Эй, влюбись в меня! Том 1 (СИ)

Так и знал, что этим всё закончится. Весело скакнувший к сумке Хан ловко извлёк из запасов товарища литровую бутылку с красной этикеткой и бесцветной жидкостью внутри. На первый взгляд, та же водка, но запах совершенно не такой, как у продукта, коим накачал меня на день совершеннолетия отец. По пятидесятиграммовым стопкам растеклась прозрачная жидкость. На меня глядели с вызовом, ребята устроили для гостя настоящее испытание и целый турнир на стойкость, побеждать в котором я точно не планировал. Дабы не обидеть новых знакомых, залпом проглотил содержимое стакана, а после, стараясь скопировать поведения своего отца, приложив рукав к носу и пытаясь загасить пылающее горло, вдохнул запах синтетической ткани.
— Воу-воу, Александр, попей или скушай чего, — переглянувшись между собой, с опаской проговорили китайцы. В глазах зарябило, химический запах спиртного, обжигая горло и нос, пошёл куда-то не туда, отчего с моих глаз чуть не потекли слёзы.
— После первой не закусывают. — Рукой схватившись за вспыхнувший пламенем желудок, сел за стол и, извлекая все свои немногочисленные кулинарные изыски, выделенные отцом на дорогу и первое время, поделился с парнями и подошедшими к нам девушками. Азиатам очень понравился этот жест, и те в ответ поступили точно так же.
Я всегда считал пьянство отца чем-то скверным, постыдным и даже не предполагал, что за это и какие-то пафосные слова, сказанные после выпитой рюмки, тебя могут настолько сильно зауважать. Вспоминая все его пьяные бредни, рассказы о странствиях и людях, как тот учил, три рюмки выпил с ними, как и требовали, после уже отказался, объясняя это желанием распаковать вещи, разложиться и прочим. «Умение пропускать — важная часть борьбы с теми, кого можешь не перепить», — говорил он, и, чёрт возьми, это сработало. По нашей комнате вновь звонко раскатилась какая-то популярная азиатщина, пусть я и слова не мог в ней разобрать, но ударные звуки хорошо качали. Отчего-то сейчас мне по-настоящему было весело.
Заполняя тумбочку, не сразу заметил подошедшую ко мне со спины Сандру. Её тонкие и холодные пальцы, проскользив по моим плечам, прошмыгнули под майку и, обдавая холодом, легли на шею. Некий гортанный шум послышался от итальянки, вслед за чем спиной ощутил её притулившиеся ко мне ноги.
— Тёплый… — протянула девушка, повиснув на моей спине. Пропустив эту её выходку мимо ушей, продолжил сортировать бельё и носки по полкам. Сначала упираясь в тело коленями, после ляжками, а следом и вовсе прильнув ко мне, тяжело и очень странно дыша, девушка вынудила обернуться.
Жёлтые звериные глаза глядели прямо в мои, рот Сандры, растянувшись от уха до уха, приоткрылся, показав огромное множество острых зубов и постоянно удлиняющийся язык, что, пройдясь по моей щеке, вернулся обратно в пасть. Сказать, что я испугался, ничего не сказать! Душа ушла в пятки, а сам я, побледнев, шлёпнулся задницей на пол, тем самым выведя девушку из равновесия. Вскрикнув, та рухнула на меня, чуть не ударившись головой об угол прикроватной тумбочки. Повалив на пол и зависнув надо мной, она продолжала таращиться на меня, краснея. Я же в свою очередь видел, как острые зубы прячутся среди дёсен и на смену им вылазят вполне человеческие, точно так же трансформировался и язык. Кто она: лягушка, игуана?
— Эй, ребята, если что, ванная свободна, — приглушив музыку, весело прикрикнул Хан.
— Мне нужно выпить. — Осознав, что только что сделала, вскочила с меня Сандра.
— Мне тоже, — расстегнув одну пуговку на рубашке и с облегчением вздохнув, отозвался я. Какого чёрта сейчас произошло?!
Вернувшись за стол, вместе с сёстрами и итальянкой осушил заранее наполненные для нас сосуды. Китаянки, поглядывая на меня, что-то весело между собой обсуждали, точно так же не обделяла меня вниманием и зубастая, чей стул с каждым разом, как я отвлекался, пододвигался ко мне всё ближе и ближе.
