Попаданка. Миссия вернуться на Землю (СИ)
Глава 10
— Ева, зайди ко мне в кабинет, — раздался приказ из моего браслета.
Первым порывом было послать Зана лесом — нашёлся приказчик на мою голову! — но его я подавила. Потому что прекрасно понимала: дар хочет рассказать мне о происшествии в каюте принцессы, а не продолжить начатое в спортзале безобразие.
Даурианцев даже на завтраке не было — они расследовали дело о нападении злого китыша на беззащитную принцессу. Которая, кстати, чувствовала себя превосходно и забыла о стрессе минут через пять после того, как оказалась в моей каюте.
Лара умылась, оделась, прошла осмотр Антона Сергеевича — здорова, как молодая коровка, — позавтракала, позанималась с наставником и сейчас готовилась в своей комнате к обеду в ресторане.
Я тоже в момент получения сообщения переодевалась для мероприятия: в честь такого случая сменила деловой костюм на модный в этом сезоне комбинезон из сброшенной кожи глизеанских валпудий — змеи такие гигантские с пестрым чешуйчатым покровом. Заплела две пушистые косы, брызнула в лицо освежающим спреем — он делает кожу светящийся изнутри, губы ярче, а естественный румянец нежнее — и скрепя сердце пошла в кабинет начальника службы безопасности.
Вошла сразу после короткого стука — меня аж переворачивало всю, стоило лишь представить, что я дожидаюсь его «войдите».
— Что-то выяснил? — перешла я с порога к делу, чтобы отрезать себе возможность накинуться на дара за утреннюю подставу.
Зан сидел за столом, на котором соорудил энергетическую клетку для китыша. Пушистый четырёхглазик спал на спине, раскинув лапы, и посапывал.
— Это Лариса его пронесла на «Песок». — А я так и знала! — Я нашёл в её сейфе для драгоценностей пространственный карман, а в этом кармане следы проживания зверька: подстилку и еду.
Очень, очень дорогое и редкое удовольствие эти карманы. Неужели ей отец помог провернуть аферу?
— Зачем она это сделала? — задала я риторический вопрос.
Зан пожал плечами, но не обозначая тем самым, что понятия не имеет зачем, а говоря: сама знаешь. И да, я знала. Мелкая кокетка хотела изобразить деву в беде, чтобы даурианец её спас — это первое. Ну и чтобы попытаться все свалить на меня — это второе. Глупая детская уловка, конечно, но она влекла за собой серьёзные размышления. Кто знает, что и где Лара ещё прячет?
— Как планируешь поступить? — спросил дар, и я поняла, зачем он меня позвал на самом деле. — Если хочешь оставить принцессу в отсеке, я не буду расценивать это как ущемление её прав и свободы.
Ух ты! Это он мне так намекает, что не собирается заваливать мою аттестацию и предлагает Лару наказать? Спасибо, конечно, но это лишнее.
— Нет, не собираюсь. Я не её мать и не её воспитатель, не собираюсь наставлять Ларису на путь истинный — пусть родители с ней воюют. Раз решили идти все вместе, значит пойдём.
Что-то у меня не было желания оставлять принцессу одну в отсеке. Даже если за ней приставят смотреть кого-то из даурианцев, я уже не уверена, что она их вокруг пальца не обведет и не вычудит что-то ещё.
А вдруг она и правда агент «Сферы Тать»?
Уф, бред какой-то. Ей восемь лет!
А вот её отец… Если он помог дочке пронести на звездолёт зверюшку, то вполне мог взамен потребовать подкидывать мне виджелисты с посланиями.
Кстати, о зверюшке.
— А с ним что теперь будет? — кивнула я на клетку. — Так бедняга и просидит под напряжением? Ему не больно?
По тому, как сладко спал зверёк, складывалось впечатление, что ему все нравится, но я не была уверена, что сон не навеян силой даурианца — они такое могут.
— А какие есть предложения? — Зан провел рукой над клеткой, и прутья исчезли, но малыш даже не проснулся.
Предложений у меня не было. Ларе его вернуть? Да ни за что! С такой нерадивой хозяйкой судьба зверёныша незавидна. Оставлять у Шаазана тоже не вариант, жалко. Не хотела бы я сидеть в энергетической клетке. Забрать? А мне куда его? Эх, ладно. Выпущу на Земле. Надеюсь, он в моих родных лесах приживется.
