Верни себя! (СИ)
И я совсем не удивлена, что Янтарь добился-таки своего. Он упорно шёл к своей мечте, не гнушаясь ничем и жертвуя всем, кроме самого себя. Среди благих фэйри подобное не приветствуется. Там надо действовать тоньше и аккуратнее. Янтарь не из таких. Чем это грозило мне и Алексу? Ну, теперь за нами будет бегать весь Неблагой двор Янтаря, а не только он сам. Жить станет веселее однозначно. А, плевать. Главное, что Алекс со мной. После возвращения начнём тренироваться всерьёз, а после этого можно будет начать наносить визиты вежливости его бывшим хозяевам.
Алекс дёрнулся всем телом, сжал меня в объятиях до боли, а потом распахнул глаза. И по его отсутствующему взгляду я поняла, что он только что вырвался из очередного кошмара. Который потряс его до глубины души. Да что же там с ним происходило, а? Нет, не удержусь. Спрошу.
- Алекс? Всё хорошо. Это был просто кошмар.
* * *
Вдохнув полной грудью пряный вечерний воздух, Алекс понял, что кошмар-воспоминание закончилось. Услышав же голос Теры, понял и то, что она действительно "умная феечка", раз смогла избежать всех ловушек Янтаря. И лишь потом сообразил, что вцепился в её хрупкое тело, как утопающий в соломинку. Поспешно разжав руки, Алекс улыбнулся ей и грустно сказал:
- Нет, Тера, не кошмар. Очередное неприятное воспоминание.
- Если сможешь рассказать, то я бы хотела узнать, о чём было это воспоминание.
Желание госпожи... Нет, её просьба. Так вот, просьба Теры была понятна. Но рассказывать о том, что он вспомнил, Алексу не хотелось. Не потому, что было неприятно вспоминать, а потому что ей было бы больно узнать о подобном. Янтарь не смог бы соврать Алексу, да и сам фэйри уже давно понял, что Тера любит его. Того Алекса, которым он был до госпожи Лилии. Теперь, вспомнив этот кусочек прошлой жизни, фэйри мог представить, каким был тогда. Каким его хотела видеть Тера. И каким он вряд ли когда-то станет.
- Я не хочу пересказывать его, - дотронувшись пальцами до щеки феи, сказал Алекс. - Прости, что не похож на себя прежнего.
О, какие у неё прекрасные глаза, когда она удивлена. Такие большие и такие ярко-зелёные, что оторопь берёт. Лишь мельчайшие серебряные искры в её радужке заставляют задуматься о том, что скрывается за этой безобидной зеленью типичной садовницы. А ведь Янтаря зацепила именно эта её двойственность. Как и самого Алекса. Как жаль, что он пока не может вспомнить, как именно полюбил Теру. И хорошо, что он уже помнил о том, что его чувства были взаимными.
Вот только достоин ли он этой любви теперь? После всего того, что ему пришлось пережить в рабстве? Кто он теперь? Разве он похож на того, кто может говорить с Янтарём как с равным? А ведь в том воспоминании он говорил не просто, как с равным. Он разговаривал с позиции более сильного, но оказавшегося временно слабее. Временно. Конечно.
Десять лет Алекс послушно выполнял любые приказы своих господ. Десять лет считал себя рабом, который не имеет права на другую судьбу. Десять лет, бездна их поглоти! И это лишь то, что он помнит. Сколько Янтарь пытался сломить его? Год - прозвучало в воспоминании. Но год ли? И ведь удалось. Не стало того, кто мог даже в рабском ошейнике отпускать колкости своему пленителю. Появился тот, кто от малейшего намёка на раздражение господина падал на колени и вытягивал руки вперёд, опуская голову как можно ниже.
Не Алекс, Лекс. Не узнавший любовь всей своей жизни, не помнивший своего дома и своих врагов, не знающий о своих друзьях и о собственной силе. Что будет с ним, когда настоящий Алекс проснётся? Что будет с ними, если настоящий, тот Алекс, не проснётся никогда?
- Если не хочешь - то и не надо, - улыбнулась наконец Тера и, встав с песка, протянула ему свою ладошку со словами: - И не говори глупостей, Алекс. Я тоже не похожа на себя прежнюю, так и что теперь? Мне просить прощения у тебя за это? Это глупо. Идём, проведу тебя до капсулы. Завтра нам предстоит перейти в другой мир. А это всегда выматывает. Нам надо как следует отдохнуть. Без кошмаров и плохих воспоминаний.