— Алекс, о наших способностях ты уже знаешь, может, расскажешь о своих? Не просто так ведь ты не снял с руки блок, — обращения внимательно следившего за мной стального Тао подхватили и китаянки, синхронно скандируя «расскажи-расскажи».
 
— Первая — это некоего рода магнит или телекинез. — Произнеся это, попытался при помощи силы поднять со стола палочки, которыми кушали мои азиатские друзья, но, к сожалению, блокиратор и поле, накрывавшее общежитие, полностью подавляли мои способности. Переведя тумблер блока на десять процентов, повторил свою попытку, и деревяшки взмыли в воздух. — При помощи этой силы я также могу создавать энергетический щит или атаковать сжатой струёй воздуха. Похожей способностью обладал и мой отец, тренировавший меня с самого рождения. — Слушавшие меня деловито закивали. — Вторая — это телепатия. — А вот после этих слов одна из азиаток, а вместе с ней и Сандра прыснули напитками прямо на стол. Стальной парень, тоже как-то печально опустив голову, почесал свой затылок.
— Но я её не контролирую, и зачастую без прямого, длительного телесного контакта с человеком она не срабатывает. — Про длительный контакт и прочее пришлось соврать, к сожалению, цель способностью выбиралась произвольно и вне зависимости от расстояния.
— Вот как… — С облегчением вздохнул Тао, следом напомнив, что в обществе о владении такой силой всегда предупреждают заранее, в ответ на что я кивнул.
— И третья…
— Третья? Хочешь сказать, ты альфа? — перебил меня парнишка в джинсовке.
— Ну да, три способности, а что в этом такого? — непонимающе переспросил я.
— Действительно, — кривляясь, фыркнул Тао, пройдясь рукой по своей острой шевелюре. — Всего-то обладатель трёх способностей, рождающийся один на сотню тысяч.
О подобном отец никогда мне не говорил. Более того, мать также в наших с ней разговорах никогда об этом не упоминала.
— Альфа, не альфа — это не важно. Я не могу контролировать свою третью способность, и даже больше: я, как и мой отец, до конца так и не поняли, как она работает и на что влияет. Единственное, о чём я знаю, так это то, что в одиннадцать или двенадцать мне из-за неё ой как досталось. — Повернувшись к ребятам спиной, стянул с себя рубаху и майку, продемонстрировав расписную картину из глубоких шрамов, расположившихся на моей спине. Молчание, возникшее после моей демонстрации, затягивалось. Кажется, я совершил нечто крайне неловкое, на что мои соседи не знали, как реагировать. Первой затянувшуюся паузу попыталась разрушить Сандра, её рука плавно легла на моё колено, а следом та тихонько извинилась.
— Надеюсь, я не сделала тебе больно. — Её ладонь едва заметно ползла вверх по моей ноге, и лишь когда пальцы достигли области, граничащей с пахом, остановилась. Эти действия итальянки, покрасневшие лица азиаток и вызывающие взгляды парней, так и спрашивавших меня «почему ты ещё здесь?», чётко говорили — я действительно ей нравлюсь. Неужели она хочет секса? Но мы ведь друг друга не знаем и только встретились, это полностью отличается от того, что я видел в фильмах и книгах.
— Ну что ты, — собрав в себе всё мужество и приобняв ту, положил свою ладонь Сандре на талию. Вновь послышался лёгкий гортанный стон. Вплотную пододвинувшись, не убирая руки с моей ляжки, коротышка чуть ли не запрыгивает ко мне на колени. Вновь неловкая пауза, в попытке разрушить которую по рюмкам разливается терпкий алкоголь. Стакан, другой, музыка становится громче, но неловкость никуда не исчезает, и тут я чувствую, как итальянка своей свободной рукой начинает подталкивать мою ладонь всё ближе и ближе к своей попке и, когда та достигает точки назначения, ладонью она пытается надавить на мои пальцы, буквально требуя, чтобы я сжал её ягодицы.
Нервный стон срывается с её уст, по маленьким губкам и до самого подбородка Сандры течёт тонкая струйка слюны.
— Александр, — съёжившись прямо на стуле, прошептала она моё имя, — мне нужно кое что с тобой обсудить. — Вновь я вижу эти острые зубы, длинный и прыткий язык, резко смахнувший с лица девушки слюну. — Наедине… — поднявшись и потянув меня за собой в ванную, всё так же едва слышно проговорила итальянка.