Чужая дочь (СИ)

Кажется, в лесу она всё-таки ошиблась и выбрала не самый лучший вариант…
   Заливаясь  стыдом и постоянно прислушиваясь – не идет ли кто? – Теана воспользовалась ведёрком и отставила его в самый дальний угол, притрусив сверху сеном.
Следом расстелила на тюке одну из попон, села на неё  и приступила к еде.
В миске оказалась каша с мясом. Или нет – мясо с кашей. Много мяса!
Видимо из-за голода  еда показалась ей потрясающе вкусной – девушка проглотила содержимое объемистой миски за считанные минуты. С приятной тяжестью в желудке сразу потянуло в сон. Сопротивляться она не стала, просто легла на тючок и накрылась второй попоной.
Многочисленные ссадины и синяки, подживая, отчаянно чесались, стянутая грязью кожа просила воды, сухие былки из тючка кололись, а попоны отчётливо пахли лошадью. Но Теана заснула мгновенно, едва опустившись на импровизированное ложе. И заснула так спокойно, словно ночевала дома, в своей каморке под крышей…
  Утро наступило непростительно рано.
- Вставай! – окрик подбросил вверх, и девушка, спросонья не сориентировавшись,  плюхнулась на земляной пол стойла.
Над загородкой возвышался Ингвар. И не похоже было, чтобы дэвс пребывал в хорошем настроении. Не выспался, что ли?
У-у! Мучитель! Сам не отдыхает, и другим не даёт…
Что-то подсказывало Теане, что не в её интересах торопиться. Лучше  попасть к месту назначения попозже. Она не отказалась бы провести в этой конюшне день-другой. Тихо, сухо, кормят…
- Выходи!
Сделав вид, что она понятия не имеет об охранных заклинаниях, Теана послушно подхватила узел с вещами и  толкнула дверь, ожидая ожога. Но та беспрепятственно поддалась.
- Узел оставь, - приказал дэвс. – Мы ещё не выезжаем. Пока будешь помогать на кухне, отрабатывать свою кормёжку и ночлег. Перед отъездом поешь и заберёшь отсюда своё барахло.
Вот так. Ну что ж, отрабатывать так отрабатывать! Не страшно.
Проблема только в том, что она на кухне была всего один раз, и то недолго. Это когда отправилась потайным ходом смотреть, как готовят. 
Если они заставят её варить похлёбку.  Или что-то подобное…  Как бы потом не обвинили в покушении на жизнь, отравлении и порче продуктов!
Девушка тряхнула головой: если дэвсы предварительно не поинтересуются, умеет ли она готовить, а просто поставят перед фактом, то последствия готовки это уже не её проблемы! И отправилась за мрачным Ингваром.
    Кухня таверны разительно отличалась от кухни императорского дворца.
Во-первых, размерами. Во-вторых, количеством рабочих зон и кухонных работников. Не в пользу таверны, разумеется. Здесь на одном краю стола месили тесто, а на другом щипали битую птицу. Пух летел во все стороны, в том числе и в тесто.
Ужас!
Теана посмотрела на тощие куриные лапки с торчащими когтями и почувствовала, как к горлу подступает тошнота.
- Эр! – им махнула рукой та самая дэвасска, которая приносила ей еду и попоны. Та, что пожелала скорее сдохнуть.
Мило…
- Иди к ней, - подтолкнул девушку в спину дэвс. – Слушай, что  почтенная арти говорит, выполняй всё, что она тебе прикажет!
Теана шагнула навстречу неприятной женщине.
«Почтенная арти» - надо же. А с виду и не скажешь!
- Арти, я не уверен, что баад умеет готовить, она дочь имперского эра, - заговорил дэвс. – Поручи ей что-нибудь попроще, но следи, чтобы  не отлынивала.
- Конечно, эр, - трактирщица изобразила поклон. – Будет посуду мыть. А она говорит по-нашему?
- Нет, только несколько слов.
- Плохо, я по-имперски не очень. Ну да ладно, посуду мыть не велика наука.
- Завтрак через два часа, - продолжил Ингвар. – Эту накормишь тоже.
- Приготовить вам с собой пирог с зайчатиной? Вчера Ясь добыл, уж такой заяц жирный и молодой попался! – затараторила трактирщица.
- Не стоит, мы к обеду будем дома, там и поедим, - отрезал дэвс.