— Я его заберу. Поищу и куплю что-то похожее на домик во время обеда и заберу китыша себе. Отдашь?
Дар Шаазан расцвел торжествующей улыбкой, как будто только этого и ждал.
— Конечно, — промурлыкал он. — Тебе я отдам что угодно, Ева.
Подозрительно.
— А взамен? — сощурившись, уточнила я.
— Ты прекрасно выглядишь, Евангелина, — Зан опять проделал свой даурианский манёвр: волшебным образом оказался рядом, и я вздрогнула от неожиданности.
— Кстати об этом! — гневно глянула на него, предупреждая сразу: — не смей ко мне подкрадываться, нависать и делать непристойные предложения!
Дар Шаазан рассмеялся красивым низким смехом и посмотрел мне в глаза как мартовский кот: блудливо и завораживающе.
— И не проси, Ева. В этот раз я тебя не упущу! А за китыша ты меня поцелуешь.
Я набрала в грудь воздуха, чтобы высказать, что о нем думаю, но тут в кабинет вошёл дар Рииган:
— Пора выходить. Из ресторана сообщили, что готовы закрыть вход для остальных гостей на время нашего размещения за столом. Дают пятнадцать минут.
Ладно. Потом объясню Зану, что мечтать о моих поцелуях ему не стоит. А то негоже заставлять других пассажиров томиться под дверью «Пахлавы медовой». Армен мне этого ни за что не простит.
* * *Свои рестораны Армен оформил в лучших традициях соотечественников из прошлого: дорого-богато, всё в коврах и золоте. На синтебодических красных диванах, якобы хаотично, а на самом деле с целью создания уюта, небрежно лежали множество пестрых подушек. С потолочных, сделанных из пластика под дерево, балок свисала искусственная зелень. Гроздья винограда выглядели как настоящие. Стены «Пахлавы» были расписаны пейзажами Кавказских гор. Колонны в зале тоже имитировали родные сердцу хозяина стволы тутовника. Между ними журчали рукотворные водопады. И вообще вся обстановка располагала к тому, чтобы гость захотел остаться в этом месте навсегда.
Когда я попала сюда впервые, задалась логичным вопросом: где он всё это раздобыл в тридцатом веке? Я про картины и ковры. Сейчас только в музеях остались единичные раритеты, стоящие немыслимо дорого. И тогда Армен рассказал, как искал по всей коалиции мастеров, которые смогли воплотить в жизнь все его задумки. Картины написали, считав воспоминания о Родине из памяти кавказца — умельцев Армен нашёл на планете телепатов. А на Глизе-581 местные жители практиковали плетение циновок из растений, поэтому, немного покумекав, они смогли соткать Армену и ковры из шерсти. Пожалуй, именно из-за этой самобытности «Пахлава» и «Чурчхела» обрели свою славу. Ну и из-за врождённой предприимчивости хозяина, конечно.
— Вай, дорогие мои! Проходите, проходите! — раскинув руки, словно пытаясь обнять всю нашу компанию разом, навстречу вышел Армен, едва мы переступили порог его ресторана. — Заждались мы вас, заберу вашу боль!
На самом деле я знала, что говорил Армен «джан» и «цаве танем», но универсальные переводчики переводили все дословно и порой речь хозяина ресторана звучала странно.
— И мы ужасно рады, Армен-дорогой! — ответила я за всех и обнялась с переселенцем по-нашему: расцеловав в обе щёки. — Присоединишься к нам? У нас есть желающие узнать от тебя судьбу и вдохнуть аромат вина.
— Конечно, Ева-дорогая! Вы размещайтесь, заказывайте, наслаждайтесь обедом, а я к вам приду с кофе, пахлавой и вином.
Хозяин проводил нас за большой стол, удобно примостившийся у стоящего буквой «П» дивана, и, подав меню, удалился встречать других гостей — после того как наша компания добралась до забронированного места, вход в ресторан стал свободным.
Охрана занимала позиции так, чтобы запереть нас на местах и присматривать за всеми сразу.
— Ева, скажи, почему с ним ты обнимаешься и целуешься, а когда я тебе предлагаю сделать то же самое — злишься? — умудрился шепнуть мне на ухо Зан, пропуская к дивану.
Я не нашлась с ответом. Как даурианцу объяснить, что это другое? Их раса относится к интиму только как к выгодному энергообмену, а отношения и семьи создает крайне редко. Лично я из нормальных только о чете Хазааш знала, и то они исключение из правил.