Эй, влюбись в меня! Том 1 (СИ)

— Я поняла, что вы хотели мне сказать. Приходите в себя, приводите своё тело в форму и в воскресенье в двенадцать дня встречаемся по этому адресу. — В руке Сирены блеснула пластиковая визитка, что спустя секунду благодаря её же прытким рукам исчезла в боковом кармане моих больничных штанов. 
— Наставница, мне кажется, или вы собирались меня поцеловать?.. — Голоса приближавшейся толпы становились всё громче, оттого, видя этот похотливый взгляд Сирены, что постоянно упрекала меня вот уже несколько дней на каждом своём уроке, не мог не попытаться лишний раз подразнить честолюбивую особу.
— Поцеловать? Мальчик мой, мне давно не шестнадцать, я собиралась переспать с тобой и поглядеть на растерянное лицо твоей матери, Елены. Вот потеха была бы, узнай она, что я сделала с её драгоценным сынишкой. — Впервые я видел, как Сирена улыбается во все свои коварные тридцать два зуба. Довольная как никогда ранее, вмиг изменив выражение лица, она своим хмурым взглядом встречает прибежавшую в мою палату толпу. Знакомые азиаты, Ванесса, по голосу слышу Хлою и, конечно же, вижу подлетевшую мне под руку Сандру, с волнением залепетавшую о том, что слышала, как я героически сражался с одним из бывших учеников Оливера. 
Видя мою близость с игуаной, Сирена, стоя за спинами студентов, недовольно морщится, а после, проговаривая, как тут шумно, удаляясь, подмигивает мне, на прощание махнув пальцами левой руки.
— Не опаздывайте, Александр… — с грубым эхом донёсся из коридора её голос. 
  
Глава 36 — Сон в летнюю ночь.
 
Слух о том, что перваш надрал задницу герою, разошёлся по академии со скоростью лесного пожара, раздуваемого свирепыми северными ветрами. Правда никого не интересовала, все только и говорили о чуде, мистике и смекалке молодого чемпиона, который, по факту сражаясь против поддающегося врага, отгрёб по первое число и чуть не помер. 
— Ты герой… — стоя на коленях и сжимая мою руку двумя своими ладонями, с мокрыми глазами вещала Сандра.
— А ещё подлец, бабник и мерзавец… — хмуро комментировала происходящее в палате Хлоя. 
— Чертовски обаятельный мерзавец… — усмехнувшись, поправила подругу Ванесса. — Ну и какие у тебя теперь планы на выходные? Чего хотела та земноводная карга в этот раз? 
Рассказывать всё и обо всём, разумеется, не стал, «Профилактические работы», — произнёс я, разбираясь в том, что в очередной раз пропустил за время нахождения в постели. 
Группа семь успешно завершила задание, три из пяти её членов получили высший бал и стипендию. Группа восемь, девять и десять полностью провалили задание, ребята из госпиталя поговаривали, что Капкан после сражения со мной пребывал в крайне скверном расположении духа и даже не поскупился на использование своего личного оружия, эффективность которого на себе я, слава богу, не успел ощутить. «Форсес устроила настоящую бойню», — говорила Ванесса, подмечая, что, даже не смотря на все её зверства с последующими учащимися, мне в той схватке досталось больше, чем кому-либо до или после.
Отметив крайне предвзятое отношение учителей академии и их специально приглашённых гостей, очертил для друзей и знакомых планы на выходные. Перво-наперво намеревался встретиться с сёстрами, и Хлоя поддержала моё стремление. Выпускные группы редко отсиживались в академии, поэтому требовалось как можно скорее пообщаться с родственницами, узнать хоть что-то о делах семьи и, конечно же, подготовиться к встрече с Сиреной.
Эта женщина являлась обаятельной настолько же, насколько и опасной. Лишнее слово, долетевшее до ушей директора, могло разрушить мою академическую жизнь, что только-только начинала зарождаться. Попадание в категорию Б и уж тем более С виделось мне недопустимым. Я не хотел прощаться с той же Хлоей и Ванессой, с коими уже успел породниться не только духовно, но и немного иначе. 
Также понимая, что могу попросту везде не успеть, передаю невидимке заработанные за пару дней деньги с просьбой купить мне телефон. Та смущается, но при поддержке всё той же Бессмертной соглашается помочь. Сегодня я собирался хорошо выспаться, полностью посвятить всего себя кровати, подушке и одеялу, вот только у ребят азиатов на этот вечер совершенно другие планы.
 
