Необручница: На острове любви (СИ)

После скандала Его Величество установил срок для сына — два с половиной года (дочь де Венетта должна была закончить первую сиупень Академии). И только после этого принцу Генриху разрешат озвучить своё решение. Обручение с девушкой из славного рода, но не обладающей необходимой для королевской крови портальной магией, становилось препятствием к унаследованию короны. В случае чего, шансы надеть корону переходили к любому другому родственнику по королевской крови. В том числе Райану.
Однако портальным даром Ризы тоже не обладали, но магия поисковика считалась не менее приоритетной и редкой, её носителей в данный момент во всей Люмерии насчитывалось не более двух десятков. Некогда именно благодаря поисковой маг-силе Старшие Основатели нашли все необходимые для процветания Люмерии средоточия полезных ресурсов. Поэтому оставалось Райана женить на портальщице, и можно было потрясать правом на престол.
— А ты хочешь быть королём? — не удержавшись от, возможно, надоевшего вопроса, спросила я у Райана.
Гости перед ужином отдыхали в своих комнатах, а мы втроём — я, сир Брис и Райан — заперлись у меня. Мужчины валялись на моей кровати, сир Брис даже успел вздремнуть, я вязала жилет.
— Посмотри на Роланда, — зевнул Райан. — Ему всего пятьдесят, а выглядит он, как шестидесятипятилетний старик. Неужели ты мне желаешь быстрой старости? Да я лучше после сорока перееду на Аднод.
— Зачем?
— Чтобы в свои семьдесят выглядеть как Дорман на пятьдесят.
— Ты, как женщина, тоже мечтаешь скинуть возраст, — не открывая глаз, пробормотал сир Брис. — И не учитываешь тот факт, что работа на руднике — уже лотерея. Сколько тебе отведено прожить — известно одной Владычице.
— Не скинуть возраст, а продлить своё счастливое существование. Иначе зачем тогда все радости жизни? Чтобы через десять лет незнакомые люди считали меня братом отца? Увольте от этой чести! В западной части острова достаточно места, чтобы построить дом и заниматься рыболовством. У Аны, вон, и опыт есть.
Райан подмигнул мне. Сир Брис хмыкнул, а я продолжила думать об управляющем Риза, которому больше сорока пяти лет я бы не дала, так относительно молодо он выглядел и даже лучше, чем мой отец, с его вечно обветренным и загорелым до черноты лицом.
В восемь часов господ пригласили отужинать, и я помогала носить разносы. Косые взгляды Риза-старшего и быстрые внимательные Его величества нет-нет да и ловила на себе. Другие господа не проявляли особого интереса.
После благополучно завершившегося ужина, Его величество с компанией изволил посидеть за дружеской беседой в гостиной Эдрихамов, а мы, слуги, вымыв посуду, тоже спокойно заняли наш на сегодня богатый стол. И только появление смущённого сира Бриса прервало нашу лумерскую идиллию.
— Ана, — сказал он, неожиданно появляясь на кухне и невольно заставляя всех подняться, — Его величество просит оказать ему честь рассказать о жизни лапешских рыбаков.
Я так растерялась, что Эве пришлось забрать у меня из рук ложку и кусок хлеба:
— Вам нужно переодеться, госпожа, и уложить волосы! — она соскочила вместе со мной.
— Ничего не нужно. Его величество просил Ану прийти, не беспокоясь о своём безупречном внешнем виде, который он заметил.
Тогда Эва помогла мне снять передник, и сир Брис повел меня, как маленькую, в гостиную, ухватив за ледяную ладонь своей горячей рукой.
По дороге в гостиную мы то и дело встречали инквизиторов. Один стоял у входной двери, второй — у лестницы, третий рядом с нужной дверью читал книгу, опершись на стену, бросил на меня быстрый цепкий взгляд — и снова уткнулся в страницы.
Мы вошли внутрь. Страшно было поднять свои глаза, я была словно слепая! Сир Брис подвёл меня к диванчику, я увидела лишь мужские колени, ко мне протянулась рука, и глубокий баритон Его величества пригласил:
— Присядь, дитя.
Я опустилась на краешек, чуть дальше, чем мне предлагала рука с массивным перстнем, в который был вставлен крупный яркий зелёный камень, и медленно подняла голову на собеседника. О, вблизи Его величество выглядел значительно лучше! И наконец я увидела, какого цвета его глаза, — такие же ярко-зелёные, как и тот камень, что украшал его бледную тонкую руку.
