#Бояръ-Аниме. Библиотекарь государя. Империя (СИ)
— Хех. — Я усмехнулся. — Всё-таки, пессимист.
— Реа…
— Должен поверить. Куда он денется? Я слышал его голос и видел, сколько алкоголя он с собой взял. Поверь, он там уже почти в мясо…
— Будем надеяться.
— Чувствую, что удача на нашей стороне…
Я взял кнопочный телефон в руки (давно уже таких не видел…), и нашел в записной книжке один единственный номер. Глубоко вздохнул, и нажал на звонок.
Прошло ровно семь гудков, прежде чем учитель взял трубку. Я уже десять раз успел подумать, что ничего не удастся.
— Прив-е-е-т…! — пытаясь имитировать манеру речи Игната, произнёс я.
Так как с моей стороны был слышен только мой голос, то казалось странным, каким образом учитель сейчас может слышать не меня…
Но…
— Здравствуй, мальчик мой. — пьяным говором ответил учитель.
Фух… работает…
— У меня… щас кишки вывалятся… выручай… выйди наружу. Буду ждать тебя рядом… — промычал я и сбросил трубку.
Иисус беззвучно похлопал.
— Получилось довольно расплывчато… как раз то, что нужно.
Теперь оставалось только одно — ждать. Мы притаились за деревом и стали глядеть в сторону главной двери. Машина с Четвёртым уже пряталась за домом неподалёку, и готовилась к старту.
— Ну давай же…давай…выходи… — бубнил я, глядя вперёд.
Глава 7
Ожидание перед чем-то важным — убивает. Порой кажется, что если сейчас не случится то самое… весь мир разлетится в труху.
Сейчас вселенной грозила аннигиляция из-за тормознутости одного сильно напившегося ублюдка…
И такое бывает.
Но вот, еле заметная дверь на больших воротах открывается, и из-за неё выглядывает он…
— Смотрите… — кивнул я в сторону учителя.
— Тише.
— Иг-н-а-а-а-т! — запел соловьиным голосом учитель.
Это же надо было так накидаться…
— Иг-н-а-а-а-т! — продолжал кричать он, но так и не рисковал проходить дальше.
— Чёрт, это слишком далеко. — сказал я.
Фёдор кивнул.
— Надо приманить его сюда. — резонно заметил он.
— Ага. Вот только как? — я начинал понемногу волноваться. Впрочем, как сказал бы один мой давний знакомый: волноваться — это хорошо, иначе можно наделать много глупостей.
И правда. Волнение заставляет тебя быстрее анализировать ситуацию, следить за каждым своим шагом. Волнение — полезная вещь. Но только если с ним не перебарщивать…
— Если мы сейчас что-то не сделаем, он уйдёт. — хладнокровно констатировал Иисус. И он был прав.
Учитель был пьян, и если в ближайшие секунды не дать ему понять, что звонок Игната был реальным, он закроет ворота и вернётся к себе.
И, скорее всего, вообще забудет, что такой звонок был.
— Чёрт…
Что же делать? Как приманить учителя и не попасть под камеры?
Можно, конечно, просто окликнуть его, пытаясь сымитировать голос Игната вживую. Но это было довольно рискованно. Одно дело, когда тебе помогает специальная программа и разговор происходит по телефону, а другое — когда всё вживую.
Но как-то приманивать его было необходимо, поэтому…
Думай-думай-думай.
Думай!
— Ну всё, он уходит… — всё так же хладнокровно сообщил Иисус. Учитель, не дождавшись никакой реакции, махнул рукой и уже начал закрывать дверь.
Думай…
Придумал!
— ЭГХ! — я как можно громче издал непонятный звук, походивший то ли на стон, то ли на хрип, то ли на кашель больного туберкулезом.
Дверь, уже скрипевшая по направлению, обратному к нам, остановилась. Учитель снова высунул из-за неё свою голову.
Да, я завлёк его, но этого всё ещё недостаточно. Из-за непонятного звука он точно не рискнёт пройти дальше. Но…
Это выиграло для меня время. Драгоценное время.
— Что ты… — Фёдор смотрел на мою золотую «Ё» с недоумением. — Зачем…
— Всё под контролем.
