Сага об орке. Начало (СИ)
— Тогда я возьму и Фритту, — второй сын Йоргена переглянулся с сидящей напротив орчанкой, рядом с которой едва возвышалась над столом совсем малышка, «на наши деньги» — ясельного возраста.
— Хм… — Йорген пожевал губами, — не рано ей?
— Она уже совсем взрослая, — горделиво ответила ее мать, судя по всему — Эйдис, жена Мари. — Будет мне помогать с хозяйством.
— Хорошо, — кивнул глава дома, — Финир, Вива, вы тоже там задержитесь, Мари будет нужна помощь. Возьмем с собой так же Грай и Гуди.
— Отец, возьми меня с собой, — подал голос старший сын.
— Нет, Сигмунд, — отец тяжеловесно покачал массивной башкой, — на тебе хозяйство. Помни — в первую очередь сено, а у нас его мало. Всех людей — на сенокос и сушку. Я вернусь дня через два.
— Я поеду! — порывисто вскочил Калле, от которого я дожидался подвоха весь завтрак.
— Ты тоже останешься здесь, — пригвоздил пацана отец. — Кто-то должен помогать старшему брату.
Явственно скрипя зубами пацанчик опустился на свое место.
Йорген еще раз обвел свинцовым взглядом домашних, пожевал губами, будто вспоминая, не забыл ли чего.
— Все, — хлопнул рукой по столу, — собираемся. Остальные — за работу.
И тут подал голос я
— Уточню, на всякий случай. Я ведь тоже еду?
Впечатление у присутствующих — столб, подпирающий крышу, заговорил. Глава семейства так и выкатил на меня свои глазенки. Но что-либо сказать мне не успел.
— Тебе то, что там делать? — с явно читающимся презрением усмехнулся Калле. — может ты у нас знаток погребальных обрядов? Или великий следопыт, по следам определяющий, кто же напал на одаль?
Окружающие оценили высказывание говнюка легкими улыбками. Я деланно оглянулся по сторонам, серьезно взглянул на Фритьефа, сидящего с другого бока.
— Ты не слышал? Вроде все молчат, а мне чей-то голос чудиться.
Гигант ухмыльнулся уголком пасти. А я продолжил сверлить взглядом дядю.
— Так как?
— Иди сено с рабами вороши, — уже сквозь зубы выплюнул пацан.
Не понимает. Вновь покрутив головой, я проговорил уже в пространство:
— Странно. Опять кто-то разговаривает!
Пожал плечами, и вернулся взглядом к Йоргену. Заметил, как окружающие пытаются задавить улыбки, пряча глаза, «внезапно» что-то вспомнив.
Мелкий гаденыш еще что-то собирался ляпнуть, но нарвался на суровый окрик отца.
— Калле!
После чего Йорген перевел жесткий взгляд на меня.
— Тебе там нечего делать, мальчик! Мы сами все устроим. А ты помогай новой родне.
Что? То есть, старый ты пень, ты вот так легко собрался меня бортануть? Хрена тебе, лысого, во всю твою клыкастую морду!
— А ничего, что это мой отец лежит там, без погребения? И кстати, у него, между прочим, остался наследник. Вообще-то теперь это мой одаль!
На миг мне показалось что я оглох, настолько гробовая тишина повисла в доме. Некоторые женщины со страхом взглянули на хозяина дома.
Глаза Йоргена стали наливаться кровью. Как всегда, не выдержал Калле.
— Ты не можешь быть одальбондом, ты полукровка! Ты вообще не имеешь права сидеть за общим столом, твое место среди рабов!
Ну все, нарвался песдюк. Не меняя позы, как сидел — облокотившись локтями на стол, резко левой рукой мах в сторону. Гаденыш сидел слишком близко, хлесткого удара не получилось. Но и он не ожидал такого финта — пацана буквально сдуло с лавки. А не хилое мне тельце досталось! Вот бы такое мне пару лет назад, когда мы так же зарубились в столовке с старшекурсниками. Тоже посчитали нас малолетками и легкой добычей.
Несмотря на секундное ошеломление, в следующую секунду Калле взвился в воздух. Миг, и он уже на ногах…
— Калле!!!
Рев отца резанул по барабанным перепонкам. Ого! Это какое-то специальное орочье умение? Типа оглушающего рыка?
— Выйди немедленно вон!
Пацан опалил напоследок меня взглядом, развернулся и вышел. Сидящие за столом по-прежнему сидели оцепенев. В мертвенной тишине раздался глухой голос дяди Йоргена.