И Теана осталась один на один с дэвасской. Или арти, как обратился к той Ингвар.
- Не стоять! – рявкнула женщина. – Тарелка, вжих-вжих!
 
Трактирщица  показала жестом, что нужно взять посудину, окунуть в чан с мутной водой и потереть её ветошью. А потом сполоснуть в другом чане и положить на кусок рогожи.
Мысленно пожав плечами, Теана приступила. И спустя полчаса была вынуждена признать, что ненавидит мыть посуду!
Жир никак не оттирался, налипая противной замазкой на ветошь, руки, размазываясь тонким слоем по посуде. Она десятки раз окунала тарелки и миски в чан с горячей водой, тёрла до боли в пальцах, споласкивала и убеждалась – жир отмылся не весь.
- Косорукая! – ругалась арти на своём языке.
Рее приходилось делать вид, что это не к ней относится.  Мол, языкам не обучена, чего там арти лопочет, не понимаю.
Но  по интонации дэвасски и её ненавидящим взглядам и без знания языка прекрасно  понятно, что та неумелую посудомойку отнюдь не хвалит.
- Вот так надо! – женщина выхватила из рук девушки ветошь, макнула её в коробочку с серым порошком и всунула обратно в руку Теаны. – Три лучше! Лентяйка!
И добавила на имперском:
- Работать!
Теперь дело пошло веселее, жир исправно оттирался. Но появилась другая проблема – серый порошок разъедал кожу. Сначала её просто щипало, и с каждой новой тарелкой боль усиливалась, пока на пальцах девушки не появились язвочки.
С тоской оглядев не уменьшающуюся гору грязной посуды – ей постоянно подбрасывали всё новые тарелки и миски – Теана поняла – скорее она сотрёт руки до костей, чем всё это перемоет. Бытовые заклинания она знала – пришлось изучить, ведь служанки не шибко усердствовали, прибираясь в покоях старшей дочери реала.  Можно сказать, они там почти не появлялись.
А жить в грязи не хотелось.
Воровато оглянувшись на кухонную суету, Теана сосредоточилась, подбирая наиболее подходящее заклинание, и выплела его, добавив магии. Удачно, что наступило время завтрака, все постояльцы проснулись и требовали еды, поэтому на кухне стоял дым коромыслом. Судя по всему, кухонные зашивались, бегая с кастрюлями и полными тарелками, поэтому им не было дела до проблем баад. Свои бы разгрести.
Это хорошо.
Теана сосредоточилась, подбирая наиболее подходящее заклинание, и выплела его, добавив магии.  Теперь ей оставалось только делать вид, что она моет, что девушка и сделала, опустив пострадавшие руки в чан с чистой водой.
Магия справлялась намного лучше и быстрее. Тарелки просто сверкали, и гора справа уменьшалась на глазах.
Пока вдруг не закончилась.
Рея испуганно отменила заклинание. Как оказалось,  вовремя – словно по заказу нарисовалась трактирщица. И вытаращила глаза на заваленную чистой посудой рогожку.
- Придурялась, значит, - отмерла она через минуту. – Одно слово – имперка! Лживая тварь, вся в своего реала!
Усилием воли Теана и бровью не повела, мол, ни слова не понимаю.
Дэвасска  добавила на имперском:
- Есть! Сюда!
Трактирщица отвела девушку в угол, усадила за заваленный немытыми овощами стол, всунула ей в руку тарелку и  поставила рядом с кочаном капусты чашку с мутно-коричневым напитком.
Завтрак, значит. Видимо, отработала.
С удовольствием умяв содержимое тарелки – два больших ломтя холодного мяса, два варёных яйца, кусок ещё тёплого хлеба – Теана запила всё горячим напитком.  Вкусно!
Мелькнула мысль: интересно, если так кормят ненавистную баад, то как питаются сами дэвсы?  Но додумать она не успела – появился Ингвар.
- Готова? – спросил он у Теаны и тут же переключился на трактирщицу. -  Справилась?
- Какое там! Лентяйка! Ничего не умеет, ничего не сделала!
- Я же говорил – не давать отлынивать! – заметно рассердился дэвс.
- Если бы эр не запретил применять  наказания, она у меня поплясала бы, - возразила трактирщица. – А на слова  баад не реагировала. Так и простояла всё время возле чанов с грязной посудой.