Будь проклята общажная жизнь и чёртов день, названный «пятницей».
Возвращение в комнату «4444» сопровождалось подбадриваниями прыщавого Хана и стального Тао, парни говорили о намечавшейся у нас вечеринке и о том, что им удалось также, как и мне, хорошо сдать первый в своей жизни экзамен. Блоп, использующий силовые поля, смог получить две высшие отметки как на теории, так и на практике, что гарантировало тому переход в А группу. У Металмэна дела обстояли похуже: за теоретические знания его должны были исключить из Б потока и перевести в С, но благодаря хорошей оценке за практику парень смог удержаться на плаву. 
«За первый экзамен!» — взревела толпа, собравшаяся в нашей комнате, напомнившая мне чуть более ранние тосты, услышанные не так давно. В первый день они пили за первую ночь, после за первый учебный, а когда тот заканчивался, за первый завершившийся. Эти ребята, они готовы были пить за всё и всегда, а вот мне всего-навсего хотелось спать. Пропустив с ними за встречу и знакомство с теми, чьи имена я даже не пытался запомнить, чуть ли не силой вытолкал ребят из общей спальни. «За переезд!» — когда стол из основной комнаты переместился на кухню, весело под громкий смех и хохот произнёс голос одного из собутыльников азиатов. 
Музыка, выкрики, топот, всё это доносилось не только с нашей кухни, но и сверху, снизу и даже из-за моей стенки. «Это место сошло с ума», — достав из тумбочки вату, сделав подобие беруш и закрыв голову подушкой, подумал я и наконец-то провалился в некую жалкую и тревожную пародию полудрёма.
Мысли о том сражении с Капканом не покидали головы. То и дело вспоминая, как к ногам прикатывается граната, подсознательно дёргал руками, ногами, отчего постоянно просыпался. В один из таких моментов, в десятый раз прокручивая ту же самую картину в голове, вновь дёрнулся, но повисшая на теле тяжесть, обхватившая руки и ноги, не позволила даже шевельнуться. Пытаясь понять, что послужило причиной онемения тела, с неохотой открыл глаза. 
Подушки на лице уже не было, приятная глазу темень, а также тишина расслабляюще действовали на полусонное сознание. Повернув голову в сторону тумбы, заметил полузатенённый свет, падавший из-за кухонных дверей на коридор, а также цифру на электронном табло: 03:53. Понимая, что всё же смог уснуть, перевожу взгляд на одеяло и некий странный бугор под ним. 
Словно сцена из фильма ужасов: нечто, двигаясь по моим рукам и ногам, ползёт всё ближе и ближе к лицу, отчего всё выше вздымается скрывающее неизвестное одеяло.
— Он проснулся, сестра… — произнесла показавшаяся из-под моего тёплого укрытия голова Ай.
— И там тоже… — закинув колено и поджав меня между ног, заявила Вен. 
Слегка приподнявшись надо мной, наслаждаясь моим непониманием, девушки демонстрировали при тусклом свете луны свои полностью нагие тела. Рука Вен, держась за мой член, плавно двигалась вверх и вниз, Ай же, подмяв под себя мою ладонь, тихонько попросила ей помочь. 
Голова медленно наклонилась набок, всего в нескольких метрах от нас беззвучно, словно подслушивая, лежал Хан Сё. 
— Он спит трусишка, — шепнула на ухо длинноволосая, в очередной раз прося поторопиться. 
Скользнувшие вдоль вагины азиатки пальцы внезапно столкнулись с колючей, а местами и даже весьма пышной растительностью. Лёгкое недоумение, граничащее с некой брезгливостью, заставило водившую по моему выбритому паху пальцем азиатку раскраснеться, и лишь когда мои пальцы проникли вглубь неё, произнести:
— Как бесстыдно брить там всё наголо… У нас на родине такое могут себе позволить лишь девушки дурной профессии или страдающие болезнями. — Соприкоснувшись с головкой члена своими губами и смочив его слюной, Вен взобралась на меня и, тихо споря с сестрой о том, кто должен быть первым, аккуратно поддерживая меня снизу, села.