Да, глупых! Потому что так мог сказать тот, кто страдает от чувства собственной неполноценности. И подмешивает туда комплекс вины. Последним должна страдать я, а первое не было свойственно ни одному из нас. Зато Лексу, маске-рабу, специально прививали и первое, и второе. И многое другое, я подозреваю. Тем, кто не считает себя способным на что-то, легче управлять. Вот и наградили его букетом различных комплексов, а также маний и фобий. Твари.
Ладно, проехали, забыли. Это было вчера, а сегодня нас ждёт короткая, но напряжённая дорога до места выставки. Хорошо хоть Алекс смог полноценно отдохнуть в капсуле и на завтраке от вчерашнего задумчивого и хмурого вида моего любимого не осталось и следа. А вот если бы не капсула - ворочался бы в кровати полночи без сна, как я. Даже пришлось просить Солу наложить на меня сонные чары. Но всё же выспалась. Всё, хватит, я сказала.
Отставив в сторону чашку с травяным настоем, я посмотрела на Алекса и сказала:
- Сегодня ближе к обеду мы отправимся в наш родной мир, на одну из планет в центральных системах. Портал Сола откроет прямо из усадьбы в портальный зал на планете. Рина хоть и выслала мне координаты площадки для портала на самой выставке, но я предпочту появиться в общедоступном месте и долететь на аэротакси. Ты будешь моим сопровождающим. Рина тебя ранее не знала, да и вообще, не думаю, что там появится кто-то знакомый. В основном мы будем находиться на нашем участке, отвечать на вопросы гостей выставки. Естественно, не простых людей, а знатных персон. Говорить буду я, ты будешь лишь стоять за моей спиной и выполнять мои поручения. И всё. Вопросы есть?
- Нет, госпожа, я всё понял, - сказал Алекс, не поднимая взгляда от стола.
А я дёрнулась от этого обращения, как от железного гвоздя. И этот его взгляд... Что опять случилось?!
- Тебе придётся привыкнуть к этому обращению, Тера, - грустно улыбнувшись, сказал Алекс, посмотрев мне прямо в глаза. - Даже постельная грелка не может себе позволить на людях называть своего хозяина ласковым или сокращённым именем. Мне придётся называть тебя госпожой. Максимум - "моя госпожа" или "госпожа Тера". Но госпожа без имени будет указывать на то, что именно ты являешься моей хозяйкой, а не кто-то другой. "Моя госпожа" всё же более интимное обращение, более близкое, предполагающее особые отношения. "Госпожа Тера" - более формальное обращение, оно соответствует нормам деловой этики более остальных.
- Космическое болото... - поражённо сказала я, от переживаний потянувшись за сладкими конфетами. - Нет, давай остановимся на простой и нейтральной "госпоже". И ты что, теперь всё время в обществе будешь вести себя, как...
- Как образцово выдрессированный раб, да, - с серьёзным выражением лица сказал Алекс. - И тебе придётся не шипеть и не плеваться на всех подряд ядом, а принимать это, как должное. Я ещё не способен постоять за себя сам, так что ошейник снимать рано. А в ошейнике любой из господ может потребовать у тебя моего наказания за наглость и невоспитанность. Не думаю, что будет лучше, если ты там начнёшь оскорблять и вызывать на дуэли местную знать, пытаясь каждому второму доказать, что это не я плохо воспитан, а это по твоей прихоти я веду себя неподобающим образом. Мне это тоже не нравится, но придётся потерпеть.
Я прикусила губу. Он прав. Радует только, что ему это самому не очень нравится уже. Алекс с лёгкостью забывает своё прошлое, его не тяготит ожидание свободы, как некоторых других.
- Ладно, тогда разбежались по комнатам, одеваемся и в путь. Сола твои вещи уже упаковала и костюм, который тебе стоит одеть в дорогу, положила на кровать. Всё, встали, побежали.
* * *
Алекс рассматривал себя в зеркале со смешанными чувствами. Костюм из паучьего шёлка чёрного цвета был слишком прост для высшего фэйри и в то же самое время - слишком шикарен для раба. Свободные брюки, но не шаровары. Обычная туника - но расшитая по вороту, подолу и запястьям серебром. Не слишком широкий, но всё же приличных размеров кушак из того же паучьего шёлка. Сверху - накидка-безрукавка, также густо расшитая, но нитями в тон ткани. И ботинки из довольно дорогой кожи чёрной виверны.