— Но…
Сейчас был самый подходящий момент для того, чтобы использовать Литеру. Да, я не применял её с того момента, когда мы с Екатериной пытались пройти вступительные испытания в академию.
Поэтому порядком отвык от такой мощи. Но, другого выхода я не видел. Более безопасного варианта приманить к нам учителя — не было.
Я специально отошёл чуть в сторону, прямо под густую крону одного из деревьев. Плотная зелёная стена должна скрыть мою золотую Букву от лишних глаз (а самое главное от камер) и позволить использовать магию как следует.
Конечно, я давно не использовал конкретно Литеру, но множество раз тренировался с остальной энергией. Поэтому… руки, так сказать, помнили.
Активировав силу, я сосредоточился и мысленно представил, как из меня в сторону учителя летит невидимый поток. Когда поток достиг цели, я попытался захватить его разум.
— Чёрт… тяжело…
Учитель — не хрен с горы. Он, как никак, довольно могущественный человек. Могущество которого обусловлено и высоким уровнем магической силы в том числе.
Поэтому мне было так сложно подселиться к нему в голову.
Но…
Один факт позволял мне это сделать с намного большей вероятностью. Учитель был пьян. А алкоголь, как известно, комплексно ухудшает все показатели организма человека, и магическая энергия — не исключение. Благодаря тому, что этот придурок напился, как заправский алкаш, я, не без проблем, но, всё-таки, сумел совершить задуманное.
Есть контакт!
Как только тело Учителя подчинилось моей воле, я тут же направил его в нашу сторону.
Опыт, так сказать, не из приятных…
Я с огромным трудом сдвинул это накаченное алкоголем тело с места и, шатаясь, мы зашагали к деревьям.
Ох, ё… как же его мотает…
Давай-давай… иди. Спокойнее. Не врежься в этот камень… не врежься… вот, молодец. Теперь обойди ветку. Да, лучше обойти. Во-о-о-т, отлично. Да. Хорошо. Осталось ещё немного. Да-а-а. Туда. Иди, иди… спокойнее, я сказал! Не падать! Да, расставленные в стороны руки нам помогут.
Ещё немного, и…
Всё!
Как только тело Учителя перешагнуло ту самую линию, за которой кончался обзор камер, я разорвал наше подключение.
Вернулся в своё тело, и увидел, как Иисус всаживает в челюсть Учителя свой каменный кулак. Учитель, встретив неожиданную атаку с распростёртыми объятиями, упал. Упал прямо в руки Иисуса.
Сигнал Чётвёртому был уже подан, а посему, как только Учитель окончательно потерял сознание, машина оказалась уже возле нас. Мы быстро закинули тело на заднее сидение, и газанули прочь.
Шалость удалась…
— Это не очень хорошо. — Фёдор проводил взглядом проезжающую мимо машину.
И правда. Не очень хорошо. Я бы даже сказал — хреново. Впрочем, мы всё равно, как со всем разберёмся, собирались утилизировать эту машину. Так что, особых проблем возникнуть не должно.
Весь остальной путь мы молчали. Если что-то необходимо было сказать, делали это с помощью переписки. Всё потому, что существовала хоть и мизерная, но опасность, что Учитель каким-то образом нас слышит и сможет в случае чего распознать и запомнить сказанное. А такого нельзя было допустить.
Глаза ему — завязали. Руки скрепили наручниками. Следили за каждым его вздохом. Проколоться было непозволительно.
Ехали мы относительно долго. Почти час. Потому, что специально передвигались обходными путями, хаотично заезжали во дворы и делали всё возможное, чтобы запутать возможных преследователей.
Когда добрались до специально арендованного одноэтажного домика, Учитель начал подавать признаки жизни.
До сего момента он лишь негромко сопел и, уткнувшись головой в спинку сидения, слюнявил обивку. Должно быть, его укачало мерное движение машины. Но когда мы остановились, Учитель понемногу стал приходить в себя.
— Уаауээаэу? — как-то неуверенно заявил он.
Ясно.
— Ч…чз…где… — продолжал он.
Хотелось сказать что-то типа — «закрой свою пасть, ублюдок», но я себя сдерживал. Нельзя было палить голос.
Впрочем…
Я принял от Фёдора специальные устройство, похожее на урезанную версию противогаза. Нацепил его себе на лицо. Тоже самое проделали и остальные.