 
— Мне сказали, что твой отец — лапешский рыбак…
— Так и есть, ваше величество, — с трудом удалось вытолкнуть слова, и пришлось прочистить горло.
— Расскажи, дитя, как часто он выходит в море, хороший ли улов и хватает ли вашей семье дохода. Сколько людей в твоей семье?
— Нас восемь, сир, шестеро детей и родители…
Я почувствовала сразу, как изменился интерес к моему рассказу, будто воздух сгустился. Очевидно, тема многодетности была болезненной для всех магов.
— Шестеро детей! Великолепно! — засмеялся Его величество. Знатные сиры тоже улыбнулись. — И кого больше?
— Пятеро девочек и последний мальчик. Ему чуть больше года.
— Восхитительно! Владычица одарила лумеров бесценным даром сохранения рода…
Конец фразы вдруг стал глохнуть, будто в уши мне натолкали ваты, а потом и вовсе, слова становились тише и тише, пока не исчезли. Я стала задыхаться и слышала лишь собственный надсадный хрип, будто некто взял за горло и медленно сжимал пальцы. За несколько мгновений до этого Его величество в приподнятом настроении положил на мою руку свою ладонь, и от этого прикосновения, вероятно, мне стало плохо.
Когда промелькнула мысль, что я умираю, глупо и непонятно от чего, так же непредсказуемо лёгкие мои вдруг распахнулись, впуская глоток свежего воздуха. Где-то далеко звучали голоса, через заглушающую их пелену.
— Я так и знал, что у вас здесь шархал знает что творится! Вам по тридцать лет, а вы, словно первокурсники… — возмущался чей-то сердитый баритон.
— Не здесь, отец! Все договорённости были заключены по правилам, — голос Райана казался немного смущённым.
— Вы забываете, господа, что здесь, на Адноде, магические потоки работают по другому алгоритмусу… Элиас! — а это уже Его величество. Вступился за Райана? — Элиас, посмотри, что с ней?
О чём они говорят, я не понимала. Но дышать стало заметно легче. Знакомые руки с запахом сира Бриса мне поднесли кубок с водой, и его голос попросил выпить немного. Я повиновалась. Влага потекла живительным потоком по сухому песку, что засыпал горло, облегчая вдох.
Получилось даже открыть глаза, но перед ними стояла пелена, и только по размытым фигурам я догадалась, что рядом со мной столпились люди.
— Смешанные хаотично потоки ментальной, огненной и металлической вязи. Определённой привязки нет, выхода на заземление тоже… Я вижу три сдерживающих фактора, как будто они блокируют сброс… — размеренно, подобно равнодушному лекарю, говорил кто-то.
— Как же она обнуляет резерв? — перебил другой, удивленный мужчина.
— Так же, как и все необручницы, — равнодушно ответил холодный голос, — через выброс эмоций или сон. Голодание, я слышал, тоже помогает. Ну, и естественно-природным образом, через потерю жидкости, как это происходит у лумеров.
— Не пугайте её, господа, — вмешался сир Брис, — позвольте, я унесу её, Ваше величество?
Голос короля разрешил, меня подхватило в воздух, я успела обнять шею сира Бриса слабыми руками, и он понёс меня. Аромат своей комнаты я сразу узнала. Меня бережно положили на кровать, укрыли:
— Отдохни, Ана, и ничего не бойся…
Вскоре появилась Эва, они с сиром Брисом неслышно для меня шёпотом перебросились парой фраз, и подруга осталась со мной, а господин ушёл. Эва попыталась от меня узнать, что случилось, но, услышав мой слабый голос, извинилась и повторила рекомендацию сира Бриса — отдохнуть.
Спать не получалось. Я взмолилась о горячем отваре с любимыми травами, и Эва поила меня до тех пор, пока на моём теле не выступила испарина. Только тогда мне стало легче, и я уснула.
Едва стемнело, я отправила Эву отдыхать, испытывая чувство неловкости. Все мои последние недомогания (пришлось задуматься об этом) начинались внезапно и точно так же внезапно проходили. Дома если я болела, то валялась в кровати днями, а сейчас моя душа требовала движения.