— Оскорбление было произнесено. Ты имеешь право потребовать виру.
Пауза затянулась. Да какого хемуля здесь творить? Я потряс головой в непонятках. Вира это что? Типа отступного? Чё тут за понятия?
Обвел всех взглядом. Йорген — немая скала, смотрит мрачно. Сигмунд на ногах, когда вскочил — не понятно. Даже Мари, выглядящий смирнее остальных, посматривает настороженно. Женщины притихли, кто-то даже прикрыл рот ладошкой, очень уж картинно получилось.
Варди с Хроком посматривают с интересом, типа «ну, чувак, твои действия?» А какие мои действия? Кто б подсказал! Можно «звонок другу»?
— Не нужно мне вашу виру, — как можно более гордо бросил я. — Буду я еще с родни виру требовать. За что? — буркнул в добавку, — Сам разберусь если надо.
Надеюсь, со стороны смотрелось круто! Дядя Йорген тихонько выдохнул, и даже кажется повеселел. Сигмунд сел на место. Мари отвернулся, и смотрел теперь на отца. А у Варди, кажется, мелькнуло в глазах сожаление.
— Хорошо, мальчик, — тихо произнес Йорген, — ты поедешь проститься с отцом. Вива, собери ему в дорогу.
На этом заседание «закрытого акционерного общества Йорген и сыновья» можно было считать оконченным. Все начали подниматься, скрипеть лавками и табуретками, обмениваться негромкими репликами.
Я тоже встал. Рядом поднялся из-за стола гигант Фритьеф. Он уважительно качнул своим жбаном.
— Ты хорошо говорил. Как мужчина. — Помолчал секунду, и добавил, чуть более скептически, — Теперь осталось чтоб слова с делами не разошлись.
И отсалютовал открытой ладонью, как какой-нибудь римлянин.
Глава 5
На обратный путь к «родному» одалю мне выделили толстый суконный плащ… Вернее просто квадратный кусок серой тряпки, который надо было накинуть на плечи, и скрепить деревянной заколкой, пару шерстяных одеял, полкраюхи хлеба, четвертушку сырного круга, пару сушеных рыбин. Для питья удалось выпросить что-то типа бурдюка: сшитая из двух кожаных половинок фляга. Однако, когда я заикнулся об рюкзаке, заплечном мешке, сидоре и т. п. меня просто не поняли. Вива только пожала плечами ответив, что ничего подобного у нее нет. Пришлось выпросить веревку, увязать съестное в одеяла так, чтоб получилось поплоще, смастерить пару лямок, а свернутый плащ пристроить сверху.
Следующий облом ждал с лошадьми. Вернее — с ее отсутствием для моей персоны. Я было начал бычить, что за дела? Но потом увидел, что на лошадях, кроме Варди с Хроком ехали только Йорген, Фритьеф и Мари. Последний посадил впереди себя дочурку. И все, остальные, нагруженные в большей или меньшей степени отправились пешком.
Вскоре наш небольшой караванчик выдвинулся к побережью. Как я уже знал, вулканы лежали на севере. Отличный, надо сказать ориентир — видно отовсюду, стоит только подняться повыше. А вот по солнцу, оказалось, много не наориентируешся — большую часть дня светило пряталось в сплошной низкой облачности.
Впереди ехали дружинники, за ними Йорген и Мари. Эйдис шагала рядом с мужем, держась за стремя и о чем-то разговаривая с дочкой, которую папаша усадил перед собой. Следом шагала Вива, нагруженная не по-детски, и тащивший наверно самую здоровенную поклажу Финир. Я, кстати, засмотрелся на его приспособу для перетаскивания груза — согнутая подковой палка, образовывала каркас как в станковом рюкзаке. А уже к самой раме был привязан груз, состоящий из тройки здоровых мешков, котелка и топора. От верхней поперечной планки к нижней части каркасной дуги шли широкие ремни, образующие лямки. Снизу подкову замыкала еще одна планка, образующая нечто вроде ступеньки, что бы груз не сползал, она же и удерживала лямки от сползания вверх. Верхняя дуга, выступающая над головой носильщика, служила хорошей ручкой для переноски на стоянке. Одним словом — интересное решение, но я бы предпочел добротный рюкзак. Вот освоюсь — обязательно забацаю.
Следом за мной ехал Фритьеф, и если бы не тащившиеся сзади всех Грай и Гуди, я бы сказал что гигант выступал нашим тыловым охранением.