
Он нашёл своё имя в списке, нарисовал королевский венец.
– Велгу и Константина мог заказать любой, кто против союза Старгорода и Ратиславии: хоть князь Матеуш, хоть королева, хоть…
– Королева и так всем подряд бошки сносит, – пожала плечами Галка. – Какой смысл нанимать нас?
– Чтобы было меньше шума?
– Говорят, её сын – байстрюк, – проговорил Вадзим в сторону, словно боялся, что его услышат.
– Что?
– Сын королевы Венцеславы принц Рогволод, говорят, незаконнорождённый. Там по срокам что-то… с натяжкой получается. Король Карл умер уже несколько месяцев как, когда стало известно, что королева носит ребёнка. Странное тогда творилось… удивительно, что Венцеслава удержалась у власти. Если бы все узнали, что её сын незаконнорождённый, так скинули бы обоих с престола.
– Какое это имеет отношение к Буривоям?
– А Буривои по крови законные наследники Старгорода. Если бы Константин Буривой женился на ратиславской княжне, они смогли бы заявить права на рдзенский престол, и все бы их поддержали. Княжна-то ратиславская по крови из рода Вышеславичей, та же правящая ветвь. Имеет право…
– Слишком сложно, – нахмурился Белый. – Нет. Тут что-то местное. Бояре грызутся за деньги и власть.
– Может, не так уж сложно, – Вадзим смотрел в сторону, хмуря кустистые брови. – Говорят, на свадьбе Велги Буривой Гюргий Большая Репа назвал её княжной. Или её отца князем. Короче, народ шепчется, что из-за этого их дворец и подожгли.
– Мы-то с тобой знаем, что заказ пришёл ещё до свадьбы.
– Но вернуть власть Кажимеж собрался давно. Мы не знаем, о чём ещё шептались в Старгороде всё это время.
– А что говорят твои ребята? Как там его…
– Игучка, – подсказал Вадзим.
– Что они говорят?
– Ничего. Даже люди Игучки предпочитают сейчас о Буривоях помалкивать. В любом случае, Белый, не забывай вот что: у тебя ещё два договора. И если не хочешь упустить Велгу… или, наоборот, если решился её упустить…
– Нельзя расторгнуть договор, Вадзим. Сколько раз я должен повторить?
– А как я это заказчику скажу? Он пытался меня перекупить. Пообещал вдвое больше за одну только Велгу.
– Это невозможно, – прорычал Белый. – Как хочешь, так и говори. Даже если бы я хотел, то уже не смог бы отказаться. Я дал клятву госпоже. И другой твой грёбаный заказчик – тоже. Знаешь, что бывает за нарушенное слово? Забыл Ворону?
– Помню я твою Ворону… и что нам всем теперь делать?
– Убить Велгу Буривой, – шипя сквозь сжатые зубы, сказал Белый. Он повторял это уже третий день как молитву: «Убить Велгу Буривой».
– Но ты прав. У меня ещё два заказа, которыми нужно заняться прямо сейчас. Иначе девчонка далеко уйдёт.
Уже собираясь отложить церу в сторону, Белый снова перечитал список.
– И вот ещё, – пробормотал он, снова взявшись за писало. – Мельця Тёмная. Тут нам заказчик понятен. Совиная башня. Просто отлично, – из груди его вдруг вырвался вздох. – Был ли на этом свете хоть кто-нибудь, кому не понадобилась Велга Буривой?
Несколько раз он перечитал список имён: заказчик Белого, заказчик Галки, заказчик Грача, лендрман Инглайв и чародеи Совиной башни. По меньшей мере пятеро желали заполучить Велгу живой или мёртвой. И как минимум трое из них сделали заказ Во́ронам.
А это значило одно: один из Воронов должен умереть после того, как придёт конец роду Буривоев. И Белый собирался остаться здесь, на земле.
– Как же я устал…
Он сам не поверил, что произнёс это вслух. Если бы его услышала матушка, то была бы в ярости. Нельзя жаловаться на свою судьбу. Он, все они – Вороны госпожи – должны благодарить свою долю, своё предназначение.
– Что будешь делать? – опасливо спросила Галка.
– Выполню новые заказы.
Он бросил взгляд за окно. Солнце стояло ещё высоко. Но время уходило. Чем дольше Белый задерживался в Старгороде, тем дальше уносила ладья Велгу Буривой. И тем больше было возможностей у Грача выполнить свой заказ.
Сухой рукой Белый протёр правый глаз, тот дёргался под ладонью. Чтоб пустошь их всех поглотила. Всех! Всех!
– Найдите нам судно, – велел он, поднимаясь. – Как только я выполню заказ, мы отплываем.
Церу он убрал в свою суму. Этот список он ещё не раз перечитает, над каждым именем подумает. И заставит Вадзима всё рассказать. Правила уже нарушены. Во́ронам и без того грозит смерть. Двум из трёх. Матушка останется совсем без поддержки. Новых Воронов слишком долго растить. Старшему из Воронят всего двенадцать.
– Ну, златых в тридцать нам это обойдётся, – предупредил Вадзим.
– Что?
– Ладья. Это если хозяина нанять довезти нас. А если купить, то тут и тысячи две отдать придётся. Ты когда собираешься отплыть? Такие сделки быстро не заключают.
Белый прищурился, покосился на сестру, но она явно не собиралась лезть в их дела.
– До заката. У тебя есть время ровно до заката, Вадзим. И хватит тратить мои деньги. Это всё, что мне сейчас заплатят.
– А как мне, по-твоему, достать ладью?
– Галка, – он даже головы не повернул, только наклонил голову в её сторону.
– А? – раздался в ответ её звонкий голос.
– Сделай всё сама. И без грязи.
– Я вообще занята. Мне тоже дали новый договор.
– Что?
– Ну вот буквально пока вы по Торговым рядам мотались, я заключила новый договор.
Белый наклонил голову набок:
– Один?
– Ага.
– А у меня их два. Всего четыре. Вот разберись быстро со своим и найди нам лодку. Повторяю: без грязи.